— Почему?
Дик упрямо потупился:
— Не буду отвечать. Либо уже сами знаете, либо вам и знать ни к чему. Сам так решил. Ничего, касающегося вопросов чести, не нарушал.
Мужчина наконец улыбнулся:
— Да, мне известна твоя история.
— Зато мы ничего подобного не слыхали! — возмутились лесные принцессы. — Этот юный бродяга принес ларец с похищенными у нас драгоценностями. Говорит, что отнял их у разбойников. И шантажирует нас, требуя награду!
— А, так ты не шутил, что будешь искать хозяев ларца! — сразу понял, о чем речь, гонец братства. Ему стало весело. — Что ж, неплохо. Свидетельствую, что ваши сокровища он действительно захватил у бандитов. И какой награды он требует? — вопрос адресован рассерженным Трем принцессам.
— Посвящения в странствующие рыцари, — недовольно ответила Феолинда.
— Зачем тебе это? — поинтересовался гонец у Дика.
— Во-первых, чтобы свободно проходить границы лесной страны, — честно ответил Дик. — И вообще…
Поляна огласилась раскатистым хохотом. Гонец одобрительно хлопнул Дика по плечу. Став серьезным, он повернулся к принцессам.
— Ваши высочества не вправе отказать в просьбе. Свидетельствую как странник, этот мальчик — уже рыцарь, и не вам решать, достоин ли он этой чести. Совершённый подвиг — боевое крещение, открывает любому прямую дорогу к званию. А того, что он сделал, хватит на троих! И любой рад бы стать его крестным. Как твое имя? Знаю, кто ты, но как мне тебя называть?
— Дик.
— Выбирай, Дик. Короли вправе жаловать любое звание или титул, простой рыцарь может дать только то звание, в котором состоит сам. Но ты ведь хочешь быть странником? Это могу устроить и сам, и ещё кто угодно из братства. Твое слово?
— Всё равно. Лишь бы скорее.[1]
— Нет, позвольте! — встала за столом Меролинда, и сестры дружно поддержали ее: — Дик обратился к нам первым с просьбой, нам и проводить обряд посвящения! Мы благодарим вас и братство за свидетельство о подвигах этого юного героя. Но чести стать его крестными в звании, мы вам не уступим!
— Как угодно, — прощаясь, гонец поклонился великим принцессам намного почтительнее, чем вначале. — Я больше не нужен лесу? С тобой, Дик, мы, надеюсь, ещё не раз встретимся…
— Не уходите! — Дик в отчаянии обеими руками вцепился в широкую ладонь незнакомца. Первый раз за четыре года он позволил себе проявить слабость при людях. А сейчас он готов заплакать. — Не бросайте меня здесь одного! Не верю им…
— Тебя защищает наше слово, — заверила Келлерлиса. — Мы клянемся…
— Я лучше останусь, — гонец в раздумье погладил подбородок. И услышал вздох облегчения, вырвавшийся из груди "юного героя". — Хотелось бы сделать тебе подарок…
— Мне ничего не надо, — Дику было стыдно, что его пальцы дрожат, и странник чувствует это.
— Как рыцарю тебе нужны доспехи и меч.
— Мы оплатим всё что нужно, мы — крестные! — гордо заявили лесные принцессы.
— Разумеется, — весело согласился гонец. — Но хотя бы помогу выбрать лучшее. Мечи из лесной страны, выкованные оружейными мастерами эльфов, лучшие на свете и самые дорогие. Поэтому, доверяю вам выбор именного оружия. Но костюм…
— Ой… — Дик покраснел, сообразив, что у него нет даже самой мелкой монетки. — Мне всё это, наверно, не по карману.
— Не думай о цене, — твердо остановил его рыцарь братства. — По правилам посвящения за всё платит крёстный. А принцессам лесной страны вполне по карману сделать тебе доспехи из чистых алмазов. К счастью, это не требуется…
— Ваша ластиковая кожа не намного дешевле, — скептически заметила Феолинда. — Но это правда, мальчик, ты не должен волноваться о мелочах. Думай только о том, чтобы сделать правильный выбор. Если всё-таки надумаешь остаться с нами, скажи.
Дик сдержал готовое вырваться "нет!" и обещал подумать. Принцессы назначили посвящение через три дня. К этому времени им удастся добыть подходящий меч, но не раньше. Взрослый странник вместе с Диком ушел в красивый каменный грот над озером, закрытый зарослями плакучей ивы, который служил Дику домом.
