комнаты прорезают шлепки наших тел и стоны и хрипы.

— Артур! — вскрикивает Ника.

Вынимаю из неё член. Снова опускаю и приставляю головку к приоткрытому от оргазма рту.

Толкаю туда член, пока головка не касается горла. Быстрее вожу бёдрами, приподнявшись.

Насаживаю её голову на член. По максимуму вбиваюсь, слыша её хрипы.

Ника даже упирается руками в мои ноги и пытается получить свободу.

— Глотай, блять! — выстреливаю спермой прямо ей в горло и стону так, что сам глохну.

Отпускаю чуть Нику и она отшатывается, вынимая член изо рта. Сперма стекает по нему.

— Вылизывай, — приподнимаю бёдра. — Языком!

Послушно вынимает язык и медленно ведёт по возбуждённой коже.

— И здесь, — беру её за голову и наклоняю к яйцам. — Вылизывай!

Делает и это.

— Умница, — довольно хриплю, дурея от кайфа.

Ника обессилено садится на колени у меня между ног.

Я довольно выдыхаю и прикрываю глаза.

За плечи тяну Нику на себя и целую её в губы.

— Тебе хорошо? — спрашиваю зачем-то. Разве мне не должно быть всё равно? Ведь главное, что

хорошо мне.

Кивает. А потом открывает глаза и смотрит на меня.

— Но сколько это будет продолжаться, Артур? Мы же не можем тут всю жизнь сидеть… А моя

мама? Твой отец? Когда мы выйдем отсюда?

Эти вопросы злят меня. Потому что я сам всё чаще задаю их. Они раздражают меня. А теперь

ещё и Ника их задаёт.

Спускаю её на ковер и запихиваю член. Ладонями потираю лицо.

Что ей ответить? Я не знаю.

Убираю от лица руки и в этот момент раздаётся звонок. Впервые за все эти дни. Номер знают

всего два человека.

Смотрю на экран. Он.

И сразу же понимаю, что значит случилась какая-то херня. Просто так он не стал бы звонить.

Отвечаю. Но молчу. Проверяю, он ли.

— Артур! – кричит он в трубку. — Артур!

— Да, я. Что случилось? Что?!

— Надо ехать, Артур! Надо!

Как обухом по голове. Собираюсь с мыслями.

Вскакиваю с кресла и хватаю брелок от машины.

— Я выезжаю! Встречаемся на нашем месте! — бросаю я и срываюсь с места.

Останавливаюсь у самой двери и поворачиваюсь к Нике. Она так и сидит на полу. Удивлённо

хлопает глазами.

Иду к ней и наклоняюсь.

— Сиди здесь. Поняла? — говорю строго. — Я скоро приеду. Закройся и сиди. Тебя здесь никто

не найдёт. Никто не знает, что ты здесь. Ты поняла? Ты поняла меня?

— Артур! Не оставляй меня одну! Не оставляй! — она обхватывает мои руки своими ладонями и

быстро поднимается. — Артур!

— Ника, — стараюсь говорить спокойно. — Я должен ехать. Я скоро вернусь. Поняла? Ты сидишь

в этом доме и ждёшь меня. Поняла? Ты поняла или нет?!

Чуть трясу её.

Она беспомощно кивает.

Быстро целую её в губы и убегаю.

Глава 61. Свобода

Я не сразу понимаю, что происходит. Осознание того, что я снова осталась одна, приходит

лишь, когда я слышу рев машины и скрежет колес.

Бросаюсь к окну и вижу столб пыли от машины Артура.

Что же случилось?

Кидаюсь к двери и закрываю её на все замки. В страхе оглядываюсь и кутаюсь в кофту. Бегу

наверх. Закрываюсь в спальне. И жалюзи опускаю.

Мне опять страшно.

Лёгкость этих нескольких дней словно растаяла без следа. Словно их и не было.

Я позволила себе расслабиться и забыть почти обо всём. Уверена, ещё немного и мне удалось

бы уговорить Артура позвонить отцу. Ведь он поможет! Он обязательно поможет!

В голову приходит сумасшедшая мысль. А что, если в доме есть телефон? Ну вдруг?

И я выбегаю из комнаты и начинаю искать. Но с каждой минутой надежда тает.

Нет, конечно. Нет тут телефона. Нет.

Единственный телефон был у Артура и он его никогда не оставлял без присмотра.

Но куда же поехал Артур? Что там случилось?

