Расскажи ему, подумала я, но не смогла. Я не хотела, чтобы он снова меня возненавидел.

Я ведь тоже только-только начала ему нравиться.

Он склонил голову, ожидая моего ответа. Я не хотела ему говорить. Но он был до безумия терпелив; он скрестил руки на груди и прислонился к краю одного из книжных шкафов. Над ним висела табличка с надписью «Детективы».

— Эйлин, пока никто не умер, всё не может быть так уж плохо. Я уверен, что Фрэнк сможет починить твою машину.

Мою машину? Он думал, я расстроена из-за машины? Я проглотила правду вместе с остатками нарастающей паники и попыталась соображать.

С этим можно было работать.

Я могла всё исправить для Руби и Джейка.

У меня была степень магистра по английскому языку, я была на полпути к докторской — когда могла позволить себе вечерние занятия — и я слушала курсы у некоторых из выдающихся исследователей романтической литературы. Я проглотила столько любовных романов в мягкой обложке, что ими можно было бы укомплектовать небольшую библиотеку. Сделать «долго и счастливо» не может быть так уж сложно, верно?

Не может.

Мне просто нужно было помочь им к этому прийти.

— Фрэнк сказал, что это займёт несколько дней, — произнесла я, не отрывая взгляда от влажного полотенца на своих коленях, потому что Пру всегда говорила, что может определить, когда я лгу, по выражению моего лица. Словно мне было больно.

— Несколько дней, — повторил он нарочито ровным голосом. Я не могла понять, рад он или разочарован. Я ненавидела это — его было так трудно прочесть. Будь это книгой, я бы знала его досконально, но сейчас я просто нащупывала путь в темноте.

— Видимо, город не хочет, чтобы я уезжала, — пошутила я и одарила его неуверенной улыбкой. Ему не обязательно об этом знать.

Я ожидала, что он театрально вздохнёт и начнёт жаловаться на то, что я задержусь в его идеальном городке немного дольше, но он этого не сделал. Однако он выглядел так, будто в нём боролись противоречивые чувства, и это, казалось, удивляло его самого. Он откашлялся и отстранился от книжного шкафа.

— Что ж, не могу сказать, что я не… не рад тому, что в книжном магазине побудет кто-то ещё какое-то время, — произнёс он, оглянувшись на своего кота. — Лофт в твоём распоряжении столько, сколько потребуется.

Тот факт, что я всё ещё могла остаться здесь, наполнил меня одновременно и счастьем, и особым родом страха.

— Обещаю, я не доставлю проблем, — сказала я ему, но он не выглядел особо убеждённым.

— Ты уже натаскала воды по всему моему книжному магазину, Элси, — ответил он, указывая на тянущиеся за мной лужицы. — Думаю, стадию проблем мы уже давно миновали.

Удивлённая, я посмотрела на себя, насквозь промокшую.

— Тебе не нравятся конкурсы мокрых маек? — спросила я, притворно обидевшись. — Я просто тренируюсь.

Он окинул меня взглядом, первым, который не был ровным, не был контролируемым, и в нём таился жар. Такой же, как я помнила с прошлой ночи.

— Вставай, — велел он тоном, не терпящим возражений, — ты насквозь промочила кушетку.

Я подскочила на ноги.

— Пойду переоденусь, — произнесла я и уже собиралась обойти его, когда осознала, что вся моя одежда грязная. Я остановилась и повернулась к нему. — Вообще-то, у тебя случайно нет стиральной машины и сушилки? Я не ожидала, что остановлюсь там, где их нет, поэтому взяла с собой всего несколько вещей…

Он склонил голову.

— Надеюсь, с нижним бельём ситуация обстоит иначе.

— Семь пар, на каждый день недели, — поклялась я.

Он усмехнулся, явно позабавленный, и моё сердце сделало лёгкий кувырок в груди. Мне нравилось, как он смеялся — мягко, раскатисто и тепло, словно…

Словно сливочная ириска.

— Пойдём, думаю, у меня найдётся что-то твоего размера, — ответил он, кивнув в сторону задней части магазина, где находился его дом, и я с благодарностью последовала за ним. Он одолжил мне спортивные штаны и футболку, пока я запихивала свои влажные джинсы и насквозь промокшую рубашку в его стиральную машину. Спортивные штаны оказались слишком велики, так что мне пришлось несколько раз подвернуть пояс, а футболка была до смешного поношенной, с надписью «ЧЕМПИОНАТ ШАХМАТНОГО КЛУБА» пятнадцатилетней давности.

