Стрела в ладонь.

Споткнувшись, остановился. Схватился за руку, ухватился за стрелу. Шипя, вынул её. Обернулся.

Из стеклянной дыры, бесшумно, как тень, шагнул Ночной — меч уже был в руке.

Тиамат встал в стойку, выставляя здоровую руку вперёд.

Быстро избавился от пены. Нельзя медлить. Надо его ослепить и валить… Что за… Руки немеют… Тело тяжелеет… Стрела… сука.

Мир поплыл. Ночной размывался, превращаясь в пятно. Тело горело изнутри.

— Сука! — выдавил Тиамат, метаясь из стороны в сторону. — Ты… отравил меня!

— Не переживай, — заявил Ночной, заводя меч. — Умереть ты не успеешь.

Он сиганул на Тиамата. Взмах — тот увернулся в миллиметре от острия. Ночной вывернул меч и провёл дугу обратно — клинок прошелся по телу, оставляя рваную горизонтальную рану. Тиамат пошатнулся и упал на колено, хватаясь за рану.

— Вот и всё, — заявил Ночной, убирая меч в ножны. — Не таким страшным ты оказался.

Дышать тяжело… В глазах всё плывёт… Ранен — проблема… Яд работает быстро… нужно противоядие… Чёрт… не чувствую ног. Руки налились свинцом. Я… Проиграл.

Тиамат отключился и рухнул в лужу. Капли дождя стекали по его линзам. Ночной наклонился к нему — из плеча выросли технологичные кандалы. Надел их на руки и ноги.

Пружина ворвался на крышу, увидел Ночного над Тиаматом — улыбнулся и пошёл к ним. Следом вышла Амазонка. Последней появилась Пантера, оскалившись на Пружину.

— Наконец-то! — усмехнулся Пружина, подходя к Ночному и наставляя дуло на Тиамата. — Прикончим его.

— Успокойся! — заявил Ночной, вставая и поворачиваясь к Пружине. — Наш план в силе. Мы не убьём его. Пока.

— Ну да, — раздражённо кинула Пантера, промокая под дождём. — Давайте лучше убьёте меня!

— Прости, — тихо сказала Амазонка, положив руку на плечо Пантеры. — Но сама понимаешь. Мы должны были его поймать любой ценой.

— Да иди ты на хуй, — рыкнула Пантера, сбрасывая руку Амазонки и показывая ей средний палец. — Меня убить? Да ещё и ты! Подруга называется!

— Завали хавальник, — отрезал Пружина, разворачиваясь к Пантере. — Это война, малявка. Если что-то не нравится, ты всегда можешь уйти, поджав свой пушистый зад.

— Война? — рявкнула Пантера, скалясь на Пружину, и подошла к нему вплотную. — Мы за одним человеком гнались! — она ткнула пальцем в его металлическую грудь. — А ты был готов всадить пулю в меня! Да что б ты…

Железная рука Пружины взметнулась — удар пришёлся в лицо. Пантеру отбросило в сторону, она рухнула на мокрый бетон.

Амазонка тут же вытащила меч, Ночной навёл стрелу. Оба нацелились на Пружину.

— Ты вообще берега попутал? — крикнула Амазонка, приставляя клинок к горлу Пружины.

— Опусти свою зубочистку, — не дрогнув, заявил Пружина. — Или ты забыла, как я подчищал за тобой дерьмо? — Он взглянул на Ночного. — Или ты! Забыл, как я подставлял свою задницу, чтобы прикрыть твою?

— Это не даёт тебе права распускать руки! — оскалившись, подметила Амазонка.

— Ой, вот не надо делать из себя святошу, — усмехнулся Пружина. — Будь на её месте любой из нас — поступили бы так же. Я всего лишь погасил истерику.

Амазонка оскалилась — клинок дрожал у металлического горла Пружины. Капли дождя стекали по лезвию, смешиваясь с его дыханием. Пантера медленно приподнялась, вытерла кровь с разбитой губы и повернулась к ним. Ночной нахмурился, глядя на Пружину, и опустил лук. Дождь барабанил по бетону, заполняя тишину.

— Ты чего? — возмутилась Амазонка, поглядывая на Ночного с опущенным оружием.

— Даже он понял мою правоту, — процедил Пружина, не сводя глаз с Амазонки. — Или хочешь занять её место?

Амазонка оскалилась, затряслась — казалось, ещё мгновение, и она проткнёт Пружину. Но взмахом убрала клинок, стряхивая воду, отвела взгляд и спрятала меч в ножны.