Меня опять накрывает паника и страх. Та уверенность, которую давал мне эти дни Артур,

улетучивается.

Он же обещал, что не оставит меня больше! Обещал!

Возвращаюсь в комнату и зарываюсь под одеяло. Хочу так укрыться от всего, что происходит.

Наверное, забываюсь. Потому что как будто в полудрёме слышу какие-то звуки. Приподнимаюсь с

постели и сбрасываю с себя одеяло. Прислушиваюсь.

Раздается грохот. Словно что-то падает. Что-то большое.

А потом громкие шаги. Почти бег. И бежит явно не один человек.

Спрыгиваю в ужасе с кровати и мечусь по комнате. Куда спрятаться?

Едва успеваю открыть дверцу шкафа, как дверь в мою комнату с грохотом вылетает. Я

вскрикиваю и закрываю голову руками.

— На пол! Все на пол! — слышу грубый мужской голос и послушно падаю на колени, а потом и на

живот. Держу руки на голове и чувствую слёзы. Реву. Я тихо реву. От страха.

Этот кошмар никогда не закончится.

Вокруг грохот и скрежет. Потом немного всё успокаивается. Становится тише. Но я всё ещё

боюсь поднять голову и посмотреть, что же происходит. Наоборот, сильнее прижимаю к голове

ладони.

— Ника! Ника!

Слышу знакомый голос и не дышу.

Руслан?!

Медленно, озираясь по сторонам, поднимаю голову.

Меня кто-то подхватывает и сажает. Проводит по волосам.

— Ника, — звучит на выдохе. — Успели.

Поднимаю взгляд.

Руслан.

Руслан!

Но как?! Как он нашел меня?!

— Руслан, — всхлипываю я.

Он помогает мне встать.

Я не хочу видеть, что здесь происходит. Поэтому просто закрываю лицо руками и так и сижу в

машине, которая куда-то везёт нас.

— Ну, вот ты и дома, — произносит Руслан, открывая дверь.

— Дочка! Ника! Девочка моя!

Распахиваю глаза и вижу плачущую маму, которая бежит мне навстречу.

— Господи! Девочка моя! Ну? Всё позади! Теперь всё позади!

Мы бросаемся в объятия друг друга. Обнимаемся, целуемся. Обе ревём.

Я выпускаю из себя, наконец, всё, что так долго копилось. Мне реально становится легче.

Эти слёзы… они свободу дают!

Осматриваюсь. Скольжу взглядом по маме, по Руслану, стоящему тут же.

Опускаю взгляд и молчу. Как мне кажется, молчу целую вечность.

Кусаю губы от нерешительности. Но я должна спросить. Я не смогу успокоиться, если не

спрошу.

— А где Артур? Вы знаете? Где он?

Руслан недовольно поджимает губы, отворачивается и мотает головой.

— Скажите мне! — требую я. — Я устала от вранья и молчания! Почему вы все от меня скрываете

что-то?! Почему?! Я уже не маленькая девочка! Вы знаете, где Артур?! Скажите мне! С ним всё

в порядке?! Вы знаете?!

Мама нерешительно прикусывает губу, отворачивается. Косится на Руслана. Словно не решается

озвучить без его разрешения.

Как же мне это всё надоело! Столько недосказанности в нашей жизни!

— Знаем, — наконец, произносит Руслан. Переводит взгляд на меня. Смотрит серьезно. — Он в

больнице, Ника.

У меня словно отрывается в груди что-то и падает. Долго падает вниз, а потом грохот.

Я смотрю, не моргая на маму, а потом и на Руслана, и беззвучно шевелю пересохшими губами.

Глава 62. Жестокая правда

У меня словно обрывается что‑то внутри — не просто падает, а рассыпается на тысячи

осколков, которые режут изнутри. Воздух застревает в горле, не давая вдохнуть. Я смотрю на

Руслана, потом на маму — их лица расплываются перед глазами, будто сквозь пелену слёз.

— В больнице… — наконец выдавливаю я, и голос звучит так тихо, что сама едва слышу его. —

Что с ним? Что случилось?!

Руслан медлит. Эта пауза кажется бесконечной — каждая секунда растягивается, давит, душит.

Он поджимает губы, словно взвешивает каждое слово, прежде чем произнести его вслух.

— Его ранили, — говорит он наконец, и эти слова бьют, как молот. — Не смертельно. Врачи

говорят, что всё будет нормально. Но… он в тяжёлом состоянии.