Она улыбнулась:

— Всё верно. Отношения — не для меня.

Я тихо усмехнулся:

— Звучит как фраза человека, который однажды очень сильно обжегся.

В её глазах на секунду мелькнула усталость.

— Просто не всем дано быть в отношениях.

— Или просто кто-то ещё не встретился, — сказал я чуть тише, чем планировал.

Она задержала взгляд, потом аккуратно кивнула:

— Если это всё, я пойду. — тихо произнесла она и ушла.

Я остался стоять в студии, глядя на дверь, которая закрылась слишком спокойно для человека, который только что оставил после себя лёгкий внутренний шум.

Не её “нет” зацепило. А то, как легко оно прозвучало. Как будто было отрепетировано заранее.

Я ещё долго стоял, прокручивая разговор, пока студия снова не стала просто студией.

И в этот вечер особенно не хотелось оставаться наедине с собой. И, странно, но хорошо, что сегодня была именно среда.

Обычно, по вечерам среды и пятницы, я с друзьями собирался на волейболе, чтобы поиграть в любительский команде.

Сегодняшним вечером я пришёл без Ксении и это почувствовалось сразу. Даже воздух будто стал чуть тяжелее. И почти сразу я услышал целую россыпь вопросов от друзей и их девушек.

— Вы что расстались? — спросила одна из них.

Я на секунду задержал взгляд на площадке, будто там можно было найти более удобный ответ.

— Да, — коротко ответил я.

Пауза повисла слишком быстро.

— Почему? — заинтересованно спросила Алиса, девушка моего друга Макара. — Вы ведь были такой гармоничной и красивой парой!

Я отвёл взгляд в сторону. Усмешка сама вырвалась наружу.

— Она так не считает, — сказал я. — Сказала, что заставляла себя жить моей жизнью, которая ей не по душе.

На секунду стало тише, чем на площадке во время игры. Девушки переглянулись.

— Странная, — сказала одна почти автоматически.

— Не понимаю….. Зачем тогда почти два месяца морочила тебе голову? — вмешалась Ева, давняя моя подруга и жена моего еще одного друга Стаса.

Стас при обнял жену, будто хотел слегка смягчить её резкость, и добавил, пытаясь меня подбодрить:

— Да, Ева права! Раз она так поступила… забей на неё. Найдёшь кого лучше!

Я чуть кивнул, но внутри это «найдёшь кого лучше» прозвучало странно пусто. Как фраза из инструкции, которую никто не собирался применять.

Я немного опустил голову. Взгляд стал понурым, почти безжизненным. Внутри что-то неприятно скребло — не боль даже, а ощущение, будто мысль не может найти выхода и ходит по кругу.

— Не знаю… есть ли вообще та… — начал я.

Макар легко хлопнул меня по плечу, слишком уверенно, как будто мог этим ударом отменить все сомнения:

— Конечно есть! Вот увидишь!

Я усмехнулся, но почти сразу остановился.

— Да просто… — хотел объясниться, но понял, что сейчас это превратится в длинную историю, которую никто не обязан слушать. — Ладно, забудьте.

Но поздно. Это «да просто» уже повисло в воздухе, как крючок. Все сразу оживились. Даже те, кто до этого делал вид, что просто смотрит на площадку.

Макар, стоявший ближе всех, легко толкнул меня в бок:

— Так не пойдет! Давай, говори!

Я посмотрел на них. На друзей, на девушек, на это привычное тепло компании, где вдруг стало слишком тесно для одного вопроса.

— Да просто… чем больше девушек прочитают одну книгу, тем меньше шанс найти ту, с кем реально смогу быть.

Девушки переглянулись уже с другим интересом — не сочувствующим, а любопытным, живым.

— Максим, а при чём тут девушки и какая-то книга?

Я усмехнулся, чуть развёл руками — как человек, который сам не до конца верит, что это сейчас скажет:

— Очень просто. — тяжело вздохнул я — Несколько моих последних отношений закончились одинаково. Каждая девушка говорила одну и ту же фразу: “Ты не герой моего романа!”

После своих слов я коротко рассмеялся, но смех вышел сухим.

