Слова Фукуи о предателе попали в самую цель. Ёсихиро и сам подозревал, что в его окружении завелись «кроты», но признать это вслух означало расписаться в собственной уязвимости. Его челюсть сжалась так, что на скулах выступили желваки.

— Что касается предателя... — Арками прищурился. — Если Ходзё знают каждый наш шаг, значит, крыса сидит очень близко. Возможно, даже ближе, чем нам кажется. Если мы действительно объединимся, нам придется провести чистку в доме. И я с огромным удовольствием помогу Ёси. — старший Минамото хищно улыбнулся, — ...вырезать все гнилые корни из нашего семейного древа.

Самурай медленно встал. Его фигура возвышалась над татами, создавая тень, которая накрыла всю компанию. — Хорошо. Мы проверим информацию с кораблем. До этого момента вы остаетесь в поместье. Но... — он посмотрел на Асю, — ...никаких подвалов. Вы будете находиться под моим присмотром. И если кто-то из вас попытается «прогрызть тоннель», я лично прослежу за тем, чтобы вы сделали это в максимально неудобном месте. Араками, забудь про свои игры. Если они правы, значит, мы действительно стоим на краю пропасти. И нам придется научиться ходить в одном ритме, если мы не хотим свалиться туда вместе.

С этими словами он вышел из комнаты, оставив после себя тяжелый шлейф власти и ледяного спокойствия. Араками с облегчением рухнул обратно на татами.

— Боги... я думал, он всё-таки придушит нас прямо здесь, — прошептал он, глядя на блондинку с нескрываемым восхищением. — Ася-сан, вы только что сделали то, чего я не мог добиться годами: вы заставили его признать нас союзниками. Хотя метод «прогрызть тоннель зубами» мне лично кажется слишком радикальным даже для меня.

- Для начала, - оборвала Горная оптимиста, - найдите предателя,

- Но не уничтожайте его, - добавила Косуми, используйте. - Ложные сведения делают игру гораздо интереснее.

На лице Араками медленно расцвела улыбка, которая была по-настоящему пугающей. В этот момент он выглядел не как шут и даже не как наследник, а как истинный мастер интриг, который только что получил в руки идеальный инструмент.

— Использовать предателя... — прошептал он, смакуя каждое слово. — Скармливать ему ложь, чтобы он передавал её Ходзё, заставляя их строить планы на основе наших иллюзий... – парень наклонился к каскадерше очень близко и практически зашептал ей в губ. - Боже, Касуми-сан, вы просто гений. Это же куда изысканнее, чем простое отсечение головы. – Парень снова откинулся на подушки. - Это превращает войну в шахматную партию, где противник уверен, что он гроссмейстер, в то время как он всего лишь пешка в нашем спектакле. – Молодой человек представил, как Момока и её отец будут уверенно двигаться к цели, которая на самом деле является капканом, расставленным ими самими. Эта мысль приносила ему почти физическое удовольствие. — Брат этого не поймет, — добавил Арками, уже поднимаясь на ноги. — Он привык рубить головы предателям сразу. Для него верность — это абсолют, а предательство — это грязь, которую нужно смыть кровью. Но я... я смогу убедить его, что «игра втемную» — это единственный способ узнать, кто ещё стоит за спиной Ходзё. – В движениях наследника снова появилась та самая хищная энергия. Его глаза сияли предвкушением. — Я уже вижу это! Мы дадим им «секретную» информацию о перемещениях Ёси, заставим их собрать все силы в одной точке, а затем... — он сделал паузу, театрально задумавшись, — ...затем мы просто захлопнем ловушку. – Старший Минамото посмотрел на блондинку, и в его взгляде промелькнуло нечто похожее на партнерство. — Видишь, Ася-сан? Твои «удары» и её «сценарии» создают идеальный союз. Значит, план таков: Ёсихиро занимается грузом и «стальной» частью операции, я занимаюсь «грязной» работой с крысами в стенах, а вы... вы просто постарайтесь не сжечь восточное крыло до того, как мы увидим падение Ходзё. Это было бы слишком поспешным финалом.

- Подожди. - Остановила Ася мужчину. - Если мы начнем играть в невинных овечек, то это будет подозрительным.

