— Убрал руки! — резкий хлопок дверьми автомобиля оглушает. Сердце замирает.

— Ублюдок, это я тебе говорю!

Я открываю глаза. Закрываю. И снова открываю. Не может же этого быть…

Голос.

Это его, твою мать, голос.

— Чего? — Хилл поднимает голову в тот момент, когда в темноте начинает показываться слабый человеческий силуэт.

А затем чуть более четче голова. Руки. Ноги. Черное пятно быстро обретало человеческую форму, набирая на себе мышцы.

— Это ты мне, приятель? — Хилл плотнее прижимает меня к себе, и я чувствую как нервно вжимаются в мою талию его пальцы, что выдают его.

Я стояла рядом и даже не рыпалась, не дышала, прислушиваясь к тяжелым и быстрым шагам в нашу сторону. Сердце колотилось от страха, с каждым треском все сильнее сжимаясь в груди.

Вокруг воцарила тишина, и только звук гудящего мотора от автомобиля, остановившегося в нескольких метрах от меня, устрашающе рычал между всем этим.

Я отгоняла себя от пугающей мысли, надеясь, что все мне правда мерещится. Я лучше признаю себя чокнутой, чем то, что сейчас передо мной стоит сам Карстен!

Карстен. Твою ж мать.

— Тебе. — Еще не видя его, я уже почувствовала на его губах ту самую опасную ухмылку.

Карстен делает еще один шаг и оказывается прямо перед нами. Лицом к лицу. Яркий, белый свет от фар автомобиля, который он загородил собой, по контуру выгравировал мужскую фигуру, в завершающем итоге, изобразив огромный нимб над его головой.

О святые угодники…

Я обомлела. Увидев его, у меня вдруг резко перехватило дыхание и мурашки пробежались по рукам.

Он стоял напротив меня. Растрепанный, помятый, в новой, не отглаженной, серой рубашке, как будто надетой только что наспех (а, возможно, и не как будто). Усталый, какой-то замученный, сонный.

Но, не смотря на это, он был в ярости.

И смотреть ему в глаза в данный момент — было моей ошибкой… Мне пробирает дрожь. И не на ту, которую он обычно вызывал в моем теле. Нет, это не что иное, как чистый ужас. Столько ненависти и неприязни в его взгляде я не видела еще никогда. Это было впервые.

— Рука… — медленно повторил Карстен свое предупреждение, на этот раз тише, чем в первый раз.

Его взгляд лихорадочно бегал по моему телу, прожигая от головы до ног, возвращаясь к моему побледневшему лицу с новой дозой крепчающей ненависти и гнева в глазах. Мне потребовалась секунда, чтобы осознать, на чем сейчас он был сосредоточен.

— Рука, — ехидно передразнил его парень рядом со мной, — и что? — засмеявшись, он невзначай отпустил свою руку мне на бедро, став поглаживать, и залезать под подол платья.

Я стиснула покрепче зубы, почувствовав, как по коже побежали мурашки. И то ли, по большей части, они были от отвращения, что меня гладит какой-то незнакомый ублюдок, то ли, как будто от волнения, что за этим всем наблюдает мой бывший муж — я особо не понимала из-за чего они.

— Кто ты такой? — спросил Хилл.

Карстен неожиданно поднял взгляд, от чего я вздрогнула. Он взглянул на Хилла, на меня, усугубляя всю ситуацию своим угрожающим молчанием и подозрительной ухмылкой, которую я заметила на его губах.

Он что-то задумал — это был знак.

В его случае плохой.

О черт.

— Муж . — Улыбка тут же сползла с моего лица. В то время как его стала еще шире.

Я потеряла дар речи.

— Муж? — эхом отозвался другой голос у меня в ушах, и кажется, в сердце тоже. — Ты замужем?

«Я замужем?» — п ереспросила на всякий случай я саму себя, пытаясь осмыслить происходящее.

В один момент меня как будто лишили всех человеческих способностей: думать, говорить, дышать, мыслить...Я была в шоке. Как он смеет такое говорить, когда это давно уже не имеет никакого отношения к нам?

Он хочет поиздеваться. В этом нету никаких сомнений. Хочет сделать больно. Специально сам давит на больное.

