— Допустим, я вам верю, студентка Ботем. И книги по древним проклятьям в моей коллекции действительно есть. Но зачем пробираться в башню тайком? Вы могли подойти ко мне на лекции и честно во всём признаться.

— Я боялась, что вы назовёте историю Бумаро чушью, — пробормотала она вполголоса. — Или, что ещё хуже, сочтёте его опасным и решите убить, желая уберечь студентов.

Кот посмотрел на неё ласково, а на Джеймса с осуждением. Похоже, ему нравилась хозяйка. Или невольная компаньонка, кто разберёт, в каких они отношениях?

— Однако взлом с проникновением не выход, — в нём проснулся строгий учитель. — Вы сами могли пострадать от ловушек. Я оставил стражников в стенах. Кстати, как вы обвели их вокруг пальца?

Ответа не требовалось. Кот буквально раздувался от гордости. Он ещё и некромант? Вернее, дух, запертый в теле животного. Вдвойне занятно. И ошибки быть не может. Только тех, в ком течёт сила смерти, стражники башни могли пропустить без боя. И то нужно знать, как на мгновение перехватить нити контроля. Уметь это делать. Нет, Аурика точно не причём. Всё сделал кот.

— Ну я же н-некромантка, — она попыталась гордо расправить плечи. — Заклинание там… Руны вроде бы.

— Ладно, — сжалился Джеймс. — На первый раз прощаю. Но поклянитесь мне, что больше не в одну авантюру с этим фиолетовым разбойником не впутаетесь. Умеете клясться именем богов?

— Не вздумай! — кот угрожающе зашипел и выгнул спину. — С такой фор-р-рмулировкой клятвы что угодно можно считать авантюрой.

— Тогда он останется здесь. В моём кабинете, — припечатал Джеймс. — Как вы верно выразились, чтобы не навредил другим студентам.

— А давайте Букмаро сам поклянётся, что не навредит студентам? — предложила Аурика. — Он же тоже маг, клятва сработает. Я не хочу оставаться без помощника, он хоть и необычный, но мой фамилиар. Пожалуйста, лорд Андерос.

И она мило захлопала ресницами. Ещё и руки на груди сложила. Вот что делала, а? У него по телу прокатилась волна тепла, опасно сконцентрировавшись в паху. Зря не поехал к лекарю. Тело всерьёз бунтовало.

— Хорошо, — ответил он, с ужасом осознав, что в голосе появились низкие вибрирующие ноты. Если так будет продолжаться, то не фиолетовый кот, а он, Джеймс Андерос, станет опасен для Аурики. — Пусть поклянётся.

Кот довольно взмахнул хвостом, расплылся в улыбке и отчеканил древнюю формулировку так, будто ещё вчера упражнялся. От зубов отлетало. Трижды занятный маг. Надо будет углубиться в книги. Такой экземпляр заслуживает всестороннего изучения. И тем более не хочется оставлять его с Аурикой. Но он уже разрешил.

— Всё у вас, студентка Ботем? Книги я подберу сам и отдам вам на лекции. Придётся придумать заковыристую тему курсовой. Как раз по проклятиям и некромантским способам снять их. Справитесь? Чтобы не вызывать подозрений.

— Справлюсь, — понуро кивнула она. — Статья по деловой этике мага, курсовая по некромантии. Скоро на целое издание в «Молодом маге» материалов накоплю.

«Замахивайтесь сразу на монографию», — хотел пошутить Джеймс, но передумал.

Кивнул, что она может уходить. Этикет требовал встать, провожая даму, но здравая часть рассудка подсказывала, что не стоит этого делать. Не сейчас. Не в полотенце на бёдрах.

— Доброй ночи, лорд Андерос, — прошептала она и, подхватив кота на руки, удалилась.

Нет ничего более странного, чем видеть своего ректора без одежды. Добравшись до кровати и рухнув лицом в подушку, я боялась, что теперь больше никогда не смогу нормально смотреть ему в глаза. Буду вспоминать то, что открылось, когда упало полотенце. О, Великая Мать, возглас Букмаро до сих пор звучал в ушах. Это неприлично! И ещё более неприличным оно было потому, что я поняла, о чём речь.

— О боги, — тихо застонав, я накрылась одеялом с головой.

Щёки пылали. Видение обнажённого мужского тела преследовало меня. Такого сильного и совершенного. Я сравнивала лорда Андероса со статуей? Забудьте. Ни один мраморный красавец во дворе академии и близко рядом с ним не стоял. Мне хватило мгновения, чтобы запомнить каждый изгиб рельефных мышц, каждую белёсую чёрточку шрама. И даже тёмную поросль там, внизу.

