Я запустила обе руки в его волосы, заставляя его поднять голову, и сама впилась в его губы поцелуем.

В этом поцелуе не было той животной, рваной ярости, которая владела нами в день осады. Это была чистая, глубокая, невыносимо нежная страсть двух существ, которые нашли свою идеальную половину в бесконечном мраке мироздания.

Раэлар ответил мне, плавно поднимаясь с колен и увлекая меня за собой на шелковые простыни. Его огромное, тяжелое тело накрыло меня, но он опирался на локти, не позволяя своему весу раздавить меня.

Одним легким движением магии он избавил нас от остатков одежды.

Мы лежали в полумраке спальни, освещаемые лишь бликами пламени из камина. Серебряные руны на его коже мягко пульсировали в такт моему дыханию.

Он не торопился. Он целовал каждый дюйм моего тела, словно молился. Его губы скользили по моей шее, по груди, спускаясь ниже к животу, оставляя за собой дорожки обжигающего пламени. Я выгибалась под его ласками, тихо постанывая, полностью растворяясь в ощущении его абсолютной власти и его безграничной нежности.

Когда он, наконец, вошел в меня, медленно, глубоко, до самой сути, из моей груди вырвался долгий, счастливый вздох.

Наши ауры вспыхнули и слились воедино. Это был идеальный, выверенный тысячелетиями танец. Мой человеческий, непредсказуемый хаос и его древняя, монолитная тьма создали идеальный баланс. Гармонию, которую совет старейшин никогда бы не смог понять своими стерильными, правильными умами.

Раэлар двигался плавно, но невероятно глубоко, заглядывая мне в глаза. В его фиалковом взгляде отражалась целая вселенная, и центром этой вселенной была я.

— Моя душа... моя владычица... моя истинная, — шептал он с каждым толчком, вплетая слова в саму ткань моей магии.

Мы достигли пика вместе, растворившись в ослепительной вспышке наслаждения, которая не разрушала, а созидала. Оргазм окутал нас мягким, пульсирующим коконом, отрезая от всего внешнего мира, оставляя только биение двух сердец, стучащих в унисон.

Обессиленная, я лежала на его широкой груди, слушая его размеренное дыхание. Его рука машинально, успокаивающе поглаживала меня по спине. За окном шел тихий зимний снег, укрывая крыши Нижнего Города белым, чистым покрывалом.

Я думала о том пути, который мы прошли.

О древнем проклятии совета старейшин, которые думали, что запирают монстра в зеркальной тюрьме на вечные муки. Они были уверены, что никто и никогда не сможет полюбить его первобытную тьму настолько искренне, чтобы добровольно пролить слезу абсолютного счастья в его объятиях. Они считали это невозможным.

Какими же слепыми и высокомерными глупцами они были.

Их проклятие не сработало. Вернее, оно сработало совсем не так, как они рассчитывали. Оно не сломало Раэлара. Оно привело его ко мне. Оно подарило мне самое великое приключение, самую безумную страсть и самую настоящую, несокрушимую любовь, о которой смертная девушка из трущоб даже не могла мечтать.

Это была не кара, это был величайший дар.

Я приподнялась на локте и посмотрела на спящего принца. Даже во сне он выглядел как ожившее, опасное божество. Я нежно провела пальцем по его мужественной скуле.

Он почувствовал мое прикосновение. Его губы дрогнули в полусне, и сильная рука инстинктивно прижала меня ближе к себе.

Идеальный баланс. Хаос и тьма, нашедшие друг друга в разбитом стекле, чтобы построить из него свой собственный, несокрушимый трон.

Я закрыла глаза, улыбаясь в темноту, и провалилась в спокойный, глубокий сон.