Одной рукой придерживая голову Рагнара, второй дотянулась до своей сумки, вытащила жгут, смотала и вставила ему в рот. Мелкая дрожь била его тело, приходилось держать его за плечи, чтобы он не скатился с кровати.

– Фиса! – крикнула я. – Бегом на кухню, приведи Элин!

Фиса вскинула голову и, ничего не говоря, выскочила в коридор. Я же подтянула полотенце и привязала ближайшую руку Рагнара к кровати. Это дало возможность держать только одно его плечо. Магическим зрением видела, как под его кожей бушует настоящая буря: черные нити поднимаются, тянутся, стремятся к его сердцу. Я дернула рубашку, освобождая грудь, прислонила руку к сердцу и впустила магию. Золотые нити окружали сердце, но им не удавалось справиться так же легко, как в прошлые разы. Словно кто-то извне подпитывал черноту в его теле.

Дверь распахнулась, в комнату вбежала Элин, за ней испуганная Фиса.

– Снова?! – всплеснула та руками.

– Снова? То есть такое уже было?

– И не раз. – Она схватила другое полотенце и привязала вторую руку Рагнара. – Ты правильно делаешь, тут ничем не поможешь, только привязывать.

Рагнар метался по кровати, дрожь била все его тело, а я стояла рядом и впервые в жизни не знала, что делать.

– Ари, это же… – начала Фиса, но тут же осеклась, как только я подняла на нее взгляд.

– Ты знаешь, что это за болезнь? – Элин удивленно смотрела то на меня, то на Фису. – Ни один врач, даже королевские целители, не могли ее определить.

Я сглотнула. Знаю, к сожалению.

– Быстро неси горячую воду, много.

Элин стояла и продолжала смотреть на меня.

– Быстро! – рявкнула я.

Когда она выбежала в коридор, я бросилась в свою комнату, вытащила чемодан из шкафа и стала быстро перебирать те свертки, которые хранила под подкладкой, пряча годами ото всех. За спиной стояла Фиса и судорожно мяла подол платья.

– Ари, мы ему поможем?

– Поможем, – с уверенностью сказала я. Сейчас сложился пазл, все, что я видела, все, что слышала, стало обретать понятные очертания. Нашла нужные свертки и зажала в руке, повернулась к Фисе.

– Ты готова?

Испуганные детские глаза смотрели на меня, и в душе больно кольнула совесть. Ну нельзя детей вмешивать в такое! Нельзя! Я обещала ей, что она больше никогда не соприкоснется с этой гадостью!

– Готова.

В глазах Фисы появилась твердая уверенность, она взяла из моих рук сверток и развернула, доставая небольшой розовый кристалл. В комнате послышался звук открываемой двери и нецензурная ругань Мотти.

– Какого демона ты творишь, мерзавка? Решила господина извести? Я не позволю тебе! Замучила сначала своими орудиями пыток, сейчас хочешь ошпарить?

Плотно сжав губы, чтобы не наговорить ничего лишнего, я вернулась в комнату к Рагнару. Он по-прежнему бился в конвульсиях, разметав волосы по подушке. Очередной разряд молнии – и судорога снова скрутила его тело. Рядом с кроватью стояла Элин, держа таз с горячей водой.

– Ставь сюда! – показала я на табурет рядом с кроватью.

– Близко не ставь! Она же точно собралась кипяток на господина вылить.

Фиса уже стояла рядом, протягивая тряпочные маски. Я взяла одну, надела на Фису, закрывая ей рот и нос, оставляя только глаза, вторую надела на себя, третью на Рагнара.

– К сожалению, масок больше нет. Лекарство будет выделять пары, вредные для организма, вам лучше удалиться из комнаты.

Элин, ойкнув, быстро выскочила из комнаты, но Мотти было не так-то легко сдвинуть с места. Она даже не шелохнулась, когда я подошла к кровати, и когда бросила в таз кристалл. Она буравила меня взглядом, сопровождая каждое мое движение. Кристалл зашипел в горячей воде, по комнате пошел розовый дым, застилая пол и поднимаясь выше.

Достав из саквояжа нужные травы, я добавила их в таз, размешала и отвязала одну руку Рагнара, держа ее крепко, чтобы он не вырвался. Опустила ее в таз, и Мотти тут же закричала:

– Изувечишь господина, дрянь! – и бросилась ко мне.

