— Позднее утро, — сказала Майя Руби, поиграв бровями.
Я усмехнулась.
— Те книги помогли Томасу подтянуть знания?
Джемма вытащила меню из-за салфетницы и покорно нас проигнорировала.
— Теперь Лили думает, что хочет стать ветеринаром дикой природы.
Джуни спросила, подав знак Джейку, чтобы заказать всем кофе:
— Я думала, она увлекалась тихоходками?
— Это было в прошлом году. В этом году это то, что тебе действительно понравится, Джейк, — добавила она, когда он подошёл с четырьмя кружками и наполнил их кофе. Он стоял как заворожённый, ожидая ответа. И Джемма наконец-то выдала: — Опоссумы.
Джейк застонал и отошёл.
Джемма продолжала:
— Вы знали, что у них отстоящие большие пальцы?
— Да, — невозмутимо ответила Руби. Выражение её глаз было таким, словно она заново переживала военное время.
— А то, что они могут проплыть до пятнадцати футов под водой, не выныривая за воздухом? Лили рассказывала мне историю, где детёныш опоссума вылез через унитаз.
— Это пугает, — мрачно сказала я.
— О, у меня есть история получше. Однажды… — и Руби начала пересказывать их с Джейком первую стычку с ворчливым опоссумом из одноимённого кафе. Я читала эту историю тысячу раз, поэтому мои мысли начали блуждать.
За окном Андерс вышел из своего магазина на утреннюю прогулку и встретился с Лили и Томасом, выходящими из «Сладостей», и я пожалела, что знаю, какой твёрдой была его грудь, какими тёплыми и нежными были его руки, или каков он на вкус — но я знала. И винить в этом оставалось только себя.
Любой, кто жаждал книжного парня, был глупцом.
— Что ж, надеюсь, к следующему твоему приезду гостиница откроется, — сказала Майя, — так что тебе не придётся жить в месте, которое пахнет старыми пыльными книгами.
— Если она вообще уедет, — загадочно заметила Руби.
— Я же говорила ей, что она может остаться, — добавила Джуни.
— Не проклинай её так, — Майя нахмурилась. — Люди редко отсюда уезжают. Это одна из тех вещей — как «Отель Калифорния». И отнюдь не в хорошем смысле.
Руби кивнула.
— Би даже возвращается.
Было бы здорово встретиться и с Би тоже. В интервью Рэйчел всегда говорила, что больше всего похожа на Беатрис Эверли. В неё она вложила больше всего от себя.
Я не могла представить, зачем Би вообще уезжать из Элоратона, ведь я искала способ остаться. Каждое утро было ярким и солнечным, медовые ириски — всегда сладкими, бургеры у Гейл — всегда подгоревшими, запах свежескошенной травы и жимолости на ветру — как знакомый парфюм. Я не могла представить себе более идеального места. Даже сидя в кафе, названном в честь некоего знаменитого грызуна…
Я с грохотом опустила почти пустую кофейную кружку.
О боже мой.
Вот оно.
— Опоссум, — выпалила я.
Девочки посмотрели на меня так, словно у меня выросла вторая голова.
— Что? — спросила Майя.
— Это место названо в честь него, да, — сказала Руби.
— Нет, нет, опоссумы могут проплыть до пятнадцати футов, не нуждаясь в воздухе.
Джемма кивнула, пытаясь понять.
— Да, я только что это сказала. Лили одержима…
— Я знаю! Вот оно. Вот оно, — повторила я, скорее себе, чем им. — Рэйчел Флауэрс всё же оставила зацепки. Нам просто нужно было их найти!
В этом был смысл. В этом был абсолютный смысл, но никто из них не понимал, о чём, чёрт возьми, я говорю. Это не имело значения. Меня было не остановить.
Я могла исправить ещё одну последнюю вещь перед отъездом, связать последний оборванный конец.
— Джуни, пойдём, — сказала я, поднимаясь на ноги в кабинке, а затем выпрыгивая из неё. Я схватила её за руку и потянула, заставляя встать. — Нам нужно навестить призрака по поводу туалета.
Гостиница «Даффодил Инн» гудела от количества людей. Все бросились на помощь, как только я рассказала Джуни о своём озарении. И когда я это сделала, в её голове словно что-то щёлкнуло, и она тут же позвонила Уиллу, который примчался со всеми разнорабочими, которых только знал, и с миниатюрной женщиной, служившей городским дезинсектором.
