— Войдите, — сказал я, едва подняв взгляд от бумаг.

Дверь открылась, и на пороге появилась Юля. Мы не виделись несколько недель.

— Юля? — удивился я, вставая с кресла.

Она мягко обняла меня, и я ощутил тепло её рук и ту редкую искренность, которая всегда у меня ассоциировалась с сестрой.

— Да вот подумала зайти к брату, поздороваться. И ещё пригласить тебя на обед. Если не занят?

Я кивнул, ощущая одновременно облегчение и лёгкий страх. Да, небольшой перерыв действительно не помешает, но… думать о чём-то кроме Лизы мне было почти невозможно.

Мы спустились в уютный ресторан неподалёку. Заказав еду, тихо беседовали, когда Юля внезапно улыбнулась и помахала рукой кому-то за дверью. Я повернулся и увидел молодую девушку, аккуратно держащую папку.

— Здравствуйте, — вежливо сказала она, слегка смущаясь.

Юля взяла документы в руки и очень быстро проверила все бумаги, что было в папке, а затем посмотрела на девушку:

— Спасибо, вы отлично справились. Может, присоединитесь к нам? — предложила она, переводя взгляд на меня. — Максим, ты не против?

Я слегка усмехнулся, пытаясь скрыть внутреннее смятение. Алина села за стол, заметно нервничая, и я почувствовал, как напряжение подступает к горлу.

И тут сестра решила нас представить друг другу.

Я лишь кивнул, мне было все равно, а вот девушка старалась пристально следить за мной.

— Очень приятно, — тихо сказала она, пытаясь поймать мой взгляд.

Юля наблюдала за нами, затем повернулась с хитрой улыбкой. Вот тогда я уже точно знал сейчас начнется не просто обед, сейчас будет ШОУ.

Первым делом Юля взглянула на свою подчиненную.

— Знаете, Алиночка вы очень похожи на моего брата. — произнесла моя сестра с явным акцентом — Он тоже вечный трудоголик, всегда погружён в дела.

— Ох Юлька… — подумал я про себя. Вот ты конечно не исправима. И не желая играть в ее игру я лишь слегка покачал головой.

— Обычная жизнь, обычная работа. — фыркнул я, всем видом показывая свое недовольство.

Сестра меня отдернула тут же словесно. Ее лицо стало серьезным, брови слегка нахмурились, а в глазах появился укор.

— Нууу не скажи! — усмехнулась Юля. — Ты талантливый, успешный, и мне приятно это отмечать.

Затем она перевела взгляд и посмотрела с особой теплотой на Алину:

— Кстати, Алина так же как и ты любит хоккей и пиццу. Вы в этом очень похожи. Вам стоит познакомиться поближе!

В этот момент мы оба смутились. Я — потому что совершенно не собирался заводить отношения, а Алина — от неожиданности и лёгкого волнения. Я перевел взгляд на сестру. Внутри меня всё вздрагивало. Что она делает? Я глубоко вздохнул, пытаясь собраться. Ощущая настойчивость Юли, я решил говорить честно:

— Алина, мне неловко за мою сестру… но моё сердце уже занято. Поэтому узнать друг друга получше у нас не получится!»

Она опустила глаза, слегка растерявшись, словно ждала другого ответа. Юля сжала мою руку, наклонилась и шепнула мне на ухо:

— Максим …. Эта твоя любовь обречена. Вот почему тебе и нужно переключиться.

Я ощутил очередной лёгкий укор, смешанный с раздражением. Переключиться? Как будто можно просто выбрать кого-то другого. Сердце не подчиняется приказам. Я убрал руку сестры и спокойно сказал Алине:

— Простите за Юлю. Но я уверен: вы ещё встретите своего человека.

С этими словами я встал, сдерживая тяжесть в груди, тихо улыбнулся и вышел из-за стола. На улице я сделал глубокий вдох, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. Я не могу позволить себе быть с кем-то другим. Не тогда, когда Лиза всё ещё жива в моём сердце. Но одних чувств недостаточно, чтобы построить настоящие отношения. И пока я не научусь отпускать прошлое… я просто буду идти вперёд с пустотой внутри. И в этот момент я понял: иногда любовь — это не выбор между двумя людьми. Иногда любовь — это умение пережить собственное чувство и быть честным с самим собой.

