— Я очень волновался, — вдруг раздалось у меня под ухом и я вздрогнула, мысленно развеивая руками свои глупые мысли.

— Извини, — тихо-тихо произнесла я, ладонями упершись ему в грудь. — У меня сел телефон.

— Когда мне позвонили твои подруги и сказали, что потеряли тебя, я думал, что разнесу этот клуб к чертям, — Оливер нервно усмехнулся.

Я незаметно судорожно сглотнула.

Разнес бы он не только клуб, если бы знал, что я натворила.

— Где ты была? — он нежно обхватывает меня за плечи и смотрит в глаза. Уже без злобы, волнения и страха.

— В отеле, — протянула я дрогнувшим голосом. — Я одна там была. Честно.

Если бы лож могла говорить, сейчас бы она хохотала во весь голос, даже не в силах что-то возразить.

— Я верю тебе.

Оливер зарывает свои пальцы в моих волосах и тянется ко мне за поцелуем. Я в пол силы давлю ладонями для сопротивления на грудь, ощущая жар в груди, спровоцированный моим воображением. Вместо губ Оливера, я видела его.

Я снова думаю о нем.

Снова.

— Не сейчас, Олив, — бережно глажу его одной рукой по щеке, другой расчесываю светлые волосы, ненавязчиво переводя внимание. — Пойдем домой?

Стиснув впалые щеки в своих ладонях по обе стороны, улыбаюсь ему. Он поднимает свой замученный взгляд на меня и слабо улыбается уголками губ. Я коротко целую его в губы, и беру под руку, начиная вести нас к дому.

— Ты кстати же помнишь, что нас ждет моя мама на ужин?

Конечно же я не помню. Но инстинктитвно киваю головой в знак немого «да».

— Завтра в шесть, — невзначай напоминает Оливер и целует меня в висок.

Сложив руки в замок на животе, я лежу на кровати, рассматривая нависающий надо мной черный потолок.

Поворачиваю голову на бок, замечая, как Оливер сладко сопит в подушку рядом со мной, подложив одну руку себе под щеку. Я коротко улыбаюсь и перевожу взгляд обратно на потолок, ощущая странное чувство.

Я его предала.

Я предала нас.

Я предала себя.

За окном глубокая ночь, а я не могу уснуть. Мысли потоком льются через край, неся не туда. Я думаю обо всем. О прошлом. О настоящем. О будущем. Но жить же нужно сейчас в моменте? Тогда почему меня так волнует все, что было и будет? Эти две крайние вариации явно лишние.

Я вспоминаю Карстена. Мысленно возвращаюсь в нашу ночь и теперь вместо размытого лица незнакомца вижу его. Как он целует меня, обнимает, желает и не скрывает того, что хочет меня.

Мы были идеальной парой. А может быть и нет. Может я снова все придумала.

Закрывая глаза и настраиваясь на сон, я вижу перед глазами бар. Как мы знакомимся, как будто бы впервые, а после переносимся в отель. Целуемся так жадно и самозабвенно, что по коже бегут мурашки. Я чувствую его руки на своем теле, ощущаю его поцелуи на груди, вижу его голодные глаза и испытываю жар между ног от его резкого проникновения… Я хочу повторить эту ночь.

Сжимаю бедра между собой, чувствуя жар, и быстро открываю глаза, вскакивая с подушки. Тяжело дыша, в полной тишине слышу, как сердце бешено стучит о ребра, а кровоподтеки на груди вспыхивают огненным светом, как отдельные звезды на ночном небе.

Я хватаюсь за шею, словно на мгновение почувствовала на коже пальцы Карстена. Такие же грубые и нежные одновременно… Хватая ртом прохладный воздух, я гневно взъерошила себе волосы на голове, тихо прорычав.

Я не должна чувствовать то, что чувствую сейчас. Я не должна вспоминать его, как вспоминаю сейчас. Я не должна думать о нем так часто, как думаю сейчас.

Я должна забыть его, как он забыл меня.

Плюхнувшись обратно на подушку, я схватила телефон с прикроватной тумбочки, испуганно вздрогнув, когда Оливер перевернулся на другой бок. Я затаила дыхание, с надеждой его не разбудить. Не хотелось бы объяснять своему жениху, почему я не сплю ночью, и кого вспоминаю в такой поздний час.