В груди вспыхнула знакомая искра. Меня больше не трясло от дикого волнения, что он застал меня в такой момент с каким-то типом. Нет, мне все равно, потому что, он — никто для меня.

И если он, каким-то образом забыл об этом, то сейчас я была готова ему напомнить об этом.

— Он не уточнил, — произнесла я, делая паузу, чтобы насладиться тем, как сузились его глаза, а брови нахмурились в ожидании моих следующих слов. — Что бывший муж... — улыбка сама собой растянулась на моих губах.

Я затаила дыхание, почувствовав, что что-то вместе с этими словами внутри меня снова оборвалось.

Черт.

— И я давно уже не замужем, — я произношу последнюю фразу с легкой гордостью, бросая уверенный взгляд в его сторону, который ему жутко не нравится.

Я приняла его игру, в которую вдруг резко, он больше не захотел играть.

— Ха! — Парень рядом со мной обрадовался, щелкнул пальцами в воздухе и смело опустил одну ладонь на мою задницу со шлепком. — Ну тогда извини, бывший муж.

Я подавила в себе дрожь и попыталась заставить свой мозг не реагировать на то, как запылала моя кожа под чужой рукой от крепкого шлепка. Сейчас, как-никак, он сыграл мне на руку, (которую, в моменте мне захотелось просто оторвать ему).

Я улыбалась. Широко и довольно. Полностью удовлетворенная своей работой.

Цель: выполнена.

Карстен: взбешен.

А я победила.

— Можешь проваливать... — Чувствую, как на вторую ягодицу приземляется еще одна рука.

Я поднимаю взгляд на парня, и, не выдавая своего бешенства, сомнительно добро улыбаюсь в лицо наглого придурка, пытаясь противостоять знойной боли. Пальцы сами собой сжимаются в кулак с мечтами врезаться в его идеальный нос. Но я не позволяю себе этого, потому что знаю, что сейчас кое-кто это сделает за меня…

Ему конец. И какого-то черта, меня безумно обрадовала эта мысль…

— Ублюдок, я же сказал убрать руки! — яростно выплюнул Карстен и набросился на Хилла.

Это все заняло меньше секунды.

Мне стало страшно. Я не хотела этого. Нет, возможно и хотела… но точно не этого!

Он ведь его убьет — в лучшем случае.

В худшем, я даже не хочу думать...

Все слишком быстро стало разворачиваться на моих глазах. Крики. Стоны. Удары. Кровь. Я не успевала замечать, откуда летели кулаки. Казалось, что у каждого из них волшебным образом выросло еще по две руки.

Карстен перехватил одну из рук Хилла, лежавшей на моем бедре, завернул ему ее за спину и, как-то быстро повалив его на землю, занял выгодную позицию.

— Какая к тебе к черту разница, бывший или нет. Есть факт того, что я приехал за ней! — Он жестко держит его за волосы, крича ему все это на ухо. — И что я говорил тебе: убрать, сука, руки! Убрать! Руки! Ублюдок!

Карстен замахнулся, нанося удар.

Я прижала холодные руки к груди, застыв на месте от не зная, что делать, и закрыла глаза, мысленно останавливая весь ужас перед собой. Все вокруг замерло, время растянулось до предела.

— АААА! Я понял! Понял! — Слух прорезает испуганный надломленный голос. — Черт, отпусти!

Удар.

Удар.

Под ребрами печет, сердце колотится, словно пытаясь вырваться наружу. В висках долбит свою музыку пульс.

Я в суматохе приоткрыла дрожащие веки, с гудящей головой, увидев, как извивается и болезненно стонет на асфальте парень, в то время, пока мой бывший муж хладнокровно давит на его позвоночник ногой, безжалостно вдавливая его лицо в бетон с неистовой ненавистью застывший в его холодных, черных глазах…

— Я все понял! Все! — вопит Хилл, отчаянно продолжая умолять Карстена о пощаде, о которой он даже не думает.

Я знала, что Карстен не остановится: он потерял контроль над собой и своими эмоциями — его нужно было спасать также, как и того, кто сейчас страдал от его кулаков.

— Карстен. — Я сделала шаг вперед, стараясь говорить спокойно и уверенно, несмотря на собственный страх.

Карстен поднимает взгляд на меня, и все вокруг словно замирает. Теряет в принципе свое значение и исчезает в тени нашего взгляда.