Приподнимаюсь и смотрю ей в глаза, закручивая пальцами соски.

Она прикусывает губу, но стон давит.

- Хватит, Ника. Игры закончились.

Опять пытается помешать мне и упирается руками в грудь. Толкает. Тогда одной рукой просто

беру её за запястья и прижимаю к кровати над головой. Удерживаю так. А второй рукой лезу ей

в штаны. Провожу средним пальцем между складками. Ника тяжело вздыхает. Нажимаю на палец и

он сразу же покрывается ее влагой.

Обвожу по кругу вокруг клитора, не отрывая взгляда от лица Ники.

Сгибаю пальцы и скребу по складкам.

Хватит, блять. Девчонка течёт. Тут и ласки не нужны.

Приподнимаю бёдра и тяну с себя спортивные штаны. Член сразу пружинит.

— Артур, не надо… — зачем-то шепчет Ника, а сама губу нижнюю прикусывает и глухой стон всё

же срывается с её губ.

Рукой опускаю член и приставляю к дырке.

Я стараюсь медленно, стиснув зубы, аккуратно протиснуться в неё, но терпения не хватает.

Тогда я отрываюсь от неё, приподнимаюсь, чтобы видеть её лицо. Выхожу из неё почти

полностью, оставляя лишь половину головки в ней. А потом резко и сильно ударяю бёдрами. И

сразу же полностью вхожу в неё.

И шлепок яйцами. Мой хриплый стон и вскрик Ники.

Она широко распахивает глаза. Смотрит на меня.

А я начинаю медленно двигаться в ней. Выхожу лишь чуть-чуть и аккуратно вхожу обратно. Еле

сдерживаю себя.

Такие движения не приносят нужного облегчения, но я заставляю себя потерпеть. Ещё немного.

Наконец, чувствую, что мышцы Ники расслабляются. Член уже мягко скользит в ней.

После того, как я немного ускоряюсь, у неё изо рта начинают вырываться стоны в такт моим

движениям. Пока едва слышные.

Встаю, сажусь на колени, хватаю её за бедра и приподнимаю.

Удерживая так, начинаю со всей силы долбить её.

Почти полностью выхожу и сразу же резко вбиваюсь.

Ника молчит. Хоть и выгибается.

Я слышу лишь её частое дыхание.

Хватаю её за талию и разворачиваю к себе спиной. Она покорно встаёт на колени и опирается

на локти.

Но я беру её за горло и, наоборот, приподнимаю.

Толкаю к спинке кровати, которая упирается в стену.

Прижимаю Нику к ней. Она кладёт руки на стену.

Коленкой раздвигаю ей ноги и опять вхожу.

Ника стонет, повернув набок голову и прижимаясь одной щекой к стене.

Сжимаю чуть сильнее горло.

Из неё вырывается хриплый стон.

Чувствую приближение долгожданной разрядки.

Ника выпячивает зад мне навстречу. Тогда я просовываю руку и сразу же нахожу клитор.

Всего лишь касаюсь его и Ника вскрикивает.

Обвожу вокруг него пальцем.

Громко рычу и впиваюсь зубами в плечо. Сильно кусаю её. Но она не обращает на это никакого

внимания. Лишь ещё больше выпячивает зад и стоны сменяются криками.

Я интенсивнее тереблю клитор и ещё ускоряюсь.

Вот сейчас. Я чувствую это. Сейчас.

Замираю и чувствую, как начинают сокращаться мышцы вокруг моего члена. Ещё глубже толкаюсь

в неё, хотя и так уже полностью в ней. Зажмуриваюсь и ловлю каждый импульс, посылаемый в

мозг.

Крики Ники ослабевают. Но тело ещё дрожит и член сжимает волна наслаждения, накрывшая и её.

Отпускаю её плечо и смотрю на красные следы от зубов. Усмехаюсь довольно.

Разворачиваю её к себе и крепко обнимаю. Впиваюсь в податливые обессиленные губы.

Она покорно приоткрывает рот и просто позволяет мне делать в нём то, что я хочу.

Её глаза закрыты и руками она держится за мои плечи.

Несколько секунд так и стоим. Обнявшись. В любой другой ситуации это было бы даже, сука,

романтично.

Но потом Ника медленно открывает глаза. Встречаемся с ней взглядами. И она словно что-то

вспоминает.

Глава 46. Внезапное заточение

Встряхивает головой. Сводит брови и взгляд её в ту же секунду становится колючим и ледяным.

Она толкает меня от себя и я не сопротивляюсь.

