Кипя от злости, я пошла за ним из комнаты в комнату, не желая выпускать его из виду. Он фотографировал, сверялся с планами на планшете и делал пометки, будто и правда собирался чинить дом.

Невероятно.

И еще имел наглость выглядеть при этом до безобразия хорошо.

Я объясняла свои ожидания, пока мы обсуждали исследования, которые я провела вместе с архитектором. Но он и слушать не хотел.

— Можешь, пожалуйста, помолчать?

И без того горячая кровь закипела у меня в жилах.

— Ты только что велел мне помолчать в моем собственном доме? Дай угадаю. Сейчас еще скажешь, что мне надо чаще улыбаться. Я права?

Этот тип был первосортным козлом. Меньше всего мне нужно было, чтобы он снисходительно объяснял мне стройку. Я уже больше года разбиралась с этим домом и всеми его нуждами. И была в теме.

— Сказал бы, но готов поспорить, твоя улыбка может обратить мужчину в камень, а я вечером очень хочу посмотреть матч Bolts. Так что рисковать не стану.

Не дав мне возможности ответить, он пошел дальше и продолжил делать пометки. Будто в аду существовал хоть один шанс, что я его найму.

Я открыла рот, чтобы велеть ему убираться к черту из моего дома, но он просто проигнорировал меня.

— Эту ванную нужно полностью выносить. Стены для той комнаты. — Он указал стилусом на комнату Дилана и Кортни. С этой стороны там уже был гипсокартон, а с другой торчал каркас. — И на планах здесь еще одна комната. Верно?

Я кивнула.

— Окна выглядят хорошо, на садовом уровне, как ни странно, почти нет влаги, воздуховоды уже проложены. Я поднял разрешения в мэрии. Похоже, ты времени даром не теряла.

Он подготовился. Самоуверенный ублюдок.

— Полы неровные и их повело. Я бы предложил заменить их березой. Она хорошо впишется в общий план. И в белые шкафы, которые мы сделаем наверху.

Комната за комнатой, он бродил по дому и говорил сам с собой.

— Оригинальные молдинги можно сохранить. У меня есть человек, который отлично занимается реставрацией.

Мне оставалось только идти за ним и мысленно прикидывать, какой величины яму придется выкопать для его тела. Учитывая, что стояла глухая зима, копаться в мерзлой земле пришлось бы чертовски долго. И сил ушло бы немерено. А яма нужна большая.

Потому что он был большим. Высокий, темный и красивый — этого мужчину такие слова даже близко не описывали.

Его темная борода была аккуратно подстрижена, а почти черные волосы сверху немного отросли и падали на темные глаза.

Все в нем кричало: мужчина. От больших мозолистых ладоней до широких плеч и мощной груди.

Я бы с удовольствием весь день смотрела шоу о ремонте с ним в главной роли. То есть эти предплечья. Мысленный образ, где он держит ручную пилу, творил с моим животом какую-то странную хрень.

Когда он достал рулетку, я чуть не вывалилась из собственных каблуков. Какого черта, Делия? С каких это пор снятие мерок стало таким горячим?

Меня бесило, как он на меня действует. Его внешность и очевидную профессиональную хватку и так было трудно не замечать. Но самое притягательное в нем? Он не приседал под моим взглядом. Даже не вспотел, когда я устроила ему перекрестный допрос.

Очевидно, я подхватила мужскую лихорадку. Наверняка заразилась от своих тупоголовых подруг. Черт. Надо было сразу понять, что эта дрянь передается по воздуху. Надо сказать близняшкам. Они за пару часов развернут на чердаке вирусологическую лабораторию, а за несколько дней найдут лекарство.

— Сколько человек здесь живет?

Я пожала плечами.

— Сейчас? Типа четырнадцать.

От того, как у него выпучились глаза, мне стало до смешного весело.

— Мы секта, готовящаяся к концу света, — сказала я совершенно ровным голосом. — На твоем месте я бы ушла сейчас, пока тебе не промыли мозги. Дети у нас на удивление убедительные.

— Ты, конечно, довела образ лидера секты до совершенства, принцесса, но в этом я искренне сомневаюсь. А вот Беда и Хаос? Это уже правдоподобнее. Полагаю, они твои.

— Если ты имеешь в виду гениальных, очаровательных, милых близняшек, то да. Колетт и Фиби — мои дочери.