— О боги! — Мой стон перешёл в глухой рык.

Голова кружилась. Тело бил озноб и казалось, что я вот-вот сойду с ума. Он же ректор. Мой учитель. Завтра он принесёт на занятия редкие книги, зачитает придуманную тему курсовой, а я? Буду пялиться на носки его ботинок и гадать, прикрывает ли форменный китель то, что положено прикрывать, или мне лучше не поднимать взгляд?

Издав ещё один рык, я сбросила одеяло и села в кровати. Заснуть вряд ли удастся. Повторить бутылку с заклинанием сна? Нет, по инструкциям от Букмаро я больше ничего делать на буду! Фиолетовому недофамилиару повезло, что он сбежал, даже не попытавшись проводить меня до общежития. Иначе я запустила бы в него молнией и надолго оставила без обедов из столовой! Негодяй. Подлец! Правильно его прокляли двести лет назад. И мне стоило бы увеличить срок его заточения, а не искать спасения. Но сделанного не воротишь. Теперь лорд Андерос знает о наших проблемах. Чем демоны не шутят, вдруг найдёт рабочий способ снять проклятие?

— И Сельма до сих пор у ведьм! — пожаловалась я вслух. — Ну совсем некому меня утешить.

К рассвету после десяти кругов по комнате и двух чашек успокаивающего чая я всё-таки уснула. Провалилась в кромешную тьму, как я надеялась, без сновидений. Не тут-то было.

Я снова стояла перед лордом Андеросом. Мы были одни в аудитории. Он опирался рукой на кафедру, а по загорелому телу катились прозрачные капли воды.

— Аурика, вы должны были подготовить курсовую две недели назад. Чем вы занимались?

Я не знала, не помнила. Вроде бы уже минуло лето, осень, близились экзамены в конце года, а я действительно не готовилась. Потянулась, чтобы стыдливо скомкать оборку юбки, и не нашла одежду. Стояла голая наполовину. Короткая рубашка едва прикрывала грудь, а дальше… Ничего.

— Аурика, я жду ответ.

Он вышел из-за кафедры. Я попыталась зажмуриться, но лишь впустую потеряла время. Не заметила, как Джеймс оказался рядом. Коснулся меня, а затем обнял, прижимая к своему горячему телу. Тумана в глазах стало больше. Очнулась я на полу, чувствуя, как болезненная тяжесть разливается внизу живота. Мы делали что-то стыдное, неправильное. Я тяжело дышала и цеплялась за мужские плечи.

— О Джеймс, не надо, прошу нет.

Но с языка не сорвалось ни слова. Меня никто не слышал. Страх пропал, стало очень хорошо. Тепло. Жарко! Я выгибалась дугой и стонала от удовольствия, чувствуя, как ощущения прорываются из сна в реальность. Понимала, что я действительно мечусь в кровати, пытаясь крепче сжать ноги, но остановиться уже не могла. Наоборот, молила эту вспышку прийти быстрее. Ещё. Да.

— О Джеймс!

По телу прокатилась судорога. За мгновение я словно сжалась в точку и тут же взорвалась, рассыпавшись сверкающими осколками. Так легко стало, так свободно. Но сон исчез окончательно. Я открыла глаза.

— Аурика! — Солнце заливало комнату. Сельма склонилась надо мной и трясла за плечо. — Тебе плохо? Где болит? Позвать лекаря?

От одной мысли, что лекарь может догадаться, почему я кричала во сне, бросило в жар. Хотя до того момента я была уверена, что щёки пылают уже максимально. Ещё полградуса, и сам воздух вокруг меня загорится!

— Приснилось всякое, — ответила я непривычно хриплым голосом. Прокашлялась и добавила: — Кошмар приснился.

— Я ужасно за тебя испугалась! — подруга подала стакан воды. — Что хоть снилось?

— Э-э-э… Ну… Там было… Ректор хотел меня убить, а я бежала, бежала, бежала и никак не могла убежать.

— Догнал, получается? — промурлыкал Букмаро.

У меня сразу же возникло подозрение, что фиолетовый прохиндей точно знал, какой «кошмар» мне снился. Догадался? Или сон вообще наведённый? А что? Вон, с Таунсенд он так и поступил. Правда, моими руками, однако сути дела это не меняло.