Я скользнула рукой вниз по его животу, дразняще проводя ногтями по мерцающим рунам.

Раэлар шумно втянул воздух. Его глаза снова начали темнеть.

— Так что, владыка зазеркалья, — я игриво куснула его за подбородок. — Даю тебе пять минут на передышку, а потом мы продолжим. Мне нужно убедиться, что твой внутренний дикарь не потерял хватку.

Огромный эльф с древней темной магией в крови обреченно застонал, утыкаясь лицом мне в шею. Но в этом стоне не было ни капли жалобы.

— Я создал монстра, — пробормотал он, прижимая меня к себе так крепко, словно боялся, что я исчезну.

— И теперь тебе с ним жить, — довольно мурлыкнула я. — Приступай к своим прямым обязанностям, господин. Отпуск только начался.

Время в зазеркалье текло по своим, абсолютно безумным законам. Здесь не было ни восходов, ни закатов, ни тиканья часов. Только вечное, призрачное серебристое сияние, льющееся с невидимого купола, и бесконечная анфилада черных мраморных залов.

Я не знала, сколько дней прошло с тех пор, как мы разрушили барьер и оказались заперты по эту сторону амальгамы. Судя по тому, что мои мышцы постоянно ныли от сладкой истомы, а на коже не успевали сходить одни синяки, как поверх них появлялись новые, мой «отпуск» проходил исключительно плодотворно. Раэлар оказался ненасытным. Века заточения и подавления инстинктов превратили его в идеальную, неутомимую машину для доставления удовольствия.

Но эльфийский принц не был бы собой, если бы позволил мне просто валяться на шелковых простынях и наслаждаться жизнью. Его маниакальная тяга к преподаванию никуда не делась. Как только он восстанавливал дыхание после очередного страстного соития, в нем снова просыпался суровый, невыносимо занудный магистр высшего искусства.

— Концентрация, Ева. Ты снова рассеиваешь поток, — раздался холодный, отстраненный голос у меня над ухом.

Я со стоном уронила голову на скрещенные руки. Мы сидели на полу в одном из малых зеркальных залов. На мне была надета только его огромная черная рубашка, рукава которой я закатала до локтей, а подол едва прикрывал середину бедер. Передо мной лежал кусок черного хрусталя, над которым я уже битый час пыталась сплести простейшую эльфийскую иллюзию света.

— Раэлар, я не рассеиваю поток, я просто засыпаю от скуки, — проворчала я, не поднимая головы. — Мы сидим над этим камнем целую вечность. Моя магия артефактора привыкла к динамике! К взрывам! К реакции элементов! А ты заставляешь меня медитировать на кусок стекла, как будто я укуренная гусеница на грибе.

Принц, сидевший напротив меня в идеальной позе лотоса, грациозно открыл свои фиалковые глаза. На нем были только узкие темные брюки, и вид его обнаженного, рельефного торса с мерцающими рунами никак не способствовал моей академической успеваемости.

— Иллюзия — это не взрыв, смертная. Это тончайшая работа с вероятностями, — произнес он тем самым тоном, за который мне регулярно хотелось ударить его чем-нибудь тяжелым. — В зазеркалье отражение — это не просто оптический эффект. Это потенциальная реальность. Чтобы создать фантом, ты должна заставить свет поверить в то, что форма уже существует. Но твой разум слишком примитивен и хаотичен, ты не можешь удержать образ.

Я резко выпрямилась, убирая растрепанные волосы с лица. Моя гордость, и без того изрядно помятая его постоянным доминированием в постели, радостно вскинула голову, требуя реванша хотя бы на интеллектуальном поле.

— Мой разум примитивен?! — я возмущенно фыркнула, скрещивая руки на груди, отчего ворот рубашки распахнулся, демонстрируя свежую багровую метку от его зубов на моей ключице. — Это твоя магия — сплошная теоретическая муть! Вы, эльфы, просто обожаете напускать туману. «Потенциальная реальность», «заставить свет поверить»... Звучит как дешевая реклама бродячего фокусника!

Желваки на скулах Раэлара дрогнули. Его идеальные брови медленно поползли вверх.

— Фокусника? — переспросил он, и температура в зале мгновенно упала на несколько градусов.

