— Отличные новости, - командор расплылся в довольной улыбке. Его высокая и немного худощавая фигура нависала сверху над подчинёнными, из-за чего радость на его лица была несколько устрашающей. — Давно пора. А то команда уже начала роптать и…
— Это… - пират уставился чуть выше головы Командора, прервав его победный монолог. Нахмурившись, Алехандро покрутил головой, заметив, что глаза пирата следуют за незримой точкой выше его головы. — Кхм, чтоб меня…
— Ты там что, демона увидел?! – рявкнул Алехандро, про себя удивляясь тому, что лицо пирата уж какое-то слишком бледное. Раньше смуглый был, почти чернокожий. А тут вдруг – бледный? С чего бы это?
— Н-нет, просто, - пират замялся, явно стесняясь тыкать пальцем в командора. — Шляпа у вас… горит.
— Чего?! – вспылил Алехандро и сорвал шляпу, уставившись на неё. И вот тогда он заметил. Нет, шляпа не полыхала огнём в привычном понимании. Горело украшение из стеклянных черепов, приделанных к передней части капитанской треуголки. Сделанные из таинственного фиолетового камня в самых агрессивных тонах, они наводили ужас на захваченных торговцев. А сейчас… ровное белое свечение, делающее черепа ещё более выразительными. — Не может быть, - пробормотал Алехандро, боясь даже пальцем коснуться горящих белым черепов.
— Командор, вы что, колдун?! – ахнул пират, за что тут же получил подзатыльник.
— Чушь не неси! Сигнальте на корабли – мы возвращаемся в Убежище!
— Чё?! А… А как же торговцы?!
— Торговцы ещё будут, а если Убежище потеряем, то и возвращаться уже будет некуда с добычей, олухи! Ну, Армандо! Надеюсь, ты мне объяснишь, почему светится артефакт, который не светился даже тогда, когда штурмовали Убежище в последний раз…
***
В Убежище…
— Поджигай их! – ревел морским зверем Армандо, размахивая факелом в одной руке и саблей в другой. Вместе с Лобаром они крутились на небольшом пятачке между мачтами, подрубая чёрные руки, тянущиеся к ним со всех сторон. Уже четверть команды полоумные одержимые либо зарезали, либо утащили за собой в потемневшие от крови воды Убежища. Глубина здесь была приличная, а о самых глубоких местах и вовсе ходили легенды об обитающих там духах утопленников. Вот теперь прибавится всяких россказней! — Они хорошо горят и не воскресают из пепла, жги!
— Не верещи мне в ухо, старый башмак! – огрызнулся на него Лобар, пинком откинув от себя очередного заражённого и ткнув саблей в раскрытую пасть другого. Факела у него не было, зато злости на происходящее – на троих. В моменте, проклиная больную спину, он изогнулся и подхватил с палубы второй клинок, тут же используя его по назначению и отрубая голову ещё одному, отброшенному сражающимся пиратом. — Где я тебе ещё факел найду?!
— Моё какое дело?! – в том же тоне ответил ему Армандо, использовав схожий приём. Только вместо сабли он ткнул в раззявленную пасть не саблей, а факелом. Одержимого затрясло в конвульсиях, чем и воспользовался пират, отбрасывая полыхающее тело прочь. — Найди, если хочешь жить!
— Я и так выживу, чего о тебе не скажешь!
Два старика рубились на зависть молодым, но одержимых меньше не становилось. Даже то, что корабль, оседлав течение, двигался прочь от порта, в сторону выхода из Убежища, не сильно помогало. Одержимые цеплялись за борта, лезли друг по другу и вываливались один за другим на доски. Тяжело представить, что было бы, если бы они забирались на корабль десятками и сотнями. Такую толпу не помогли бы сдержать даже пушки. Да и как, спрашивается, стрелять вдоль бортов? А как стрелять вниз? Вот то-то же.
— Корабль! – от штурвала, где происходила своя бойня, раздался надрывный крик, тут же привлёкший внимание Лобара, Армандо и многих других. Бросив туда взгляды, они увидели того, в ком ранее пришедший гостем Лобар разглядел сына Армандо, он указывал на выход из Убежища, где сегодня было особенно много тумана? Впрочем, это мог бы быть и дым. И что он в этой молочной пелене вообще мог заметить?
Отвечая на невысказанный вопрос, из тумана выскользнул массивный корпус знакомого многим корабля. Вместо фигуры на его носу верещали связанные оборванцы, даже издали выглядящие изрядно побитыми. По всей видимости, именно они провели это судно через скалы, вовремя подсказывая путь. Никто так раньше не делал, ибо жёлтые мундиры обычно играли в благородство и цивилизованность. Но не командор Велардо. Тем временем, капитан этого монстра не думал хоть как-то лавировать или замедляться.
— Приготовиться! – первым среагировал Армандо, кинувшись к мачте и ухватившись за неё. Секундой позже к нему присоединился Лобар, а затем уже и все остальные пираты, отбросив от себя одержимых, схватились, за что могли. Таранный удар вышел страшным. Нос вторженца врезался в бок «Ужаса Глубин», накренив и отодвинув. Большая часть одержимых гроздями посыпалась в воду, но часть удержалась, а некоторые так и вовсе выбрали себе новую цель.
— Что это за твари?! – возмущению жёлтых мундиров не было предела, когда одержимые полезли уже на их корабль.
— Собрались парни! – Армандо воспрял духом, поняв, что чужаки перетянули на себя часть этой заразы. Теперь можно будет выгадать момент и вдарить по Велардо залпом! Вот только как заряжать пушки и отбиваться от этих гниющих?! А они гниют! Прямо на глазах. И чем больше сгнил одержимый, тем неохотнее он встаёт вновь.
За всеми этими событиями никто не заметил происходящего в каюте командора Армандо. От удара трофеи сорвало с креплений, они посыпались со своих постаментов, покатились по полу. Некоторые даже раскололись или потеряли часть мелких деталей. Не стали исключением и предметы, находившиеся на столе. Карты, писчие палочки, чернила – всё оказалось на столе. Кроме одной вещи.
Тяжёлая чаша из жёлтого стеклянного камня, изображающая череп, осталась на столе, просто слегка сдвинувшись. Она разгоняла тьму каюты, в которой погасли все источники света, своим мерным белым сиянием.
***
Некоторое время назад…
Как бы Наво не пытался, он более не мог заставить странный обелиск светиться. Не реагировали и остальные камни, разбросанные тут и там. Правда, юноша заметил, что в некоторых местах остались углубления, как будто бы кто-то вырыл отсюда ещё камни. Их точно должно было быть больше! Решив с этим не разбираться, он вернулся к Мари. Тем более, что девушка уже проснулась и даже намекала на то, что им пора отправляться в путь, если они хотят убраться с острова прочь.
Согласившись с ней, он вновь забросил её к себе на плечи, с тревогой прислушавшись к её болезненному возгласу. Однако, заставлять её идти самостоятельно он не стал – это было бы слишком жестоко, да и Мари шаталась прямо на глазах.
— Как я тебя вообще с острова вывозить буду, тебе же покой нужен, - пробормотал Наво, впервые чувствующий такую ответственность за другого человека. Насчёт Лобара и Велгантэ он не волновался – они смогут за себя постоять в любом случае, но Мари – точно нет. Будучи целой, она ещё могла спрятаться куда-нибудь, но сейчас она побитая и едва ли от кого-то убежит.
