Асмодей и Тео постоянно были где-то рядом, вращаясь вокруг нее, как два спутника вокруг своенравной планеты. Они вели тихую, но беспощадную войну за ее внимание.

Если Марго до поздней ночи корпела над чертежами, Асмодей мог молча появиться рядом, поставить на стол кубок с древним, как мир, вином, которое имело вкус забытых звезд, и так же молча сидеть рядом, просто охраняя ее покой своей темной, могущественной аурой.

Но стоило ему отвернуться, как рядом материализовывался Тео с идеально заваренным травяным чаем, который снимал усталость, и мягким пледом, который он накидывал ей на плечи.

— Тебе нужно отдыхать, — говорил он тихо. — Переутомление снижает продуктивность и ведет к профессиональному выгоранию.

Если на стройке возникал бунт или неразрешимая проблема, Асмодей решал ее одним движением брови, обрушивая на виновных свой гнев и заставляя легионы чертей работать в три смены. Он демонстрировал свою силу, свою власть, свою способность свернуть горы ради ее проекта.

Тео же подходил с другой стороны. Он приносил ей детальный аналитический отчет, в котором заранее предсказывал возможные проблемы, предлагал три варианта их решения с расчетом рисков и сметы, и тихо говорил:

— Я проанализировал ситуацию. Если мы перенаправим поток серы из пятого круга по временному акведуку, мы сможем избежать конфликта с гильдией лавовых элементалей и сэкономить до 15% бюджета.

Это было невыносимо. Один предлагал ей весь мир, бросив его к ее ногам в огне и ярости. Другой — строил для нее этот мир, кирпичик за кирпичиком, делая его удобным, безопасным и предсказуемым. Ее разрывало на части.

Это соревнование вышло из-под контроля. Оно перестало быть тихим и перешло в открытую фазу. Ее работа, ее убежище, превратилась в арену для их демонстрации силы и заботы.

Она обсуждала с Бельфегором прочность новых базальтовых колонн, как вдруг одна из них, по которой пошла трещина, на ее глазах превратилась в изящную статую самой Марго, изваянную из цельного обсидиана. Это Асмодей, проходя мимо, счел, что «треснувшая колонна — это неэстетично», и решил проблему в свойственной ему грандиозной манере. Демоны-строители ахнули и пали ниц, а Марго хотелось кричать, потому что несущая способность статуи была в три раза ниже, чем у колонны, и теперь ей придется переделывать все расчеты нагрузки на перекрытие.

Через час, когда она с головной болью сидела над чертежами, пытаясь исправить устроенный Асмодеем архитектурный шедевр, перед ней возник Тео с планшетом из световых рун.

— Я проанализировал поступок владыки, — сказал он своим ровным, успокаивающим голосом. — С точки зрения эмоционального импульса — это широкий жест. С точки зрения структурной инженерии — катастрофа. Но не волнуйся, я уже разработал альтернативный проект армирования потолка с использованием самовосстанавливающихся сплавов из круга гордыни. Это не только компенсирует недостаток опоры, но и повысит общую сейсмоустойчивость конструкции на 42%. Тебе просто нужно утвердить.

Он был прав. Его решение было идеальным, и от этой идеальности ее тошнило. Она больше не была главным архитектором. Она была диспетчером, который разгребал последствия столкновения двух стихий. Ее проект, ее детище, превращался в лоскутное одеяло из их амбиций.

Точка кипения была достигнута, когда она обнаружила, что ее личный кабинет, временная бытовка, которую она себе отгородила, был… улучшен. За ночь. С одной стороны стена была заменена на панорамное окно, показывающее в реальном времени рождение новых звезд в далекой галактике. С другой стороны стояло идеальное эргономичное кресло, которое подстраивалось под ее спину, и кофейный аппарат, который варил ее любимый латте по одному лишь мысленному желанию.

Марго стояла посреди этого чудовищного гибрида спа-салона и обсерватории и поняла, что больше не может.

Она развернулась и, не говоря ни слова, вышла на центральную площадь, где оба ее «благодетеля» вели очередной раунд своей холодной войны, обсуждая что-то с Нафанаилом.

— Хватит! — ее голос, усиленный яростью, пронесся под сводами Лимба. Демоны замерли. Души в очередях прекратили стенать. Асмодей и Тео обернулись. — Просто хватит!

Она подошла к ним, и в ее глазах плясали искры, способные соперничать с огнем Флегетона.

— Вы! Оба! Вы превратили мою работу в цирк! Мой проект — в полигон для испытания ваших… возможностей! Я не могу работать. Я не могу думать. Я не могу дышать! Вы постоянно что-то улучшаете, чините, дарите, исправляете! Вы не помогаете мне. Вы мне мешаете!

Асмодей нахмурился, его гордость была задета.

— Я решаю твои проблемы.

— А я предотвращаю их появление, — спокойно добавил Тео.

— Вы и есть моя главная проблема! — вскричала Марго. — Эта ваша вечная тяжба, ваше соревнование! Я чувствую себя призом, который вы пытаетесь перетянуть друг у друга! Это должно прекратиться. Сейчас же.

В наступившей тишине раздался ленивый, мелодичный смех. Из тени ближайшей колонны вышла Лилит. Она с нескрываемым удовольствием наблюдала за сценой.

— Какая прелесть. Девочка наконец-то показала зубки, — промурлыкала она. — И она абсолютно права. Ваше дилетантское ухаживание непрофессионально и мешает производственному процессу. В былые времена подобные споры решались просто. Инфернальным поединком.

Асмодей презрительно фыркнул.

— Я не буду драться с… этим, — он кивнул на Тео. — Это все равно что сражаться с логарифмической линейкой. Ни чести, ни удовольствия.

— А я не вижу логики в физическом противостоянии, — парировал Тео. — Результат не будет репрезентативным в контексте определения большей пригодности в качестве партнера для Маргариты.

— Ну конечно, — протянула Лилит, обходя их. — Значит, нужен другой формат. Состязание. Не на силу, но на суть. Три испытания. Три вопроса, на которые вы должны дать ответ не словами, а действиями. Я буду судьей. Победитель докажет свое… преимущество. А проигравший… — она сделала эффектную паузу, —…проигравший добровольно и навсегда отступит.

Марго хотела возразить, сказать, что она не вещь, чтобы ее разыгрывать, но чудовищная усталость навалилась на нее. Может быть, в этой безумной идее был смысл. Пусть они выпустят пар. Пусть этот нарыв прорвется. Любой конец был лучше, чем эта бесконечная война на истощение.

— Я согласен, — тут же сказал Асмодей. Мысль о формальном состязании, где он сможет доказать свое превосходство, тешила его демоническое эго.

— Я согласен, — кивнул Тео. — Структурированное соревнование с четкими правилами — это эффективный метод разрешения конфликта.

— Превосходно! — хлопнула в ладоши Лилит. — Тогда приступим немедленно! Испытание первое: «Святилище». У вас есть два идентичных, пустых пространства в скале. У каждого есть один цикл, чтобы создать для Маргариты идеальное место для отдыха и работы. Место, где она будет чувствовать себя… дома. Начинайте!

Два входа в пещеры были запечатаны теневыми завесами. Марго, Лилит и небольшая свита из любопытных демонов ждали снаружи. Ровно через цикл завесы растворились.