Открыв одну из социальных сетей, я медленно стала листать ленту, просматривая различные посты людей, и тем самым успокаивая своего внутреннего демона, который желал задушить бывшего мужа за то, что он так внезапно ворвался заново в мою жизнь.

Расслабленно пролистывая фотографии вниз, я не заостряла внимание, пока быстро не перелистнула подозрительную фотографию незнакомой девушки, что заставило вернуться к ее посту и полистать назад. На фотографии было изображение ног девушки, которые она эстетично закинула на колени мужчине с четким профилем и устремленным взглядом вдаль, с которым рядом была непринужденно оставлена отметка его личности (на которую мне даже не нужно было смотреть). Карстен Шмидт.

Я закусила нижнюю губу, не сразу почувствовав, как прокусила ее до крови спустя пару минут, когда зашла на профиль девицы Лили. Брюнетка с карими глазами таращилась на меня через фото на профиле, пикантно прикусив губу. Я невольно поморщилась от ее вида, листая вниз к публикациям.

Первые три публикации были посвящены ей — одной единственной королеве на этом белом свете, — где она ниже под постом с фотографиями себя писала о том, как важно себя любить девушке, ценить и оберегать (как это делает она сама), и тогда в вашу жизнь придет такой же хищник, подобный вам тигрицам. Глупость. Я закрывала рот ладонью, чтобы не засмеяться во весь голос, прочитывая ее философские посты. А когда дошла до нескольких собранных в одной публикации фотографий с Карстеном, кажется, побледнела. Хорошее настроение покинуло меня, а необъяснимое чувство ревности кольнуло в бок.

«Я не должна так реагировать» — снова напомнила себе я, и тщательно стала просматривать каждый снимок.

На первом фото был запечатлен момент в зеркале лифта. Она прижималась к его груди, закрывая лицо телефоном, а он положил ладонь на ее спину, отвернувшись так, чтобы не было видна лица. Обтягивающие серое платье на ней немного оголило бедро, которое она намерено выставила вперед, на передний план. Я пролистнула дальше, чувствуя, как в висках начинает стучать холодная ярость.

На следующем кадре было ее селфи. Темные каштановые волосы перекинуты на бок, лицо на половину скрыто букетом нежных розовых роз, из под которого виднеются только глубокие карие глаза с длинными ресницами.

Я думала он никогда не любил кареглазых девушек. Хотя, если смотреть на тех, кого мы выбрали себе в партнеров после нашего расставания, то наши настоящие половинки являлись полным отражением нас самих. Может быть оно и лучше, когда люди выбирают своих вторых половинок подобные внешне им самим? Говорят, что у таких пар могут сложиться серьезные долговременные отношения; партнеры гармонируют друг с другом. Но разве только внешность решает все?

Третий кадр был, на удивление, без лиц. Правая рука Карстена по-хозяйски лежала на руле автомобиля, а другая, сжатая в кулак, покоилась на своем колене. На нем были черные брюки и водолазка под цвет брюк. Тонкие пальчики девушки с идеальным коротким маникюром, робко касаются его костяшек в моменте. На ее запястье блестит серебряный браслет. По-видимому его подарок на ее день рождения (она подписала эту публикацию как «самый лучший подарок на свой праздник, я получила еще пару месяцев назад»). И кажется, под «самый лучший подарок» она имела ввиду Карстена. Наивная. Даже не в курсе, как развлекается ее парень без нее. И я точно была уверена, что инцидент со мной был не единственным в его списке.

Еще несколько минут я изучала аккаунт незнакомой Лили, пока ее фотографии с «любимым» не стали выводить меня из себя. Решающей публикацией стало их совместное селфи на каком-то пляже. Его глаза скрывали темные солнцезащитные очки, на губах играла полуулыбка. А она же светилась от счастья. Улыбка до ушей, мокрые волосы струятся по плечам, на глазах солнцезащитные полупрозрачные очки с желтыми линзами. Я так сильно сжала телефон в своих пальцах, что даже не почувствовала как они похолодели и затряслись. Резко выключив экран, я резко откинула телефон на тумбочку, переворачиваясь на бок и тут же закрывая глаза.