— Знаете… самое смешное — книга, из которой эта фраза, действительно называется “Герой моего романа”. — чуть засмеявшись, добавил я: — Автор описывает такого идеального парня, что, по-моему, никто ему не соответствует…ну я по крайней мере уж точно!

Парни усмехнулись, а кто-то даже коротко рассмеялся.

— Если это так… зачем тебе такие девушки? — сказал Марк, и прозвучало это не как вопрос, а простая логика.

Я кивнул, спокойно, почти устало:

— Да, вы правы.

На этом разговор закончился сам собой. После чего мы вышли на площадку, а девушки остались на трибунах поддерживать нас.

Игра пролетела быстро — странно быстро. Мяч, пасы, движение — всё смешалось в один непрерывный шум, в котором голова наконец перестала думать.

Но как только мы вышли с площадки, мысли вернулись сами по себе.

По традиции после игры мы поехали ужинать. Компания у меня конечно очень весёлая и дружная.

Смех, разговоры, какие-то истории друг про друга — всё как обычно. Только мне не хватало той самой «обычности» внутри себя.

Все мои друзья были с кем-то. Эти их вечные непроизвольные прикосновения, взгляды друг на друга. И я …. Знаете сидел среди них — вроде и в компании, но всё равно как-то отдельно.

И это «отдельно» чувствовалось особенно остро на фоне какого-то глупого романа, написанного сказочницей, которая, похоже, вообще не подозревала, как её строки звучат в реальности и ломают мою жизнь.

После странного вечера вернувшись домой я сел на диван и снова увидел эту книгу. Она лежала так спокойно, будто ничего не сделала.

Я посмотрел на неё несколько секунд, как на человека, с которым не хочется спорить. Рука сама потянулась и я взял в руки книгу и внимательно посмотрел.

Внутри что-то торкнуло. Я посмотрел га кухню. На столешнице стояла бутылка спиртного. Я налил немного.

Нет …. не подумайте, не для того, чтобы напиться, а чтобы притупить этот внутренний шум, который не выключался весь день. И снова открыл страницы той самой книги.

Я остановился на сто какой-то странице, где автор делала акцент на характере героя. После сотой страницы речь пошла о его поступках.

Герой, «Алекс», оказался большим любителем загородных поездок.

— Как-то раз, гуляя вдоль шумной горной реки, Алекс подхватил меня на руки, не дав ступить в воду…

Я на секунду задержал взгляд на строке. Да, написано идеально. Слишком гладко, чтобы зацепиться хоть за что-то. Но именно поэтому хотелось увидеть этого парня в реальной жизни — не на бумаге. С его заботой, внутренней уверенностью и этой странной, почти недостижимой нежностью.

Далее шёл пикник:

— Расстеленный на густой траве плед был удивительно гармоничен, мы мило улыбались друг другу, Алекс кормил меня с рук вкусными тарталетками с икрой, которую приготовил сам, из пойманной им рыбой…

Я тихо фыркнул.

— Серьёзно… сам поймал, сам сделал икру, — пробормотал я, делая глоток.

Представляете потом был… Завтрак, танцы под луной, поцелуи — всё идеально. Слишком идеально.

К двумстам страницам я уже был изрядно пьян, перечитывая очередной безупречный поступок, который не оставлял реальности ни одного шанса. И чем дальше я читал, тем сильнее внутри поднималось раздражение. Я был уже красный. Внутри все кипело.

И даже не на книгу. А на сравнение в ней. На это тихое ощущение, что где-то существует стандарт, по которому ты уже заранее обречен на провал.

В отчаянии я резко взял телефон. Пальцы сами открыли камеру. Я нажал на плей и записал ролик, в котором вывалил всё, что думаю об этом романе — без фильтров, без пауз, на одном дыхании, как будто если остановлюсь, всё снова останется внутри.

А утром…

Итак всем читателям мое почтение! История будет теперь идти с двух сторон.

Приступим!

Моё утро последние несколько лет было другим — не таким, как раньше, когда в жизни казалось, что есть всё, о чём только можно мечтать.