— Меня зовут Трим Анард, — по пути представился гонец братства.
— Это название горного пика.
— Да, оттуда я родом. А твое рыцарское прозвище?
— У меня его нет. Мне нравится мое имя и мне его хватает.
— Ты не любишь быть кому-то обязанным, верно? — Анард по-доброму усмехнулся: — Но имей в виду, если станешь знаменитым, а ты непременно станешь, народ придумает тебе прозвище.
— С чего взяли, что стану? — ощетинился Дик.
— Сколько дней ты в дороге?
— Два. И ещё двое суток здесь, в гостях.
— О тебе уже говорит вся округа. Купцы, которых ты спас, уедут в свои далекие страны и расскажут там о своем приключении и твоем подвиге…
— Зачем так, ничего я особенного не сделал, — отмахнулся Дик.
— Вот и говорю, если это для тебя "ничего", что будет, когда, став рыцарем, ты действительно начнешь искать, что бы совершить героического! Чем думаешь заняться, Дик?
— Не знаю. Хочу только идти вперед.
— Что ты больше всего ненавидишь?
— Стены, — тихо ответил Дик. — И когда людей заставляют делать то, что они не хотят.
— Ты — типичный возмутитель спокойствия. Прирожденный странник. Нелегко придется тем, кто встанет у тебя на пути. Ты давно знал о своем призвании?
— Всегда. А вы до того, как…
— Пас стада в горах. И когда смотрел на мир с высоты или видел близкие звезды, мое сердце разрывалось от необходимости оставаться на одном месте и ходить только по знакомым тропинкам. Сбежал, когда исполнилось восемь.
— Завидую вам… Спасибо. Вы очень помогли мне сегодня.
— Какие счеты, — отмахнулся Анард. — Рыцари только и нужны, чтобы помогать кому-то. Тем более, детям.
— А зачем мне доспехи? — с удивлением спросил Дик. — Никогда не видел странника, закованного в железо.
— И не увидишь, — засмеялся Анард. — Потрогай…
Дик коснулся рукава его куртки. Кожа очень тонкая и мягкая, на ней не оставались царапины и морщины, она не растягивалась под пальцами.
— Стрелы от нее отлетают, любая дыра и разрез срастается, залечив заодно твою рану. Ее невозможно порвать руками, растянуть, украсть… Именные доспехи не могут служить чужому или отступнику чести. Если ты нарушишь рыцарский обет, костюм выдаст тебя. Перестанет срастаться. И меч перестанет слушаться. Он будет ломаться от первого взмаха или неправого слова. Хотел бы взять тебя в лавку, где шьют одежду "только для рыцарей", чтобы ты сам всё увидел и выбрал. Но твои "крёстные феи" не отпустят тебя из леса, пока ты не в звании. Точнее, став странником, ты сможешь уйти без их позволения.
Странники ходят по свету скромно, как правило, пешком. Их замечают не сразу. Они не размахивают без дела мечом, не сверкают на солнце стальным доспехом. Это игрушки тяжелой боевой кавалерии или маскарад для турниров в честь прекрасных дам и королей. Странник путешествует и живет налегке. И в дороге рыцарский конь иногда только помеха. Хотя очень неплохо, когда он есть — верный конь. Но любой спутник требует заботы и внимания. О нем придется всегда думать больше, чем о себе. Какого цвета костюм ты хочешь?
— Такой же, — Дик показал пальцем.
— Но бывают разные. Можно выбрать любой цвет и фасон, лишь бы закрывал тело. В нем не жарко и не холодно, и в дождь не намокнешь. Этот цвет называется темная медь. Выбирают обычно под цвет глаз и волос… Да тебе как раз такой и подходит. Чтобы без ошибки, я возьму мерки с твоей ладони и прядь волос. В рыцарской мастерской разберутся, что тебе нужно. Заказать костюм немного на вырост?
— Нет. Впрочем, я хочу довольно свободный. Такой же, — настойчиво повторил Дик, показывая на доспех самого Анарда.
— Хорошо. Я должен предупредить братство. Отправлю сообщение по лесному эху. А ещё наши люди есть в каждом трактире. Если что-то понадобится, смел заходи в любой, и проси у хозяев "помощи и защиты". Это пароль Братства Дороги.