Я получил, что хотел.

Сам отпускаю её и падаю на спину на кровать. Прикрываю глаза, пытаясь уловить последние

секунды оргазма. Сука, как же охрененно с ней!

Открываю глаза и зыркаю на Нику. Она уже спрыгнула с кровати и сейчас торопливо напяливает

на себя разбросанные по комнате шмотки. Дурочка.

— Сюда иди, — зову ей скорее, чтобы позлить. Потому что знаю, что ей это не нравится.

Резкий поворот головы на меня и взгляд, полный ярости и злобы. Я тоже смотрю ей в глаза и

рукой поправляю член и поглаживаю пустые яйца.

— Иди, — подмигиваю и даже дёргаюсь.

Чтобы напугать её.

И это работает.

Девчонка тоже дёргается и отступает на шаг. Она успела натянуть только майку и сейчас, не

сводя с меня взгляда, натягивает быстро штаны на свои охуенные ноги.

— Какой же ты… — шепчет, хмурясь и опуская взгляд, понимая, что я не собираюсь за ней

гнаться. — Зачем ты сделал это? Снова…

— Может, потому что ты хотела? — усмехаюсь.

— Неправда! Я…

— Ты текла, Ника. Как последняя шлюха текла. У меня все яйца в твоей смазке, — ухмыляюсь и

пальцами провожу по яйцам.

— Гад! — рычит девчонка. — Ты всё это подстроил! Специально, да?!

Я смотрю на Нику, на её растрепанные волосы, на пылающие щёки. Торкает меня не слабо. И не

припомню, когда вот так в последний раз меня от девки вставляло.

Да, сука! Я трахнул бы её, даже если бы мы не попали сюда! Не зря ей в трусы залез тогда,

при первой встрече! Сучка такая горячая.

И рукой ощущаю, как член становится твёрже от одних мыслей и взглядов. Да сука.

— Ты подстроил всё это! — громко восклицает Ника. — Похищение, этот дом, всё! Ты!

Я приподнимаюсь на локтях и смотрю на неё исподлобья.

—Рот закрой, — голос звучит хрипло.

— Как же я сразу не догадалась! Это же всё ты! Ты предатель! Я слышала! Я всё слышала! — в

её глазах не страх, а ярость.

Ого, а девочка перестала бояться? Почувствовала силу? Думает, если я трахаю её, то не смогу

заткнуть?

Усмехаюсь.

— Предатель! Ты предал отца! Мою маму! Меня! Ты семью свою предал! — продолжает верещать

Ника.

Молчу. Потому что её слова… они, сука, как лезвием проходятся по грудной клетке. Царапают

как разбитое стекло.

Усмешка сходит с моего лица. Щурюсь, впиваясь в неё взглядом.

— Ты думаешь, я ничего не знаю? — она делает шаг назад, голос дрожит от сдерживаемых слёз.

— Я всё слышала! Всё, Артур! Ты знаешь этот дом. Ты знаешь, почему мы здесь! Ты знаешь этих

людей! Это всё ты сделал!

— Нет, блять! — вырывается у меня. — Заткнись! Ты нихера не знаешь! Нихера!

Её лицо бледнеет. Мои слова ведь сейчас звучат как признание. Блять. и, если до этого в её

голосе всё равно слышалось сомнение, то теперь… Она уверена в своих мыслях.

А мне не похуй ли? Она просто какая-то тёлка. Тёлка, которую я трахнул. И я не собираюсь

из-за неё что-то менять.

Она нужна здесь только для одного!

— Значит, это ты… — на выдохе произносит она. Медленно, чётко произнося каждый звук, словно

пробует слово на вкус. — Значит, ты…

— Слушай… — начинаю я и спрыгиваю с кровати, чтобы подойти к Нике.

Но девчонка резко дёргается от меня и пытается отойти. Оказываюсь быстрее, естественно, и

хватаю её. Прижимаю к стене и смотрю в глаза, нависая над ней.

И она смотрит. Не закрывает глаза. не отводит взгляда. Словно готова к правде. Ждёт её.

— Слушай сюда, девочка Ника, — хриплю я, чувствую, что вести начинает меня от её близости.

Да сука! Что нахер происходит-то?! С чего вдруг такая реакция на обыкновенную сучку?!

Которая к тому же нихера и не умеет-то!

— Ты нихера не знаешь, — цежу сквозь зубы, уже ощущая тянущую тяжесть в паху. Член привстал

и яйца поджались. — Не знаешь и не понимаешь. И лучше тебе в это не лезть. Будешь хорошей