Закрыв глаза, он откинул голову назад, и солнечный свет заиграл в его светлых волосах.

— Мог бы, если бы любил дневной сон.

Я открыла глаза и недоверчиво посмотрела на него.

— Ты не любишь дневной сон? Что с тобой не так? Кто обидел тебя в детстве?

Он фыркнул.

— На то, чтобы это разобрать, уйдет несколько часов, — затем он открыл свои мятные глаза, поймал мой взгляд и удержал его. — Но у меня есть время, если оно есть у тебя.

Да, поймала я себя на желании сказать, потому что у меня было столько вопросов, которые я всё ещё хотела ему задать, столько вещей, которые я всё ещё хотела узнать. Я хотела разгадать его, не для того, чтобы найти его героиню, а просто так. Чем больше я о нём узнавала, тем меньше он казался мне вымышленным персонажем, архетипом во плоти. В нём было столько мелких недостатков, столько нестыковок, которые не связывались в красивый бантик.

И на секунду, пока мы сидели вместе на прилавке, я могла обмануть себя мыслью, что у Рэйчел не было никого другого на уме, когда она создавала его — что, может быть, только может быть, он был создан для меня.

Нет, Элси, подумала я, вырывая себя из этой мечты. Но делать это становилось всё труднее и труднее, и я всё реже думала о его предполагаемой героине.

Я вела себя глупо.

А разбитых сердец мне хватило на всю жизнь.

— Со всем тем, что мне ещё нужно увидеть? — спросила я, разрушая момент, и он поджал губы, словно был немного разочарован. — Да ни за что. Знаешь, все эти разговоры о дневном сне заставили меня захотеть вздремнуть, — сказала я, соскальзывая с прилавка. — После того как я вернусь — спущусь сюда, — поспешно уточнила я, — мы можем подумать об ужине? Это моя последняя ночь, знаешь ли. Она должна быть особенной.

Он задумался.

— Думаю, мы можем это устроить.

— Идеально, — я чувствовала себя ужасно, солгав ему, но нет, я не собиралась накручивать себя из-за промелькнувшего в его глазах разочарования, пока перепрыгивала через ступеньку винтовой лестницы и скрывалась в своём лофте. Как только дверь закрылась, я заперла её и подождала достаточно долго, чтобы он подумал, что я, вероятно, легла спать.

Затем я сделала то, чем моя подростковая версия очень бы гордилась — я подкралась к окну, минуя все скрипучие половицы, вылезла из него и спустилась по решётке.

Джемма сказала, что Джейк будет в «Даффодиле» заниматься ремонтом вместе с Джуни и Уиллом. Поэтому, поскольку Руби всё ещё числилась пропавшей без вести, я начала с этого. Я бы предпочла не начинать со стороны Джейка, но нищим выбирать не приходится. Кроме того, возможно, Джуни добилась какого-то прогресса с туалетом с привидениями.

— Эй? Джуни? Уилл? — позвала я, войдя в гостиницу. — Джейк?

— Это ты, Элси? — крикнула Джуни откуда-то снизу. Через мгновение она высунула голову из столовой: на рубашке капли краски, на лице пятно. — О, слава богу, ты как раз вовремя.

Это был нехороший знак.

— Для… чего?

— Джейк в ловушке.

Я уставилась на неё. Моргая.

— В ловушке…?

— В столовой. С банкой морилки для дерева.

— О, хорошо, я думала, ты скажешь «с подсвечником», — пошутила я. Она закатила глаза, схватила меня за руку и потащила через гостиную к дверному проему столовой, которая была выкрашена в прекрасный шалфейный цвет, установлена новая хрустальная люстра, преломляющая радужные цвета по всей комнате, а большая часть пола была покрыта тёплой темной морилкой. За исключением одного маленького островка посреди комнаты, где стоял Джейк.

Без возможности сбежать.

Уилл стоял на краю столовой, качая головой, уперев руки в бока.

— Бро, ты говорил, что ты сам по себе остров, но это уже чересчур.

Джейк показал ему средний палец.

— Просто помоги мне выбраться.

— Дай мне секунду, нам нужно найти какую-нибудь опору — о, Элси! Ты вовремя, — добавил он, когда Джуни подтащила меня к дверному проему.

Джейк застонал.

— О нет, пожалуйста, никому не рассказывай.

Я скрестила сердце мизинцем.

— Ни слова, но… ёлки-палки, чувак.

Он опустил голову.

