На улице было свежо и морозно. Снегопад за ночь засыпал двор академии. Радостные первокурсники лепили снежки и бросали друг в друга. Ведьм с их контрольной отпустили чуть раньше. Я узнала Сельму по оглушительному визгу:

— Защищайтесь, леди ди Шианле, ваша баррикада пала!

Грета хохотала, повалившись в сугроб. Безумного вида шерстяная шапка делала её похожей на кота. На полосатого кота с фиолетовой шерстью.

— Мариса! Иди к нам, тут весело.

Ундина сидела рядом, тщетно пытаясь восстановить магией изрядно потрёпанный снежный вал. Девчонки раскраснелись, нацепляли сосулек на растрёпанные волосы, но были счастливы. Глядя на них и мне не хотелось покидать академию.

— Не могу. Еду к родителям на каникулы.

— Передавай им привет! — крикнула Сельма, формируя новые снаряды. — Берегись, дель Бока!

Не хватало только одного человека. Моего друга, бывшего когда-то проклятым котом. Но тайну его исчезновения я собиралась унести в могилу.

— Юстас не появлялся?

— Да вон он, — Грета махнула рукой в сторону соседней ледяной крепости. — Моим однокурсницам глазки строит. Надо же как мощно переворот меняет мозги. Стоило рассеяться чарам — и перед нами другой человек. Я даже скучать начала по прежнему прыщавому недоразумению. Возмужал, раздался в плечах. А манеры? Разгильдяй Дюпре стал обходительнее многих старомодных лордов. «Прошу вас», «не соблаговолите ли», «миледи, ваше внимание делает мне честь». И улыбается как-то по-особенному. Словно хитрый кот нацелился на сметану.

Ундина согласно закивала, а я зажала рот, чтобы не рассмеяться. Родерик Маон бу Кресси действительно исчез. Букмаро носил другое имя, другое тело и умудрялся морочить голову даже своим нынешним родителям. Вероника наглядеться не могла на сына. Август что-то подозревал, но быстро сдался. «Испытания меняют людей».

Согласна. Никто не вышел из той истории прежним. Даже Джеймс. Мой хмурый и очень серьёзный некромант стал ярче. Будто тёплый свет благословения богов поселился в его сердце.

— Душа моя, — позвал он, и я обернулась. — Карета подана. Едем?

— Да.

Я возвращалась в городок на реке Луана, чтобы обнять тех, кто взял в семью маленькую осиротевшую девочку. И любил её пятнадцать лет наравне с собственными детьми. Моих маму и папу. Джеймс хотел просить их благословения на свадьбу. А я хотела провести каникулы с самыми близкими людьми.

— Спасибо, что ты со мной, — прошептала я любимому мужчине.

— Теперь всегда будет так.