Этаж был похож на переговорную для важных лиц. В центре комнаты — круглый стол, вокруг него выстроены офисные кресла. Стены забиты предметами искусства. Вдоль стен — четыре шкафа с дорогими напитками из разных стран. В самом углу — чёрная массивная дверь с сенсорным сканером отпечатка. Три телохранителя кружили возле неё.

Нет времени что-то придумывать. Окно в 15 секунд. Не успею — дверь захлопнется.

15 секунд.

Тиамат рывком перебирался по потолку, перебирая руками и ногами, словно насекомое, приближаясь к охране.

13 секунд.

Он остановился. Свет фонаря пробежал перед ним. А следом — следующий фонарь, прямо на него. Он отлип, ушёл из-под света и затаился за диваном.

11 секунд.

Он метнулся к столу, выхватил статуэтку с изображением Бишопа и швырнул её в угол. Свет фонарей направился на источник шума — один телохранитель двинулся туда.

7 секунд.

Он вновь прыгнул на потолок, прилип и пополз к кабинету. Остановился. Выстрелил тросом в дальний шкаф с напитками, потянул — и отцепил трос. Шкаф начал падать. Отлучившийся телохранитель придержал его.

4 секунд.

— Помогите, парни! — выкрикнул отошедший телохранитель, удерживая шкаф от падения.

Двое тут же оторвались от двери и направились к напарнику. Тиамат снова выстрелил тросом, зацепил другой шкаф и потянул — тот тоже начал падать. Один телохранитель остановился, чтобы удержать его, другой побежал дальше, чтобы помочь напарнику.

2 секунды.

Тиамат рывком прыгнул к двери и приземлился перед ней. Телохранители поставили первый шкаф и ринулись ко второму.

1 секунда.

Тиамат открыл дверь, нырнул в проём и резко прикрыл её, замедляя в последний момент, чтобы не создать хлопка.

Телохранители поставили последний шкаф и с глухим стуком водрузили его на место — одновременно с этим защёлкнулась дверь.

0 секунд.

Свет снова заработал. Телохранители тяжело дышали, стоя у шкафов с напитками, упираясь в стену.

— Что за чертовщина?

— Ты про что именно?

— Почему шкафы падать начали, а ты про что?

— Как вообще ни один напиток не разбился внутри? Чудо?

— Ты что, деревенский, что ли? Там магнитные держатели.

— А на хрена?

— Чтобы не разбились! Придурок.

— Ааа… А почему падать начали?

— Наверно, задел случайно, пока шёл в угол. Темнота была — аж глаз выколи.

— А там, поди, просто мышь возилась.

Оказавшись внутри, Тиамат оторвался от двери и оглядел кабинет.

По центру — массивный стол из тёмного дерева, на нём голографический глобус, мерцающий в такт движению. Компьютер — тонкий, почти невидимый, встроен в столешницу. Сбоку — стена с картинами в строгих рамках, и среди них — логотип A.O.E., как напоминание о том, кто здесь хозяин. С другой стороны — шкафы с дорогими напитками, но ни одна бутылка не открыта. Идеальный порядок. Ничего лишнего. Ничего личного.

Подойдя к столу, он обошёл его, проведя рукой по поверхности. Встал напротив прозрачного экрана, достал из пояса ключ-носитель и вставил его в разъём. На экране началось резервное копирование и загорелся процент загрузки.

Притормози тиамат. Это слишком очевидно. Такой человек, как Бишеп, вряд ли будет хранить что-то ценное в компьютере. Однако в этом кабинете явно что-то есть.

Он оторвался от монитора, ещё раз оглядел кабинет и прошёлся вдоль стены, вглядываясь в каждую деталь. Дойдя до шкафа с напитками, остановился и пробежался глазами по каждой бутылке.

На первый взгляд — самые дорогие напитки, которым обычным смертным только во снах можно попробовать. Однако если приглядеться, одна бутылка выделяется на их фоне. «Хибики 55». Цвет напитка на несколько тонов светлее. Можно было бы списать на подмену. Но и сама этикетка отличается от оригинала.

Тиамат открыл стеклянную дверцу шкафа и потянулся к бутылке. Схватил за горлышко и наклонил — послышался щелчок в районе стола. Он резко повернулся, прикрыл дверцу и не спеша вернулся к столу. Обойдя его, увидел, что на столе раскрылась панель с цифрами.