* * * * * * *

Вернувшись домой, я снова стала время от времени появляться в офисе — то для перевода документов, то для участия в очередной встрече. Всё шло своим чередом, спокойно и почти буднично.

Павел остался в столице. На этом наши пути разошлись окончательно и бесповоротно. Впрочем, по сути, и заканчиваться было нечему — ничего по-настоящему и не начиналось.

С Катей, к моему удивлению, отношения стали нейтральными. Она вела себя так, будто между мной и её братом ничего не произошло. Ни намёков, ни неловких взглядов, ни попыток что-то обсудить. Но мне всё равно было не по себе, и я по возможности старалась избегать её.

Однажды Катя сама зашла в конференц-зал. Мы с Наташей сидели за столом, разбирая бумаги. Она присела рядом и вдруг бодро заявила:

— Девчонки! А давайте сегодня вечером куда-нибудь сходим? Потусим!

Наташа мгновенно отложила документы, а я лишь напряжённо подняла голову.

— Посреди недели? — уточнила я.

Катя улыбнулась:

— А почему бы и нет?

Наташа тут же поддержала идею и, ткнув меня в плечо, пританцовывая, сказала:

— Лизка, давай! Пойдём оторвёмся!

Я невольно усмехнулась. Перевела взгляд с Кати на Наташу и, вздохнув, согласилась:

— Ладно… пойдём.

Девушки радостно подскочили, обняли меня и расцеловали в обе щеки. Катя ушла, а Наташа ещё полдня рассказывала, как круто мы проведём вечер.

После работы мы разъехались по домам, а к восьми встретились в одном из пабов, где по средам играла клубная музыка. Внутри было шумно и живо: приглушённый свет, неоновые вывески, плотный гул голосов и ритмичные басы, которые мягко вибрировали где-то в груди.

Катя уже была там. Мы с Наташей заметили её сразу — она стояла у барной стойки. Мы устроились за столиком ближе к танцполу. Музыка была достаточно громкой, чтобы не возникало неловких пауз, но всё же позволяла разговаривать. Сначала обсуждали пустяки: сам паб, город, командировку в столицу.

Спустя какое-то время мы вышли на танцпол. Алкоголь вперемешку с лёгкими закусками довольно быстро дал о себе знать. В теле появилась приятная лёгкость, движения стали свободнее, смех — громче. Но вскоре нас уже заметно развезло, и мы вернулись к столику передохнуть. Я посмотрела на часы и широко раскрыла глаза:

— Ой… всё. Нам пора.

Но Катя с Наташей уходить явно не собирались.

— Лиза, ну ещё немного! — смеясь, они потащили меня обратно на танцпол.

Танцуя, я случайно столкнулась с каким-то парнем. Слегка опьянённая, поспешно извинилась и, покачиваясь, направилась обратно к столу. Он пошёл следом. Я сделала ещё несколько глотков вина и, повернув голову, увидела, что тот самый парень сел за наш столик.

— С вами всё в порядке? — спросил он с искренним беспокойством.

Я вдруг начала икать.

— Да… — протянула я, стараясь говорить уверенно.

Он усмехнулся.

— Может, я отвезу вас домой?

Я на секунду задумалась, потом встряхнула головой:

— Нееет… спасибо. Я здесь с подругами. Всё нормально.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Точно уверены?

Я кивнула и указала на танцпол, где веселились Катя и Наташа.

— Я правда не одна. Не переживайте.

Он поднялся со стула.

— Если вдруг понадобится помощь — я буду у бара. Просто позовите.

Я благодарно улыбнулась. Сделала ещё глоток вина и почувствовала, как тепло растекается по телу, расслабляя его, а мысли становятся вязкими и расплывчатыми. В какой-то момент мир поплыл перед глазами. Музыка словно стала глуше, свет — ярче. Мне стало резко плохо. Я даже не успела ничего сказать — просто бессильно опустилась на стол.

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь жалюзи, резал глаза. Я щурилась, ощущая, как внутри головы стучат сотни молоточков. Диван подо мной казался чужим, странным, а запах кофе смешивался с лёгким ароматом мужского одеколона — и это одновременно успокаивало и тревожило.