– Отойди, – тихо проговорила я, глядя прямо ей в глаза. – Это не кипяток, а горячая вода, она разгорячит кровь и заставит ее двигаться быстрее. А это поможет разогнать заразу, которая в нем сидит.

Господи, если бы все было так просто, как я говорю!

– Единственная зараза здесь – это ты, – прошипела Мотти. – Госпожа уже скоро приедет и выгонит тебя с твоими ведьмовскими ритуалами. В целительском ордене знают о твоих методах?

Взгляд ее был полон ненависти, и я понимала, что рискую. Конечно, в Ордене Целителей не знали о моем даре. И мои «методы» точно не понравились бы королевскому Ордену. Но сейчас это было единственное, что могло спасти Рагнара.

– Дым продолжает подниматься, – напомнила я.

Мотти быстро закрыла лицо рукавом, посмотрела на Рагнара, который стал успокаиваться, и быстро выскочила из комнаты, продолжая свои ругательства уже за дверью. Я сняла маску и выдохнула. Дым окружил кровать плотным кольцом, не давая подступиться ничему извне. Дышать было тяжело, но я знала, что эта защита будет надежнее любого кристалла силы.

– Сейчас? – спросила Фиса, подходя с другой стороны к кровати Рагнара.

– Сейчас, – кивнула я.

Я намочила тряпку в воде, обтерла лицо и шею Рагнара, его грудь и руки и только потом разрешила Фисе взять его за запястье. Мы сосредоточились, и по его рукам потекла магия. Та самая, которую я прятала ото всех, не разрешала Фисе пользоваться ею никогда. Я видела розовые нити, которые вытягивали из меня силы и магию, но отдавали ее Рагнару. Розовые потоки впитывались в тело, освобождая его от напряжения и боли. Морщинки на лице Рагнара расправились, он успокоился, и голова его спокойно лежала на подушке.

– Хватит, – остановила я Фису.

– Но я могу еще.

– Нет, – покачала я головой. – Больше не стоит. Это отнимает слишком много сил, да и кто-нибудь может заметить чужой магический след.

Когда розовый дым рассеялся, я почувствовала, как из носа потекла тонкая струйка крови. Я быстро вытерла ее рукавом, надеясь, что Фиса не заметит. Магия брала свою плату. Фиса отдернула руку, погладила Рагнара по плечу и быстро убежала в комнату. Я же развязала его, вынула из воды кристалл и быстро убрала его в сверток. Потом устало села рядом и поправила волосы, сбившиеся на его лбу. Впервые за эти годы я прикоснулась к нему не как к пациенту, а как… Нет, нельзя думать больше ни о чем другом. Все, что между нами было, давно прошло и было забыто.

– Как же мы с тобой смогли во все это ввязаться?

– Не уходи... – раздался его тихий голос.

Я замерла. Но тут же он снова провалился в тяжелый сон.

К ночи буря стихла, словно ее и не было. Только редкие капли дождя падали на подоконник, словно отмеряли оставшееся время. Фиса спала в своей комнате, а я сидела у кровати Рагнара, глядя в окно. Тучи стали расходиться, пропуская легкий отблеск заката, когда раздался сильный стук в дверь и шум внизу.

Я поправила подушку Рагнару, убедилась, что он спит, и вышла в коридор, прикрыв дверь. Внизу был шум, слышны голоса слуг, новый женский, переходящий на визг, и незнакомый мужской говор. Осторожно подойдя к перилам, я перегнулась и посмотрела вниз.

Там стояла дорого одетая женщина; она смахивала капли, упавшие на плечи ее меховой шубки. На голове ее была широкая шляпа с огромными разноцветными перьями. Я не сразу ее узнала, но поняла, что это и есть новая госпожа Крон. Вместе с ней приехал мужчина, высокий и широкий в плечах, но вот лица его я не могла разглядеть: он стоял спиной и жарко спорил с Мотти.

– Комнаты должны быть готовы всегда! Это твоя прямая обязанность! Какого рожна я плачу тебе!

Интересно, не припомню никого, кто мог бы оплачивать содержание слуг в доме Рагнара, кроме него самого.В этот момент женщина подняла голову и посмотрела на меня. Едкие глаза впились в меня, пронизывая насквозь. Взгляд я выдержала, не отвела, и та подняла руку, показывая на меня пальцем в перчатке, на которой были надеты кольца с большими камнями.