Элинор поёжилась.

— А сбежать можно?

— Никому не удавалось.

На пятый день пути они остановились у реки. Кайан развёл костёр. Элинор достала провизию.

— Расскажите о драконах, — попросила она, когда они поужинали. — О вашем народе. Я хочу понимать, кто вы.

Кайан помолчал.

— Драконы древняя раса. Мы были здесь задолго до людей. Но нас становилось всё меньше. Войны, болезни, охота... Люди боялись нас и уничтожали. А потом драконы стали смешиваться с людьми. Рождались полукровки такие, как я.

Он поднял руку и сосредоточился. На глазах Элинор его кожа на тыльной стороне ладони начала меняться, появились тёмно-золотистые чешуйки.

— Полностью драконом я не стану никогда, — сказал он. — Но это я. И этого достаточно.

Элинор взяла его руку, провела пальцами по чешуе. Она была тёплой, гладкой.

— Мне нравится, — сказала она. — И так, и так.

Кайан посмотрел на неё долгим, благодарным взглядом.

На седьмой день дороги они встретили повозку. Она стояла на обочине, одно колесо было снято. Рядом суетились люди.

— Добрые путники! — крикнула из повозки немолодая женщина с седыми волосами. — Не поможете ли старухе? Колесо слетело!

Кайан насторожился. Элинор почувствовала его напряжение через связь.

— Поможем, — сказала она. — Я чувствую, она не врёт.

Кайан кивнул. Они спешились. Ремонт занял около часа. Женщина представилась Мирабель, торговкой специями. Она ехала в Столицу на ярмарку.

— Всю жизнь в дороге, — рассказывала она, пока мужчины возились с колесом. — Муж умер, дети разъехались, а я не могу сидеть на месте. Душа дороги просит.

— А вы, я смотрю, тоже не местная, — заметила она, прищурившись. — Издалека?

— Очень издалека, — улыбнулась Элинор. — Так издалека, что вы не представляете.

Мирабель понимающе кивнула и не стала расспрашивать. Когда колесо починили, она достала из повозки хлеб, сыр и бутылочку лёгкого вина.

— Поедемте вместе, — предложила она. — В компании веселее.

Кайан хотел отказаться, но Элинор опередила его:

— С удовольствием.

Так их маленький отряд увеличился. Мирабель оказалась кладезем информации о Столице. Она рассказывала о придворных интригах, о том, кто сейчас в фаворе, кто в опале.

— Император, — говорила она, понижая голос, — он не злой. Но он ищет способы продлить жизнь. Говорят, он верит, что существа из других миров могут ему помочь. Потому и коллекционирует.

Элинор и Кайан переглянулись.

На десятый день пути на горизонте показалась Столица. Элинор ожидала увидеть мрачный средневековый город, но реальность превзошла ожидания.

Городские стены, сложенные из белого камня, сверкали на солнце. За ними возвышались башни, шпили, купола храмов. А в самом центре, на высоком холме, стоял Императорский дворец — из белого и золотого камня, с висячими садами.

— Красиво, — выдохнула Элинор.

— Красиво, — согласился Кайан. — И очень опасно. Помните: здесь никому нельзя доверять.

Мирабель усмехнулась.

— Кроме меня. Мне можно. Я старая и честная.

Элинор улыбнулась, но про себя отметила: даже этой милой старушке не стоило доверять полностью. В конце концов, они знали её всего четыре дня. У ворот их ждала проверка. Стражник, увидев документы Кайана, вытянулся.

— Прошу прощения, господин Ир'Талаш. Проезжайте. Его Величество ожидает вас завтра.

— Завтра? — переспросила Элинор.

— У них уже был приказ, — тихо сказал Кайан. — Нас ждали.

Они въехали в город. Улицы были широкими, дома — высокими. Повсюду ходили люди. Воздух пах выпечкой, специями и едва уловимо — магией.

— Нам нужно найти постоялый двор, — сказал Кайан. — Я знаю один. В Верхнем городе, недалеко от дворца.

Они остановились в «Золотой чаше». Хозяин, узнав, кто перед ним, рассыпался в любезностях.

— Для молодожёнов лучшие комнаты, — подмигнул он.

Кайан не отреагировал. Только кивнул и закрыл дверь.

— Пусть думает что хочет, — сказал он.

