— Заметно, — ласково сказала Элинор. — Ты у меня простой дракон, без выпендрёжа.

Потом были ещё коридоры, лестницы, двери. Коридоры, лестницы, двери. И снова двери. Элинор начала подозревать, что дворец — это портал в бесконечность, и никто им не пользовался только потому, что лень идти.

И наконец — Тронный зал.

Он был огромен. Высоченный потолок, поддерживаемый рядами мраморных колонн, терялся в полумраке. Стены украшали гобелены с битвами и коронациями. Элинор отметила про себя: пыли меньше, чем в её кладовой, но больше, чем у Греты в спальне.

В дальнем конце, на возвышении, стоял трон. Император Аларик Третий сидел на нём, небрежно откинувшись на спинку. Поза была такая, словно он репетировал её месяц и всё равно не был уверен.

Элинор ожидала увидеть старого злодея, но император оказался другим. На вид ему было лет сорок. Тёмные волосы, тронутые сединой на висках. Тонкое лицо с правильными чертами. Светло-серые глаза смотрели остро, цепко.«Как моя бабушка, когда я в детстве стащила у неё пирожок», — подумала Элинор.

По бокам от трона стояли придворные. Среди них Элинор заметила лорда Вэллса. Он выглядел так, словно его только что вытащили из кровати, но он делает вид, что так и надо.«С кем не бывает», — мысленно поддержала его Элинор.

— Подойдите ближе, — произнёс император.

Кайан и Элинор подошли к подножию лестницы и остановились. Кайан слегка поклонился. Элинор — тоже, но чуть меньше, потому что у неё утром стрельнуло в пояснице.

— Итак, — император чуть наклонился вперёд, разглядывая Элинор. — Вот она, женщина из другого мира. Я ожидал чего-то более экзотического. Рога, хвост, синяя кожа. А вы выглядите как обычный человек.

— Простите, Ваше Величество, что не оправдала ожиданий, — сказала Элинор с максимально честным лицом. — В моём мире синяя кожа — это обычно болезнь, а не привилегия. Лечат мазью.

Император усмехнулся. Один уголок губ дернулся, и придворные синхронно выдохнули. Элинор поняла: если император улыбнулся — они не умрут сегодня. По крайней мере, от его руки.

— Обычными. И при этом вы умудрились переместиться между мирами и выйти замуж за потомка драконьего рода. Не слишком ли много «обычности» для одного человека?

— Я повар, Ваше Величество, — ответила Элинор. — Мы вообще удивительный народ. Днём режем лук, ночью перепрыгиваем через миры. Секрет прост: много практики и хороший нож.

Кайан сделал страдальческое лицо. Он уже понял, что Элинор не остановится, даже если император начнёт плеваться огнём.

— Моя жена не обладает магическими способностями, — сказал он, пытаясь спасти ситуацию. — Её перемещение случайность. Я проверил. Трижды. С прибором и без.

Император перевёл взгляд на Кайана, потом снова на Элинор. Его глаза блестели.

— Я не боюсь угроз, господин Ир'Талаш, — ответил император. — Я их коллекционирую. У меня есть шкаф, доверху набитый. Если хотите, покажу после обеда.

Кайан не нашёлся, что ответить. Элинор мысленно поставила галочку: «император с чувством юмора. Плохим, но с чувством».

— Расскажите о вашем мире, — продолжил император. — Как вы живёте? Что едите?

Элинор глянула на Кайана. Тот чуть кивнул.«Только без подробностей про канализации и налоги», — говорил его взгляд.

— Я повар, Ваше Величество. Готовлю еду. В моём мире это обычная профессия. Если не считать того, что я однажды накормила делегацию из Министерства сельского хозяйства, и они после этого три месяца не могли смотреть на котлеты.

Император слушал с интересом. Или делал вид. При дворе это тоже умели.

— Повар. И, судя по донесениям инквизиторов, готовите вы божественно.

— Никакой магии, Ваше Величество. Только опыт. Сорок лет у плиты, двадцать из них — с проклинаниями, когда что-то пригорало.

— А вы смогли бы приготовить что-нибудь для меня? Прямо сейчас?

Элинор опешила.

— Прямо сейчас? У меня нет продуктов, нет кухни... и фартука нет, а в этом платье не хочется пачкаться. Оно дорогое. Ну, мне так сказали.