В итоге мы использовали длинную лестницу, чтобы перекинуть её через всю столовую, от дверного проема гостиной до кухни, и подперли оба конца стульями. Мы с Джуни сидели на одной стороне, а Уилл крепко держал другую, пока Джейк забирался на неё и медленно полз над мокрым, покрытым морилкой полом к выходу. Он слез на стороне Уилла и рухнул на пол.

Джуни вздохнула и придержала лестницу, пока её парень начал медленно, но верно втягивать её обратно, стараясь не поцарапать только что покрытые морилкой половицы.

— А я-то думала, что самовозгорающаяся морилка — это самая большая из моих забот, а не Джейк с разбитым сердцем, загнавший себя в ловушку в моей столовой.

— С разбитым сердцем? — спросила я, внезапно заинтересовавшись своими ногтями.

— Только никому не говори, но Руби…

— Тсс! — крикнул Джейк из гостиной. — Никому не нужно этого знать!

— …попросила о перерыве, — закончила она шепотом и одарила меня многозначительным взглядом. — Ты, наверное, последняя узнаешь, так как Джейк провел большую часть прошлой ночи у Гейл, спрашивая всех, кого мог найти, что он сделал не так.

— Жаль, что я это пропустила…

— Да, а где ты была? Не могла не заметить, что Андерс тоже отсутствовал… — она поиграла бровями.

— Ничего не было, — сказала я ей.

— Угу, я тоже не целуюсь и не рассказываю, но если бы рассказывала, я бы кивнула один раз, если он хорошо целуется, или два, если нет.

Я посмотрела на нее невозмутимо, и у меня было желание проигнорировать её полностью, но если подумать, это могло бы стать способом подойти к тому, о чём я пришла её спросить с самого начала…

Так что я кивнула. Один раз.

Она победоносно вскинула руки.

— Я так и знала! — воскликнула она, добравшись до фойе на первом этаже, и повернулась ко мне. — С языком? Вы дошли до второй базы? Он правда пахнет старыми книгами и пылью?

Я прочистила горло. На это я не собиралась отвечать.

— Я не…

— Старыми книгами и пылью? Ты, должно быть, о Андерсе, — сказал Уилл, входя с крыльца, куда он отнес лестницу. Кепка на нём была задом наперёд, краска размазана по нему, как по пятнам Роршаха.

Из гостиной Джейк крикнул:

— Ты бумагой порезался?

— Вы что-то слышали? Я мог бы поклясться, что слышал чувака, который сам себя загнал в угол краской.

Джейк перевернулся на живот и поднялся на ноги.

— Технически я загнал себя краской в середину комнаты. Говорите правильно, — он вышел из гостиной и прошел через фойе и коридор, чтобы присоединиться к нам на кухне. — Спасибо за помощь… Я только что понял, что не знаю твоего имени, — добавил он, обращаясь ко мне.

Я протянула руку.

— Элси.

— Элси, — он взял мою руку и пожал её. Хватка у него была крепкой, пальцы в шрамах от многолетней работы в кафе. — Извини, что тебе пришлось участвовать в моем спасении. Из-за всего этого с Руби я сам не свой.

— Да ладно, я же говорил тебе не париться, чувак, — ответил Уилл, похлопывая друга по спине.

— Как я могу? Она просто ни с того ни с сего…

— Разорвала отношения? — предложила Джуни, к полному ужасу Уилла.

— Я не понимаю! — воскликнул Джейк, всплеснув руками, и она утешительно похлопала его по плечу. Джуни предложила всем сделать перерыв и выпить свежевыжатого лимонада, Уилл согласился, что это отличная идея, а я не собиралась отказываться от лимонада Джуни. Никто не отказывался. Выпив стакан лимонада, он, казалось, стал чуть менее расстроенным и чуть более мрачным.

— Она просто бросила меня, — сказал он, качая головой. — Я не знаю, что я сделал.

— Ты наверняка что-то сделал, бро, — сказал Уилл, наливая себе ещё стакан.

Джуни закатила глаза.

— Тише, ты этого не знаешь.

— Ты бы не рассталась со мной без причины, Джунибаг, и Руби тоже.

Джейк сказал:

— В том-то и дело! Я ничего не могу придумать, — но потом он замолчал и задумчиво почесал подбородок. — Ну… наверное, это не совсем так. Мы не очень часто виделись. Она работает по утрам, я — по вечерам. Я пытался обучить новых людей на эти смены, но дело шло медленно. Но её это совершенно устраивало.