Мы прочесали водопровод.
Туалеты наверху. Кухонные раковины. Везде, где была хоть какая-то заминка, странное изменение напора воды, мы прослеживали линию вниз, и если моя догадка была верна, то гнездо находилось бы…
— Там, — сказал Уилл, указывая за унитаз с привидениями.
Дезинсектор подняла ножовку и с торжественным кивком шагнула к стене, распиливая её.
Сначала не было никаких признаков заражения — а потом раздалось шипение.
Женщина-дезинсектор издала победное «Ага!» и сунула руку в перчатке в тёмную, населённую призраками бездну, словно опуская её в духовку, полную раскалённой лавы. Это заняло какое-то время, но когда она вытащила руку обратно, она за что-то держалась. За пухлого опоссума без одного глаза и с опалёнными усами.
Долгое время никто ничего не говорил, а затем Джуни повернулась к Руби, положила руку ей на плечо и сказала серьёзным, слегка надломленным голосом:
— Мы нашли твоего опоссума, Руби.
— И это девочка! — воскликнула женщина-дезинсектор, потому что за большую цеплялись изо всех сил как минимум три детёныша опоссума. Она повернулась к Руби и добавила: — Мазаль тов! (поздравление, которое звучит на важных счастливых событиях и семейных праздниках.)
Воистину.
Когда выводок опоссумов был найден и посажен (в безопасности) в клетку для транспортировки в их новый дом, Майя и несколько друзей Уилла-подрядчиков залатали стену за туалетом с привидениями при минимальных возражениях со стороны Джуни. Хотя, возможно, это было связано с тем, что она всё ещё находилась в шоке от того, что испытание закончилось. Сантехника была починена. Она обошла каждый унитаз и кран дважды и проверила каждый, пока не была удовлетворена, и к тому времени, как она закончила второй обход и вернулась в фойе, дыра в туалете с привидениями была заделана, а Уилл ждал её у входной двери, ухмыляясь до ушей.
— Готово, — пробормотала она с отстранённым взглядом человека, прошедшего через множество битв. — Готово?
Уилл нежно взял её за лицо и прижался лбом к её лбу.
— Да, детка, готово.
— Готово, — повторила она, и в её голосе промелькнула искорка жизни. Надежды.
— Готово, — повторил он с улыбкой.
Из её горла вырвался смех.
— Готово! — выкрикнула она и страстно поцеловала его в губы. Мы с Майей отвернулись, чтобы дать им немного уединиться, но Руби смотрела и кивала, словно оценивая бриллиант.
— Отлично, — пробормотала она, показывая большие пальцы вверх.
Джуни и Уилл оторвались от поцелуя, и он опустился на одно колено. Она улыбнулась так широко, что не смогла сдержаться.
— Ты уже делал это, детка. У меня уже есть кольцо.
Он поднёс её руку к губам и поцеловал помолвочное кольцо.
— Позволишь мне спросить ещё раз?
— Ты уже знаешь мой ответ, — сказала она со смехом, полным любви.
— Это было целую вечность назад, а я хочу быть уверен.
Она взяла его лицо в свои руки.
— Что мой ответ не изменился?
Он улыбнулся, немного неуверенно.
— А он изменился?
— Конечно же нет, глупышка, — ответила она и снова поцеловала его. — Я буду говорить «да» снова, и снова, и снова. И я больше не хочу ждать. Давай сыграем свадьбу — завтра.
— Завтра? — Уилл рассмеялся. — Так скоро.
— И что? Все, кого мы любим, уже здесь. Чего мы вообще ждём?
В ответ он поднял её, закружил и страстно поцеловал в губы.
— Жду не дождусь, Джунибаг.
Я почувствовала, как свело живот, как защемило сердце. Неужели так и выглядела настоящая, долговечная любовь? Потому что это было нечто, что я не могла описать, нечто, чего я никогда не испытывала — ни разу — в своей жизни. А мне так хотелось. Так сильно.
Мы решили дать Уиллу и Джуни немного уединиться после нескольких мучительных часов, а опоссумов нужно было переселить обратно к кафе. Мы ещё не были точно уверены, куда именно их поместить, но Руби сказала, что у неё есть кое-какие идеи.