Комнаты были смежными. Элинор заглянула во вторую — кровать поменьше, но чистая.

— Я займу ту, — сказала она.

Кайан хотел что-то возразить, но передумал.

Они распаковали вещи и спустились в общий зал. Ужин был съедобным, но не больше. Элинор мысленно поставила повару тройку.

— Завтра в полдень, — сказал Кайан, когда они почти закончили. — Император примет нас в Тронном зале.

— К чему готовиться?

— Он может задавать неожиданные вопросы. Может спросить, боитесь ли вы смерти. Может попросить приготовить блюдо из того, что вы ненавидите. Может предложить остаться в Столице без меня. На такие вопросы нельзя отвечать «да» или «нет». Он ищет реакцию, а не ответ.

Элинор кивнула. Она умела держать лицо.

— Будьте спокойны, вежливы, но ничего не рассказывайте лишнего, — продолжал Кайан. — О вашем мире — только самое безобидное. О еде, о погоде. Никаких технологий, никакого оружия.

— Поняла.

Они поднялись в комнаты. У дверей Кайан задержался.

— Элинор... что бы ни случилось завтра, я с вами до конца.

— Я знаю, — ответила она. — И я с вами.

Он кивнул и скрылся за дверью.

Элинор прошла в свою комнату, разделась и легла в кровать. Долго смотрела в потолок, прислушиваясь к его дыханию за стеной и к звукам чужого города за окном. Завтра они предстанут перед Императором и решится их судьба. Она закрыла глаза и постаралась уснуть.

Глава 7

Утро началось с суеты. Элинор проснулась затемно, умылась холодной водой и оделась в изумрудное платье — то самое, в котором была на свадьбе. Другого не было. Резиновая шапочка, как назло, выпала из кармана и покатилась под кровать.«Оставайся там, — мысленно сказала ей Элинор. — Я тебя ещё вспомню».

Лотти, которая спала в соседней комнате, прибежала помогать. Она была растрёпана, сонна, но полна энтузиазма.

— Волосы распустите, — посоветовала она. — Так красивее.

— Я иду не на бал, — возразила Элинор. — Я иду к императору, который хочет посадить меня в клетку. Красивой клетке это не помешает. Я поняла.

— Тогда тем более, — пожала плечами Лотти. — Пусть знает, кого ловит. Хотя бы с хорошей причёской.

Элинор усмехнулась и оставила волосы распущенными. Она давно заметила: чем нелепее ситуация, тем больше Лотти права.

Кайан ждал внизу. Он был в тёмно-синей рубашке, кожаных штанах и коротком плаще, расшитом серебряной нитью. Выглядел внушительно. Если бы не хмурый взгляд человека, который только что понял, что забыл почистить зубы.

— Готовы? — спросил он.

— Нет, — честно ответила Элинор. — Но императору об этом знать не обязательно.

Они вышли из постоялого двора. «Золотая чаша» находилась в Верхнем городе, в пятнадцати минутах ходьбы от дворца. Улицы были чистыми, дома — высокими, с цветными витражами. В воздухе пахло выпечкой и специями. И одновременно — страхом местных жителей, которые к восьми утра уже успели поругаться с налоговой.

Дворец возвышался над городом, как гора из белого камня и золота.«Тоже мне, — подумала Элинор. — А у нас в столовой стены были толще. Правда, не из золота. Зато свои».

У ворот их уже ждали. Молодой, с прыщавым лицом и важным видом, стражник вытянулся по струнке.

— Господин Кайан Ир'Талаш и госпожа Элинор Брайтвуд? Его Величество ожидает вас. Прошу следовать за мной. И постарайтесь ничего не трогать. И не дышать на фрески.

— А дышать-то можно? — уточнила Элинор. — Или лучше задержать?

Стражник не понял шутки. Или сделал вид. При дворе это умели.

Их провели через внутренний двор с фонтанами, в одном из них Элинор заметила золотую рыбку размером с её предплечье, подняли по широкой мраморной лестнице и провели через длинную галерею с портретами. На портретах были люди с такими лицами, словно они только что съели лимон и им не понравилось.

— Предки? — спросила Элинор шёпотом.

— Да. И все с чувством собственного достоинства, — ответил Кайан. — Передаётся по наследству. Мне, кстати, нет.