Шестизначный код. 999 999 комбинаций. Вряд ли код где-то на видном месте или вообще в доме. Хотя так даже интересней.

Он коснулся линз — перед глазами встал скан. Отпечатки на панели: 1-4-7-9.

Четыре цифры. Есть 1 и 9 — значит, он использует год. Цифры слишком большие, чтобы выделять месяц. Значит, это конкретное число. Последние четыре цифры — 1974. В этот год произошло много чего. Но если отталкиваться от чисел, больше подходит 14. Именно тогда был матч открытия ФРГ 1:0 Чили. Значит, код — 141974.

Он ввёл код. Панель загорелась зелёным, и в стене с картинами открылся потайной сейф.

Глянул на компьютер — резервная копия завершена. Вынул ключ-носитель и направился к открытому сейфу.

Подойдя к сейфу, он увидел папку с бумагами, слитки золота и драгоценностей, пачку денег крупного номинала и три флешки.

Тиамат схватил папку, открыл, быстро пролистал и закрыл.

Обычные документы собственности. Ничего интересного.

Он схватил флешки и по очереди вставлял их в ПК на наруче, быстро пролистывая содержимое и меняя одну за другой.

Вот она. Вся грязь Бишопа. Назвать его сволочью — это ласково погладить по головке. Подпольное спонсирование, незаконный сбыт, контрабанда. Убийства, перечень улик, фотографии жертв. А это что? Документы лабораторий с экспериментами над людьми. Его подпись мелькает в каждой строке. Отлично. Теперь он на крючке.

Скопировав содержимое флешек, Тиамат вынул их и вернул в сейф, закрыв его. Подошёл к шкафу с напитками, открыл, поставил бутылку в вертикальное положение — раздался щелчок у стола. Закрыл шкаф и направился к выходу.

Прижавшись к двери, он взглянул на наручный ПК, сделал пару движений по экрану — включилась пожарная тревога. Достал из пояса маленькое устройство, зафиксировал на замке двери — на нём загорелся зелёный свет.

Отлично. Сейчас охрана разбежится, и я беспрепятственно покину здание. Камеры зациклены. Дверь не считает, что её открывали. И никто не догадается, что здесь кто-то побывал.

Приоткрыв дверь, он выглянул — этаж пуст, везде горели красные огни и звенела сирена. Выйдя, он вытащил устройство и закрыл дверь. Оторвался от неё и рванул к лестнице. Обегая этаж за этажом, добрался до начальной точки. Выскочил наружу, вытащил устройства — стекло вновь появилось, проход исчез.

Он оторвался от стены, раскинул руки и устремился в неоновую бездну, отдаваясь свободному падению.

Трос. Зацеп. Пролетел вдоль небоскрёба. Отцеп. Взмыл, делая акробатический переворот назад. Трос. Зацеп. Маятником пролетел над дорогой. Отцеп. Приземлился, перекатившись по крыше. Встал и пошёл спокойным шагом.

Дело сделано. Небольшая пробежка до здания A.O.E. — и можно будет…

Удар.

Тиамата отбросило в трубу, пробивая её насквозь. Он свалился, перекатился, ударился о стену. Схватившись за голову, рывком поднялся, упираясь о стену. Огляделся. Никого.

Пантера? Нет. Она слишком напугана, чтобы соваться во второй раз. Вдобавок я покрыт керосином — даже если сунется, вряд ли найдёт. Тогда кто?

Он рванул к краю крыши, прыгнул, раскинул руки, словно птица, перелетая шумный дорожный поток. Перекатившись, приземлился на соседнюю крышу, рванул вперёд. Резко развернулся, остановился и устремил взгляд на ту крышу, где его ударили, медленно отступая, пытаясь хоть что-то увидеть.

Сделав ещё шаг назад, он на что-то упёрся. Обернулся — глаза под маской расширились, и он резко отпрыгнул.

Перед ним стоял высокий мужчина. Платиновые волосы, зачёсанные назад, квадратная челюсть, спокойные голубые глаза. Тёмно-синий облегающий костюм с серебряными вставками и голубыми неоновыми линиями, лёгкий красный плащ через плечо. На груди — серебряная буква «А». Он стоял неподвижно, и город внизу казался просто фоном.