Он поднял одну бровь. Да, мои девочки были с характером, но они были светом моей гребаной жизни. Если у него имелось какое-то мнение, пусть держит его при себе. К счастью, с тех пор как мои подруги и их дети переехали к нам, девочки стали меньше думать о том, как подчинить себе роботов и захватить мир. Еще пару месяцев назад это занимало их куда сильнее. Жизнь рядом с детьми, которые явно уступали им умом, но были эмоционально устойчивыми и уравновешенными людьми, пошла им на пользу. В последнее время они в основном сосредоточились на том, чтобы доставать Беккета, а это я полностью поддерживала.

— И все эти люди наверху… — он указал стилусом в потолок, — живут здесь?

— Да. Я живу здесь с тремя лучшими подругами. Мы все матери-одиночки. Или, наверное, они были матерями-одиночками. И Джуниор. С ней ты когда-нибудь познакомишься. — Я злобно улыбнулась, надеясь, что Джуниор, пятая мать-одиночка в этом доме, зашипит на него с первого взгляда.

— Значит, Миллер и Лэнгфилд здесь мужские образцы для подражания? — Он почесал бороду. — Бедные дети.

— И Роуэн Паркер.

У него расширились глаза.

— Роуэн «Слик» Паркер? Защитник Bolts?

— Да.

Он нахмурился.

— Может, это место и правда секта. Почему все эти богатые и знаменитые люди здесь живут?

Я отмахнулась.

— Понятия не имею. Я бы избавилась от всех трех болванов не раздумывая. Но мои подруги влюблены, а я люблю их. Так что терплю.

Он моргнул и окинул взглядом коридор, где мы остановились.

— То есть у нас тут миллиардер, бывший звездный кетчер, который теперь менеджер Revs, и звезда НХЛ?

— Ага.

— И ты. — Он прикусил губу, и это почему-то выглядело чертовски сексуально. — Королева проклятых. Очевидно, их предводительница.

Его вывод меня раздражающе позабавил, и я сделала легкий реверанс.

— Я стараюсь.

Он смотрел на меня в тусклом свете коридора, и я не смогла удержаться: тоже начала его рассматривать. Сбивало с толку, сколько места он занимал собой. И то, что он явно меня не боялся.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и пошел наверх.

Осмотр продолжился на первом этаже, где было неожиданно тихо. Куда, черт возьми, делась моя семья? Он заглянул в каждый уголок и щель, в какой-то момент даже достал фонарик. Откуда у него вообще все это бралось? В эти джинсы, слишком обтягивающие, чтобы вместить все добытые им припасы, ничего не должно было помещаться. Он был как Мэри Поппинс, только доставал вещи из карманов.

Волшебные они или нет, но джинсы обтягивали его сильные бедра до раздражения сексуально. Энцо был крепким. Он точно не походил на руководителя, который оставляет тяжелую работу своим приспешникам. Нет, он выглядел как мужчина, который работает руками и точно знает, как ими пользоваться. Господи, мне нужно было выгнать его отсюда, чтобы принять холодный душ. К счастью, ледяной душ был одним из фирменных удовольствий этого дома, так что шансы у меня имелись.

Комната за комнатой он изучал, измерял и обдумывал. В основном он игнорировал мои комментарии, но иногда удивлял меня тем, что соглашался с моими планами.

В конце концов мы вернулись в холл. Пора было выставить его за дверь и отправиться на поиски моей семьи.

— Ты меня наймешь, — сказал он и протянул мне визитку.

Я медленно взяла ее из его руки.

— С чего бы мне это делать?

Я знала, с чего. Мне нужен был надежный и доступный подрядчик. Малышка Уиллоу скоро должна была появиться на свет, а я пообещала своей семье полностью готовый, отремонтированный и безопасный дом. Я должна была сдержать слово. И, несмотря на постоянные предложения денег от братьев-миллиардеров, я платила за это сама и справлялась своими силами.

— Потому что я могу закончить все меньше чем за три месяца. У меня есть бригады, мастера, руководители проектов и оборудование. Кварц, гранит, мрамор, что угодно — могу доставить завтра. И у меня есть доступ к восьмидесятилетнему итальянцу, который с любовью восстановит эти старинные входные двери. Для организации нашего размера материалы — не проблема. Узкие специалисты — тоже.