— И всё? — выкрикнула Пантера, вставая с мокрого асфальта. — Так просто закроем глаза на всё это?

— Успокойся, — попросил Ночной, выставляя ладонь в её сторону. — Цель достигнута, а наши перепалки не так важны.

— Да пошли вы все! — оскалившись, рыкнула Пантера, сжимая кулаки, и указала на Пружину. — Особенно ты, консервная банка. Знаешь, я очень рада, что Тиамат показал, какое ты дерьмо на самом деле. У тебя из героического только смазливое личико, и то оно силиконовое.

— Пантера… — выдавила Амазонка, протягивая руку.

— А ты! — перебила Пантера, смахивая её руку и указывая на Амазонку. — Можешь отсасывать ему и дальше. Шлюха!

Пантера развернулась, побежала к краю — слеза смешалась с дождём, оскал не сходил с лица. Прыгнула. Трос выстрелил, она качнулась на нём и скрылась за зданием, исчезая в ночи.

— Не нойте, — усмехнулся Пружина, разводя руками и оглядывая каждого. — Побесится — успокоится. Ведь у нас теперь есть трофей!

Все взгляды устремились на Тиамата. Он лежал неподвижно, мокрый, разбитый — капли дождя стекали по его маске, смывая следы боя.

— Предлагаю снять маску, — нахмурившись, заявила Амазонка.

— А я предлагаю всё так же его убить, — вставил Пружина, скрещивая металлические руки.

— Убить всегда успеем, — подметил Ночной, подходя к Тиамату и наклоняясь к нему. — Мне тоже интересно, кто же там под маской.

Рука Ночного медленно потянулась к маске. Дождь стекал по его пальцам, капли падали на лицо Тиамата. Он коснулся ткани, сжал её в кулак. Потянул.

Удар током.

Электричество пробежало по руке Ночного — он резко одёрнул её, не сорвав маску.

— Блять! — рыкнул Ночной, хватаясь за руку.

— В чем дело? — удивилась Амазонка, глядя на Ночного.

— Этот псих поставил защиту, — заявил Ночной, тряся рукой.

— Значит, вариант «убить» — приоритет номер один, — высказался Пружина.

— Нет, — отрезал Ночной, выставляя ладонь перед Пружиной. — Заточим его в «Одиссее», пока A.O.E. не придумает, что с ним делать.

— Согласна, — поддержала Амазонка. — К тому же в башне найдётся тот, кто сможет взломать его защиту и содрать с него маску.

— Вы такие наивные, — возмутился Пружина, мотая головой и ставя руки на пояс. — Убить — самый хороший вариант для этой крысы.

— Возможно, — добавил Ночной, вставая и поворачиваясь к Пружине. — Но если мы его убьём, твоя репутация навсегда скатится вниз. И тут даже A.O.E. тебя не спасёт.

Пружина фыркнул и пошёл к краю крыши. Из его ног и спины вылезли ракетные двигатели — они заработали, взмывая его в воздух.

— Когда надоест играться с ним, — подметил Пружина в воздухе, оглядываясь через плечо, — позовите — и я его прикончу.

Пружина развернулся в воздухе и устремился вперёд. Дождь хлестал по его металлическому корпусу, он нырнул между небоскрёбов и скрылся за стеклянной стеной.

Ночной схватил Тиамата, перекинул на плечо и повернулся к Амазонке.

— Отнесу его в башню, — заявил Ночной, держа на плече тело. — А ты приготовь изоляционную комнату.

— И что дальше? — поинтересовалась Амазонка.

— Покажем миру, что Тиамат пойман.

Ночной достал телепортирующее устройство. Амазонка — своё. Они активировали их одновременно — зелёные обручи закружились вокруг них, смываясь дождём. На мгновение свет стал ярче, и они исчезли. Дождь продолжал лить, замыкая следы их присутствия.

—

По неоновым улицам плачущего города мчалась машина, сбивая информационные стойки и выкатываясь на мокрый тротуар, затем выравнивалась и подрезала другие машины, сбивая и сталкивая их с дороги. Следом за ней мчались патрульные машины.

За рулём машины сидели двое в масках. Один держал набитую сумку, другой управлял транспортом.

— Быстро заверни! — бросил напарник, указывая направление.

— И без тебя знаю! — рыкнул водитель. — Используй лучше свой имплант!

Напарник высунулся из окна, прижал палец к виску, прищурился — и фары патрульных машин замерцали. Они начали вилять и столкнулись друг с другом. Улыбнувшись, он залез обратно и глянул на водителя.