– Готов, – выдохнул он и рухнул на колени.Бренда бросилась к нему. Мы все выдохнули. Получилось. Мы сделали это.– Фрида, – позвал Амель, и я обернулась.

Он стоял у входа, и в свете уцелевших ламп я увидела кровь. Много крови. Она текла из глубокой раны у него на боку, заливая пол.– Амель! – я рванула к нему, упала на колени, прижала руки к ране. Кровь хлестала сквозь пальцы, горячая, липкая, пугающая.

– Всё хорошо, – прошептал он, но его лицо было белым как мел. – Просто поцарапали.– Заткнись! – заорала я, чувствуя, как паника застилает глаза. – Не смей!

И вдруг тепло вспыхнуло в груди. Сильнее, чем когда-либо. Оно растеклось по рукам, сконцентрировалось в ладонях. Я закрыла глаза и представила, как рана затягивается, как сосуды срастаются, как кожа становится целой.

Я не знаю, сколько это длилось. Минуту? Вечность? Когда я открыла глаза, крови не было. Остался только розовый шрам, который на глазах бледнел и исчезал. Амель смотрел на меня, приоткрыв рот.

– Ты… – выдохнул он.– Я тебя люблю, – сказала я. – И не позволю тебе умереть. Ты так легко от меня не отделаешься, Дракон!

Он улыбнулся, притянул меня к себе, поцеловал.– Ну вот, – раздался слабый голос Калеба. – Теперь мы квиты. Ты спасла дракона, я спас мир. Всё честно.Мы рассмеялись. Сквозь слёзы, сквозь усталость, сквозь всё. Мы сделали это.

– Надо уходить, – Кларис поднялась, оглядывая разгромленную лабораторию. – Пока не пришли…Она не договорила.

Потому что двери с грохотом распахнулись, и в помещение ворвались вооружённые люди. Много. В форме королевской стражи, с арбалетами и наручниками.

– Никому не двигаться! – рявкнул командир, высокий мужчина с нашивками. – Именем короля, вы арестованы за незаконное проникновение, применение магии без разрешения и нападение на подданного короны!

– Что? – я уставилась на него. – Вы с ума сошли? Он держал людей в клетках! Он проводил незаконные эксперименты!– Это мы разберёмся, – командир даже не взглянул на меня. – Вейлор, уважаемый учёный, работающий на благо королевства. А вы, преступники, о которых поступил сигнал тревоги.

Вейлор, всё ещё лежащий на полу в магических цепях, рассмеялся. Хрипло, торжествующе.– Видите, дети мои? – прохрипел он. – У меня везде друзья.

– Заткнись, – рявкнул Калеб, но стражники уже окружили нас, наставляя арбалеты.– Сдавайтесь, – приказал командир. – И, возможно, вам сохранят жизнь.

Я посмотрела на Амеля. Он был бледен после ранения, но в глазах горел тот самый драконий огонь. На Калеба, который еле стоял на ногах. На Бренду, сжимающую разряженный арбалет. На близнецов, которые, кажется, только и ждали сигнала, чтобы броситься в драку. На Кларис, стоящую с каменным лицом.

Мы проиграли. В самый момент победы.Вейлор смеялся, и его смех эхом разносился по залу, перекрывая даже тяжёлое дыхание стражников.

Наручники были холодными и тяжёлыми. Магические, с пульсирующими рунами, такие же, какими меня сковали в лаборатории Вейлора в первый раз. Я чувствовала, как они высасывают силы, блокируют ту самую искру, что только недавно научилась контролировать.

Нас выволокли из разгромленной лаборатории, как мешки с мусором. Близнецов, Бренду, Калеба, Кларис, пятерых освобождённых попаданцев, которые не успели убежать. И меня. Амеля тоже сковали, но вели отдельно, видимо, дракона побоялись смешивать с остальными преступниками.

Я видела, как он обернулся на меня перед тем, как его увели в другую сторону. В его глазах горела такая ярость, что стражники попятились. Но даже драконья сила не могла пробить магические кандалы, напитанные специально против его рода.

– Не вздумай! – крикнула я ему, когда он рванулся в мою сторону. – Амель, не надо!Он замер. Посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором смешались боль, любовь и обещание. А потом стражники уволокли его в темноту коридора.

Вейлора вели отдельно, но в отличие от нас, без наручников. Он шёл с гордо поднятой головой, и даже магические цепи, которые наложил Калеб, не могли скрыть его торжествующей ухмылки.