— Именно! — меня понесло, и я уже не могла остановиться. Я поднялась на ноги, потягиваясь, прекрасно зная, как это действует на него. Рубашка задралась, обнажая стройные ноги. Я обошла хрустальный камень и подошла к эльфу, глядя на него сверху вниз с максимально наглой ухмылкой. — Ты столько твердил о своей невероятной, неуправляемой темной силе. О том, что ты владыка этого места, но что я видела? Пару теневых щупалец? Способность менять мебель в спальне? Ого, ваше высочество, моя бабушка-ведьма делала то же самое с помощью щепотки сушеных жаб и крепкого матерного слова!

Раэлар не пошевелился. Он продолжал сидеть на полу, но его глаза... О, его глаза начали стремительно темнеть. Фиалковая радужка растворялась, уступая место бездонной, пугающей черноте, в которой разгоралось адское пламя.

— Ты сомневаешься в моей силе, человечка? — его голос упал до глубокого, вибрирующего баритона, который отдавался у меня где-то в районе желудка. — Ты считаешь магию иллюзий... фокусами?

Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал восхитительный, предупреждающий холодок. Инстинкт самосохранения вопил, что нужно немедленно извиниться и сесть обратно за хрусталь, но мой внутренний адреналиновый наркоман ликовал.

— Я считаю, — я наклонилась к нему, опираясь руками о свои колени, так что мой вырез оказался прямо перед его лицом, — что ты просто прикрываешь заумными словами свою неспособность сделать что-то по-настоящему впечатляющее. Ты цветочный принц, Раэлар. Даже здесь, в своей обители тьмы, ты остаешься скучным, правильным теоретиком. Покажи мне реальную магию. Снеси мне крышу или признай, что твой предел — это пускать пыль в глаза.

Секунду ничего не происходило.

А затем Раэлар улыбнулся. Это была не та снисходительная усмешка аристократа. Это был оскал чистого, первобытного зла и предвкушения. От этой улыбки у меня перехватило дыхание, а внизу живота сладко заныло.

— Ты сама напросилась, Ева Гроули, — пророкотал он.

Он даже не встал. Он просто щелкнул длинными пальцами.

Пространство вокруг нас взорвалось.

Черный мраморный зал с тихим хрустом исчез. Пол ушел у меня из-под ног, я инстинктивно вскрикнула, взмахнув руками, но не упала. Я повисла в абсолютной, дезориентирующей бесконечности.

А в следующую секунду реальность собралась заново.

Я стояла в самом центре гигантской сферы. Вокруг меня, сверху, снизу, со всех сторон не было ничего, кроме огромных, идеально чистых зеркал, образующих многогранный купол. Ни дверей, ни окон, ни швов. Только я и тысячи, миллионы моих собственных отражений, уходящих в головокружительную, невозможную бесконечность.

Сенсорный удар был такой силы, что меня качнуло. Я закрутилась на месте. Везде была я: испуганная, растрепанная девчонка в мужской рубашке.

— Раэлар? — позвала я, чувствуя, как паника начинает щекотать горло. — Где ты?

— Я везде, моя заноза, — его бархатный, глубокий голос зазвучал не из одной точки, а со всех сторон сразу, многократно отражаясь от стеклянных стен. — Ты хотела посмотреть на фокусы? Ты хотела, чтобы я снес тебе крышу? Смотри внимательно.

Я обернулась. В одном из огромных зеркал прямо передо мной отражение вдруг изменилось.

Там стояла не я. Там стоял Раэлар. Он был одет в ту самую черную рубашку, в которой я впервые увидела его. Его глаза полыхали черным огнем. Он смотрел прямо на меня, а затем... он сделал шаг вперед.

Он шагнул сквозь стекло.

Поверхность зеркала разошлась рябью, как вода, выпуская его в центр комнаты. Он остановился в двух шагах от меня, высокий, подавляющий, идеальный.

Я облегченно выдохнула, собираясь сказать какую-то колкость, но слова застряли в горле.

Сзади меня раздался тихий, шелестящий звук.

Я резко обернулась. Из зеркала за моей спиной выходил... еще один Раэлар. Абсолютно идентичный. С той же хищной ухмылкой, с тем же горящим взглядом. Он был обнажен по пояс, на его теле мерцали древние руны.