Маша, заметив моё напряжение, тихо спросила:

— На кого ты смотришь? Кого-то узнала?

— Да… — выдохнула я почти неслышно. — Вообще не ожидала его здесь увидеть.

В этот момент Егор, увлечённо рассказывая какой-то случай, повернулся к нам:

— Девчонки, идём играть в бильярд? Вы с нами?

Я почувствовала, как внутри растёт импульс убежать подальше — от зала, от шума, от самого Максима. Сердце колотилось всё сильнее и я схватила Машу за руку:

— Конечно! Мы с вами!

Перейдя в бильярдный зал, я сделала глубокий вдох, стараясь вернуть себе контроль. Шум и свет главного зала остались позади, но присутствие Максима ощущалось почти физически, будто он оставил свой след, мягкий, но жгучий, который преследует меня даже вдали.

Егор, обняв меня за плечо, с гордостью произнёс:

— Есть желающие сразиться с моей сестрой?

Я улыбнулась, но внутри всё ещё бурлило: мысли о Максиме, его походке, лёгкой улыбке, о том, как он почти незаметно вошёл в зал. Казалось, что игра в бильярд стала не развлечением, а способом спрятаться, хотя бы на время, от эмоций, которые я ещё не готова была пережить.

Каждый удар шара по столу отдавался эхом в груди. Сцена с Максимом повторялась снова и снова, и я понимала: вне зависимости от того, куда я уйду, он уже оставил свой след. И этот след будет преследовать меня весь вечер, не давая ни минуты покоя.

* * * * * * *

Обыграв всех присутствующих, я присела за столик, давая возможность поиграть и остальным.

В этот момент из соседнего зала послышался шум. Через мгновение он донёсся в бильярдный зал, и я увидела Максима в компании его друзей.

Его заметили Егор с Машей, а меня — Макар и Алиса. Остальных людей, которые были с ним, я не знала.

Макар, увидев меня за столиком, широко улыбнулся и, не теряя ни секунды, направился ко мне:

— Привет, Лиза! — сказал он, присаживаясь рядом.

Я повернулась к нему:

— Привет!

Затем ко мне подошла Алиса.

— Привет, Лиза! Рада тебя видеть!

— Привет! Взаимно! — улыбнулась я, ощущая, как сердце слегка учащённо бьётся.

Пока мы обменивались приветствиями, Егор сообщил Максиму, что они здесь по случаю празднования его дня рождения. Тогда Максим понял, куда я так спешила.

Подойдя к столику, за которым сидели я, Алиса и Макар, Максим присел чуть дальше и сказал:

— Чё, сыграем, брат?

Макар принял вызов, и они ушли, забрав с собой в качестве зрителей друзей. Мы остались за своим столом.

В перерывах между партиями Егор и Максим обсуждали игру, и постепенно пришли к идее сыграть «стол на стол» — лучший игрок одного стола против лучшего другого. Так в кандидаты вышли я и Максим.

Я подошла к столу, взяла кий и почувствовала, как внутри что-то сжалось. Каждый взгляд Максима, каждый лёгкий поворот его головы казались мне чрезмерно значимыми. Он тоже сделал шаг вперёд, взял кий и устремил на меня взгляд, полный лёгкой улыбки и скрытой оценки. Моё сердце заколотилось быстрее.

Матч начался. Шары скатывались по столу, щелчки кия создавали ритм, а вокруг нас постепенно собралась небольшая группа зрителей.

Максим уверенно ставил шары в лузу, но я держалась достойно: пару раз удалось поставить его в затруднительное положение, аккуратно «пригнав» шар к лузе.

Смех, азарт и лёгкая конкуренция смешались с напряжением поединка. Каждый его взгляд, каждое движение казались мне предельно значимыми. Мне хотелось выигрывать не только ради победы, но и чтобы он заметил, что я могу быть не просто рядом, а настоящим противником.

Параллельно я ловила мельчайшие реакции Максима: едва заметная искра в глазах, лёгкая улыбка при удачном ходе, напряжение челюсти, когда я удачно ставила шары. С каждым раундом мои чувства смешивались: азарт, лёгкая досада, возбуждение и тревога одновременно.

Через час на столе остался всего один шар — решающий. Максим скептически усмехнулся:

— Ну что, Лиза, сейчас выясним, кто победит!