– До скорой встречи, Фрида, – бросил он мне, проходя мимо. – Уверен, мы ещё поговорим.– Мечтай, – плюнула я в его сторону, но стражник дёрнул меня за плечо, и я споткнулась.

Нас вывели наружу. Ночь уже кончилась, над горами вставал хмурый рассвет. Военный фургон, обитый железом, ждал у входа. Нас загрузили внутрь, как скот, и повезли в столицу.

Дорога была долгой и мучительной. Фургон трясся на ухабах, наручники впивались в запястья, а в голове билась одна мысль: мы проиграли. В самый момент победы. Стража королевства, которая должна защищать, пришла арестовывать нас.

– Фрида, – тихо позвала Бренда из темноты фургона. – Ты как?– Хреново, – честно ответила я. – А ты?– Жива. – Она помолчала. – Калеб без сознания. Истощился.

Я сжала зубы. Если бы не наручники, я бы попробовала ему помочь. Но магия была заблокирована.– Близнецы? – спросила я.– Тут мы, – донеслось из угла. – Связанные, и злые.

– Очень злые, – добавил второй.– Как вы вообще можете шутить? – удивилась я.– А что нам остаётся? – философски заметил Сид. – Плакать?

– Слезами горю не поможешь, – добавил Сэд. – Лучше злиться. Злость помогает думать.Я покачала головой. Эти двое были неисправимы.

– Кларис? – окликнула я.– Здесь, – отозвалась она тихо. Голос звучал устало, но ровно. – Я не ожидала такого поворота.– Ты же работала на Вейлора. Должна была знать, что у него связи.

– Знала. – Она вздохнула. – Но думала, что если мы его победим, связи перестанут работать. Глупая была.– Мы все были глупыми, – подытожила я.

Фургон трясло ещё несколько часов, прежде чем мы въехали в город. Я узнала эти улицы, мы были в столице, в том самом районе, где находилась Белая Башня. Сердце упало куда-то в пятки.

Нас выгрузили во внутреннем дворе Башни, мрачном, каменном, с единственным деревом, давно засохшим. Стражники втолкнули нас в узкую дверь, и начался бесконечный спуск по винтовой лестнице. Вниз. Всё ниже и ниже. В темницу.

Камера, в которую меня бросили, была крошечной, каменный мешок без окон, с соломой на полу и железной дверью с маленьким окошком для подачи еды. Наручники сняли, но я чувствовала, что магия по-прежнему заблокирована, стены пропитаны подавляющими чарами?

Я села на солому, обхватила колени руками и уставилась в стену. Мысли метались, как птицы в клетке. Амель. Где он? Что с ним делают? Жив ли? И Калеб, и Бренда, и близнецы, и даже Кларис, все они были где-то там, в таких же каменных мешках.

Сколько я так просидела, не знаю. Час? Два? Вечность? Время в темноте текло иначе.Дверь лязгнула, отбрасывая меня к стене. На пороге стояли двое стражников и человек в дорогой мантии, судья, судя по эмблеме на груди.

– Фрида, – произнёс он, зачитывая по бумаге. – Обвиняемая в незаконном проникновении, применении магии без разрешения, нападении на подданного короны и пособничестве побегу государственных преступников. Следуйте за нами.

– А если я откажусь? – спросила я, пытаясь выиграть время.– Тогда мы потащим вас силой, – равнодушно ответил судья.Стражники шагнули вперёд. Я встала сама. Гордость, единственное, что у меня осталось.

Меня привели в зал для допросов. Каменный, холодный, с факелами на стенах и длинным столом, за которым сидели трое в мантиях. Судьи. В центре зала стоял стул с ремнями на подлокотниках. Моё сердце пропустило удар.

– Садитесь, – приказал главный судья.Я села. Ремни не затягивали.

– Ваше имя?– Фрида.– Ваше происхождение?– Я работала в Королевском архиве. Архивариусом.

Судья переглянулись. Один из них, пожилой с седой бородой, наклонился вперёд.– Нам известно о вашей работе. Но есть один вопрос, который требует уточнения. – Он сделал паузу. – Гражданин Вейлор, который также находится под стражей, выдвинул серьёзные обвинения в ваш адрес.

Я похолодела.– Какие обвинения?– Он утверждает, что вы не из этого мира. Что вы, так называемая «попаданка», существо из другого мира, нарушающее баланс магии и реальности.