- Нам нужно продолжать мини-диверсии против Ёсихиро. - вступила Касуми. - Это лишь докажет, что между вами не может быть союза. Предупреди его, что любимые места по-прежнему должны страдать.

Араками остановился как вкопанный, и его лицо медленно вытянулось в выражении крайнего изумления. Он обернулся к девушкам, и в его глазах вспыхнул такой искренний восторг, что он почти выглядел влюбленным в саму идею этого обмана.

— Вы... вы просто монстры, — прошептал он с придыханием, и в его голосе звучало почти религиозное почтение. — Продолжать войну на виду у всех, чтобы скрыть мир в тенях. Использовать мою ненависть к дисциплине Ёси и его ярость как дымовую завесу... Это не просто тактика, это настоящее искусство! Боги, вы действительно продумали всё до мелочей. - Он представил, как младший брат будет в бешенстве обнаруживать новые «сюрпризы» в своих любимых местах, в то время как они втайне будут обсуждать стратегию уничтожения Ходзё. Эта мысль вызвала у него приступ почти истерического смеха. — Представляю его лицо! Предатель будет думать: «Боже, эти девчонки окончательно сошли с ума», и в этом своём праведном гневе он даже не заметит, как мы затягиваем петлю на его шее. Я с огромным удовольствием продолжу играть роль «невыносимого младшего брата», который поощряет ваш хаос. - Мужчина снова посмотрел на девушек, и теперь в его взгляде было что-то похожее на признание. — Я предупрежу его. Скажу, что ваши «подарки» будут продолжаться, и что ваше уважение к нему прямо пропорционально количеству испорченных вещей в поместье. Ёсихиро будет в ярости, а я... я буду в восторге. - Араками сделал шаг вперед, сливаясь с тенями коридора.

Девушки двигались по направлению к своей комнате. Ася была сама грозовая туча, а Косуми пыталась успокоить свою подругу.

- Да чтоб он подавился своим чаем! – Рык блондинки разнесся по всмеу поместью. – Если он хочет войны, то он ее получит!

Фукуи вздрогнула от грохота двери, но даже в этот момент на её губах играла лёгкая, едва заметная улыбка. Она привыкла к таким вспышкам Аси — это была та самая энергия, которая позволяла им выживать там, где другие ломались. Однако сейчас эта энергия была направлена в русло чистого, дистиллированного хаоса.

— Спокойно, дорогая... — тихо произнесла Косуми, осторожно обходя разгневанную подругу, чтобы не попасть под горячую руку. — Помни, что мы сейчас не просто «наваляли и ушли». Мы играем в очень долгую и опасную партию. Если ты разнесешь всё поместье в первый же день нашего освобождения, нам просто негде будет ждать своего шоколада.

Морпех в ответ лишь издала звук, подозрительно похожий на рычание. Она начала расхаживать по комнате, словно запертый в клетке тигр, и каждый её шаг заставлял половицы жалобно скрипеть.

— Шоколад! Вечно ты думаешь об этом шоколаде! — вспыхнула капитан, резко остановившись и скрестив руки на груди. — Эти двое... они считают, что могут купить нас сладостями и парой красивых слов о «трагедиях детства». Один — каменная глыба, второй — извращенный павлин. Я чувствую, как у меня зудит кулак, Касуми! - Она посмотрела в окно, за которым раскинулись ухоженные сады клана Минамото. В её глазах зажегся тот самый огонек, который Араками назвал «монструозным». — Раз они хотят диверсий... — прошипела Ася, и в её голосе зазвучали нотки настоящего тактического планирования, — ...то завтра утром Ёсихиро обнаружит, что его любимый тренировочный зал превратился в одно большое скользкое озеро. Или что все его кимоно теперь пахнут тухлой рыбой. Мы устроим им такую «войну», что они сами приползут к нам умолять о пощаде! - Неожиданно блондинка улыбнулась и прошептала одними губами. - Я же была хороша? Меня бы взяли актрисой в твой сериал? - и озорно подмигнула подруге.

Фукуи на мгновение замерла, а затем разразилась тихим, искренним смехом, который окончательно разрядил обстановку в комнате. Она посмотрела на подругу — только что яростную и опасную, а теперь сияющую озорным предвкушением — и покачала головой.