— Всё это есть во дворце. Моя кухня лучшая в Империи. Я хочу попробовать вашу еду. Говорят, она нечто особенное.

Он сделал знак слуге. Тот поклонился так низко, что Элинор испугалась не сломается ли.

— Проводите госпожу Брайтвуд на императорскую кухню. Пусть ей предоставят всё, что она попросит. И пусть повара не мешают. И не дышат на неё. И вообще стоят у стенки и учатся.

Элинор посмотрела на Кайана. Тот выглядел встревоженным, но не пытался её остановить. Он уже знал: если Элинор решила накормить императора, император будет накормлен. Даже если для этого придётся зажарить дракона.

— Хорошо, Ваше Величество. Что вы предпочитаете?

— Удивите меня, — сказал император. — Приготовьте то, что считаете своим лучшим блюдом. Только не то, от чего потом три дня икается. У меня завтра приём послов.

— Не икается, — заверила Элинор. — От моего борща только плачут. Иногда от счастья, иногда от перца. Но это уж как повезёт.

Она поклонилась и направилась к выходу. Лорд Вэллс, проходя мимо, прошептал: «Не убейте его случайно. Он нам ещё нужен ».

— Не нужен, — так же шёпотом ответила Элинор. — Но я постараюсь.

Императорская кухня оказалась огромной. Несколько печей, разделочные столы из тёмного дерева, полки с медными котлами, кладовые, полные продуктов. И целая армия поваров, которые смотрели на неё с недоверием.

Повара были все как на подбор: дородные, с усами, в белых колпаках. Элинор почувствовала себя диковинной зверушкой в зоопарке. «Сейчас начнут кидать хлеб» , — подумала она.

Элинор это не смутило.

— Мне нужна свёкла, — сказала она главному повару, дородному мужчине с усами. — Капуста. Морковь. Лук. Картофель. Чеснок. И мясо. Говядина на кости. И чтобы никто не стоял у меня за спиной и не дышал. Это отвлекает.

Главный повар нахмурился. Его усы гневно взметнулись вверх.

— Свёкла? Этот корнеплод? Его едят только бедняки. И кони. Иногда кони.

— Значит, император сегодня поест как бедняк, — отрезала Элинор. — Или как конь. Мне всё равно, лишь бы съел. Несите.

Повар скрепя сердце отдал распоряжения. Элинор заметила, как один молодой повар прыснул в кулак.«Есть контакт», — подумала она.

Она закатала рукава и приступила к работе. Варила бульон, снимая пену. Пассеровала свёклу, морковь и лук. Шинковала капусту. Добавляла специи.

Кухня наполнилась запахами, от которых у поваров начали течь слюни. Один из них, самый молодой, забыл про свой котёл и уставился на Элинор, как на божество.

— Не стой столбом, — сказала она ему. — Подойди, посмотри. Учись. Вдруг тебе это знание спасёт жизнь.

Парень подошёл. Остальные тоже начали потихоньку подбираться ближе. Уже через пятнадцать минут вся императорская кухня стояла вокруг Элинор плотным кольцом и не дышала.

— Можно? — робко спросил один из поваров, протягивая ложку.

— Не сейчас, — отрезала Элинор. — Сначала попробует император. Если останется живым, тогда вы.

Главный повар, который всё это время стоял в стороне с каменным лицом, не выдержал:

— А отравить может?

— Может, — серьёзно ответила Элинор. — Если пересолить. Но я не пересолю. Я профессионал.

Через полтора часа борщ был готов.

— Готово, — сказала Элинор, вытирая руки. — Можно подавать. И принесите чистую ложку. Не ту, которой пробовал главный повар. У него усы в бульон упали, а я это видела.

Главный повар покраснел, но промолчал. Он лично понёс поднос в Тронный зал, и Элинор заметила, как его спина выражала глубокую личную обиду. «Ничего, — подумала она. — Усы отрастут новые ».

В Тронном зале император сидел на троне. Кайан ждал у подножия лестницы. Он выглядел так, словно его пытали всю эту полтора часа, но он держался.

Поднос поставили на стол. Император подался вперёд.

— Что это?

— Борщ, Ваше Величество. Традиционное блюдо моего народа. Суп из свёклы, капусты и мяса. И небольшого количества моей личной магии, но это не магия, это любовь. Не спрашивайте, в чём разница. Её нет, но она есть.