— Твоя? — спросила я, дотрагиваясь до вышитых инициалов на кармане футболки. А. С.

Он пожал плечами.

— Я был неплох.

Затем снова ушёл в книжный магазин.

Я собрала влажные волосы в высокий пучок и как смогла уложила чёлку, но она уже вилась в непослушных направлениях на моём лбу. Помимо своей воли, я поднесла воротник его футболки к носу и вдохнула запах. Его футболка пахла так же, как и он сам, как его куртка прошлой ночью — кедром и старыми книгами. А. С. — я уже видела эти инициалы раньше, я точно знала. Вот только в какой книге?

В голове было пусто, и я ведь не могла свериться с книгами.

Все они были пустыми.

Если бы у меня ловила сеть, книжный клуб бы подсказал. У Бенджи это наверняка было бы выделено маркером. В конце концов, он был редактором в крупном издательстве. А Оливия, вероятно, знала бы, как свести Руби и Джейка обратно. Джанель могла вытаскивать случайные факты прямо из воздуха, как ходячая страница Википедии. Адити была асом в поиске информации. Мне бы сейчас очень пригодился их совет.

Мой телефон лежал на стиральной машине в его прачечной, полностью заряженный, так как я всё равно не могла им воспользоваться. Я уверена, Пру уже написала в чат об Исландии и своей поездке, а все остальные — о своих жизненных делах, и все задавались вопросом, почему я ничего не комментирую. Может быть, Пру рассказала им, что мы поссорились. А может, сказала, что я поехала в домик одна, и все знали, что сотовая связь в домике ловит в лучшем случае с перебоями —

Они не станут волноваться. Пока что.

Я была одна.

Убрав чёлку с глаз, я велела себе не паниковать. Писатели любовных романов создавали «долго и счастливо» постоянно.

Насколько сложно это может быть?

Сладкоежка

Первым делом: найти РУБИ.

Я не могла дождаться, пока высохнет моя одежда, поэтому отправилась на разведку в кафе в вещах Андерса. Налички оставалось мало, поэтому я устроила засаду за старым коричневатым «Бьюиком» на другой стороне улицы — из тех машин, что должны были остаться в фильмах восьмидесятых, хотя благодаря хромированным деталям и безделушкам, свисающим с зеркала заднего вида, он выглядел ухоженным. Честно говоря, он стоял там с тех пор, как я приехала в город, и ни разу не сдвинулся с места, и теперь, когда я подумала об этом, это показалось немного странным.

Я простояла там, прислонившись к машине, по меньшей мере полчаса, пока не увидела движение в окне кафе. Джейк принимал заказ у пожилой пары, выглядя помятым. Руби же, с другой стороны, по-прежнему нигде не было видно. Она уже ушла? Полагаю, я могла бы спросить Джейка, но тогда мне понадобилась бы причина для поисков Руби, а я не могла прямо сказать ему, что они расстались по моей вине.

— Как долго ты там прячешься, Эйлин?

Я вскрикнула и резко обернулась, столкнувшись с нависшей надо мной фигурой Андерса; его руки были скрещены на груди, а развернутые плечи подчеркивали очертания бицепсов под рукавами хенли длиной в три четверти. Он изогнул одну светлую бровь, и я в поражении осела обратно на дерьмово-коричневую машину.

— О, — вздохнула я. — Это ты.

Он склонил голову.

— Не радуйся так сильно.

— Я — я здесь недавно, — солгала я, потому что, несомненно, торчала здесь дольше, чем хотелось бы признавать. — Я просто… рассматривала эту машину? Да. Эту машину. Я увидела её в окно, и меня осенило. Знаешь, она стоит здесь с самого моего приезда, — я похлопала по её багажнику. — Я могла бы украсть карбюратор. Сомневаюсь, что владелец заметит. Знаешь, я вообще-то скучаю по реальному миру, — добавила я, стараясь, чтобы это прозвучало правдоподобно. — Все эти… разбитые сердца и одиночество. Моя работа, — я тоскливо вздохнула. — Кто бы по такому не скучал?