Я глубоко вдохнула, почувствовав, как всё вокруг замедлилось. Сердце колотилось, руки слегка дрожали. Лёгкая улыбка появилась на моих губах — не столько от победы, сколько от того, что мы здесь вместе, и это напряжение казалось почти осязаемым.

С лёгкой грацией направила кий. Шар медленно покатился по столу, словно замедляя время, и точно угодил в лузу. В зале раздался лёгкий шёпот, а затем — аплодисменты.

Максим замер на месте, поражённый и одновременно восхищённый. Я улыбнулась, слегка склонив голову, чувствуя тепло от успеха и одновременно волну… чего-то совсем неясного. Смешение радости победы и тревожного ожидания его реакции сжимало грудь.

— Поздравляю! Спасибо за отличную игру! — подошёл Максим и протянул руку.

Я пожала ему руку, чувствуя, как наш контакт вызывает дрожь внутри. Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем нужно, а лёгкая улыбка не скрывала интереса.

Когда вечер начал подходить к концу, гости постепенно стали расходиться. Я тоже не стала задерживаться.

Вызвав такси, попрощалась с Егором, поздравив его ещё раз с днём рождения и поблагодарив за приятный вечер.

Машу я взяла с собой — слишком внимательно Максим наблюдал за мной после игры, и мне совсем не хотелось оставаться с ним наедине. Мы быстро заказали одно такси на два адреса.

Когда мы вышли на улицу, я сообщила Маше, что такси почти подъехало. Вдруг позади раздался знакомый голос:

— Уже уезжаешь? — тихо спросил он, остановившись в паре шагов от нас.

— Да — ответила я спокойно, слегка улыбнувшись.

Максим скользнул взглядом по Маше с едва заметной досадой, словно её присутствие рушило что-то задуманное им заранее. Его тень казалась тяжелой, и мне стало немного тревожно.

— Понятно… — выдохнул он, сдерживая эмоции, но сжатая челюсть выдала напряжение. — Тогда до встречи!

Я ничего не ответила, лишь просто улыбнулась. Сердце ещё долго стучало, а пальцы непроизвольно сжимали сумку: чувство, что игра ещё не закончена, оставалось со мной.

Такси подъехало, и я с Машей запрыгнули внутрь. Машина тронулась, и я всё же обернулась. Максим стоял неподвижно на тротуаре, руки в карманах, его взгляд будто пытался втянуть меня обратно, остановить движущуюся реальность одним лишь взглядом. Сердце сжалось, и я почувствовала странное дрожание в животе.

Маша едва закрыла дверцу, как повернулась ко мне, прищурив глаза — она слишком хорошо читала мои эмоции.

— Итак… — протянула она, пристёгиваясь. — Ты это видела? Максим буквально прожигал тебя взглядом! Я думала, он сейчас подойдёт и скажет, что сам отвезёт тебя домой.

Я кивнула, отвела взгляд, уткнувшись в мокрое стекло. Дождь тихо барабанил по нему, словно пытаясь заглушить шум в голове, каждую мысль, каждый рывок сердца.

В сумочке завибрировал телефон. На экране вспыхнуло его имя. Я затаила дыхание, пальцы дрожали. Осторожно разблокировала экран и увидела сообщение: «Ты специально уехала не одна?»

Слова висели в воздухе, тяжёлые, острые, как ледяные иглы. Моё сердце подпрыгнуло, в груди возникло странное сжатие. Я резко вышла из мессенджера и заблокировала телефон, пытаясь заставить эмоции замереть.

Маша внимательно посмотрела на меня:

— Что написал?

Я показала ей сообщение. Она прочла и широко раскрыла глаза. После этого я снова заблокировала телефон и уткнулась в окно, чувствуя, как грудь сжимается всё сильнее.

— Что, даже не собираешься ответить? — спросила Маша, голос чуть тревожный.

Я оторвалась от стекла и посмотрела на неё, чуть вздохнув: — Думаю, мне не стоит…

Такси уже подъезжало к дому. Маша тихо вздохнула:

— Неужели тебе совсем не интересно, о чём он хотел поговорить?

Я улыбнулась, но улыбка была лёгкой, почти печальной, словно тёплый отблеск в холодной комнате:

— Маш, я считаю, нам с ним лучше вообще не общаться.