Она пыталась пошевелиться, и острая, жгучая боль в боку заставила её застонать. Ребро. Наверное, ушиблено или треснуто. Но физическая боль была ничто по сравнению с ледяным ужасом, сковывавшим её изнутри.

— Игнис… — прохрипела она, пытаясь вдохнуть сквозь пыль.

Пыль медленно оседала, открывая картину разрушения. Площадка перед пещерой, ещё несколько минут назад ровная, теперь напоминала поле после землетрясения. Глубокие трещины зияли в камне. Главный вход в пещеру был почти полностью завален грудой булыжников и скальных обломков. От её сарайчика осталась груда покорёженных досок и брезента.

И посреди этого хаоса, как тёмный утёс, высился он.

Дракон. Игнис. Он стоял, низко опустив голову, его могучие крылья были прижаты к телу, но не сложены — они дрожали от напряжения. Из раны на плече, где был серебряный болт, сочилась густая, тёмная, почти чёрная жидкость, дымящаяся при попадании на камень. Его дыхание было тяжёлым, хрипящим, и с каждым выдохом из ноздрей вырывались клубы дыма и искр. Но он не двигался. Золотые глаза, полные боли и ярости, были прикованы к точке у её ног.

Майра последовала его взгляду.

Кэл лежал в нескольких шагах от неё, сбитый с ног и придавленный не самим обвалом, а, видимо, ударной волной или отброшенным камнем. Он был в сознании, но выглядел оглушённым. Его меч валялся поодаль. Рядом, пытаясь подняться на колени, откашливаясь, был сержант Горн. Мага, Элрика, не было видно — возможно, его завалило или он сбежал.

И тогда Майра увидела причину неподвижности Игниса.

У самого края площадки, там, где начиналась крутая тропа вниз, стояли люди. Не бежавшие в панике деревенские. Это были новые лица. Пятеро. В тёмно-серых плащах с капюшонами, в лёгких, но прочных доспехах, с холодным, профессиональным безразличием во взглядах. Прибывшее подкрепление. И в руках у них были не просто мечи. Они держали длинные, тяжелые цепные устройства с зазубренными наконечниками, похожие на арбалеты, но явно магической работы. И ещё — сверкающие на закатном свете магические кристаллы, которые они направили на дракона, удерживая его в снопах мерцающего, сковывающего света.

Один из них, высокий мужчина с седыми висками и лицом, вырезанным из гранита, сделал шаг вперёд. Его голос, низкий и властный, прозвучал чётко, заглушая последние отзвуки обвала.

— Существо! Ты окружено силами Ордена Алого Клинка. Сопротивление бессмысленно. Сложи крылья и подчинись.

Капитан Вейлор шагнул вперёд, и его люди слаженно заняли позиции, нацелив кристаллы и цепи на скованного дракона.

— Капитан Вейлор! — Кэл с трудом поднялся, указывая на Игниса. — Вы… вы так быстро…

— Твои печати сработали как надо, новобранец, — холодно ответил капитан, окидывая взглядом разрушенную площадку и завал у входа в пещеру. — Мы выдвинулись, как только почувствовали всплеск. Сигнал был чётким: здесь не просто магия, здесь пробуждение самой стихии. — Он перевёл взгляд на дракона, и в его глазах мелькнуло мрачное удовлетворение. — И, вижу, не зря. Отличная работа. Дальше мы сами.

Капитан бросил короткий взгляд за спину, туда, где среди его бойцов, чуть поодаль, стояла женщина в тёмно-зелёном плаще — та самая, что следила за пещерой с тропы. Она не двигалась, наблюдая за происходящим с холодным, профессиональным спокойствием.

— Кстати, новобранец, — добавил Вейлор, обращаясь к Кэлу, но глядя на Майру. — Хочу отметить работу нашего наблюдателя. Сержант Ирма уже две недели вела разведку в этом районе. Её отчёты о странностях в поведении животных, о ночных выходах твоего «книжника» и, главное, о твоей… скажем так, необычной преданности этому месту, — он кивнул в сторону Майры, — полностью подтвердили наши подозрения. Именно благодаря ей мы знали, когда и куда выдвигаться.

Женщина в зелёном плаще — сержант Ирма — слегка склонила голову, принимая похвалу, но не сводя глаз с дракона. Её лицо оставалось невозмутимым, но Майра вдруг отчётливо вспомнила тот первый день, ту фигуру на тропе, и поняла: всё это время, пока они жили, любили, надеялись, за ними неотступно следили. Каждый шаг, каждое движение были учтены.

Майра сжала кулаки, чувствуя, как к боли и отчаянию примешивается новое, обжигающее чувство — унижение от того, что их с Игнисом жизнь была лишь объектом холодного, бесстрастного наблюдения.

Кэл хотел что-то добавить, но осёкся под ледяным взглядом капитана. Тот уже отдавал приказы, и отряд приступил к пленению.

Игнис не отреагировал. Его взгляд всё ещё был на Майре. Он видел её боль, её страх. Видел, как она пытается подняться.

— Не двигайся, — прошептала она ему мысленно, не уверенная, услышит ли он сейчас. — Пожалуйста.

Кэл, наконец пришедший в себя, с трудом поднялся на локти. Увидев новых охотников, его лицо озарилось не столько радостью, сколько лихорадочным облегчением.

— Капитан Вейлор! — хрипло крикнул он. — Осторожно! Он крайне опасен! И… и моя сестра! Она ранена, под его чарами!

Капитан Вейлор бросил короткий взгляд на Майру, потом снова на дракона. Его лицо не выражало ничего, кроме холодной решимости.

— Мы видим ситуацию, новобранец. Молчи и не мешай.

Он сделал знак рукой. Двое охотников с цепными устройствами выдвинулись вперёд, не прекращая удерживать дракона светом кристаллов.

— В последний раз, тварь, — сказал Вейлор. — Сдавайся. Или мы будем вынуждены применить силу. И твоя человеческая игрушка, — он кивнул в сторону Майры, — пострадает первой.

Это была не пустая угроза. Охотник рядом с капитаном навёл свой кристалл не на дракона, а на Майру. Луч света, холодный и острый как игла, коснулся её плеча, и она вскрикнула от внезапной, пронизывающей боли — не физической, а как будто что-то копалось у неё прямо в мозгу, в памяти.

Рёв, который издал Игнис, заставил содрогнуться даже капитана. Это был звук чистой, немыслимой ярости, смешанной с отчаянием. Он рванулся вперёд, но лучи кристаллов, сконцентрированные на нём, стали ярче, превратившись в сковывающую, видимую клетку из энергии. Он замер, скованный, рыча сквозь стиснутые зубы, из которых капала слюна, испаряющаяся на камне.

— Хватит! — крикнула Майра, пытаясь встать, но боль в боку пригвоздила её к месту. — Не трогайте его! Он сдаётся! Видите? Он сдаётся!

Она смотрела на Игниса, в его пылающие глаза, и видела, как ярость в них гаснет, сменяясь той самой древней, бесконечной скорбью. Он понимал. Понимал, что любое его движение теперь — смертный приговор для неё. Охотники нашли его ахиллесову пяту. И это была она.

Он медленно, с нечеловеческим усилием, словно каждое движение причиняло ему невыносимую боль, начал опускаться. Сначала сложил крылья, прижав их к спине. Потом подогнул мощные задние лапы. Наконец, его длинная шея склонилась, и голова, с горящими золотом глазами, опустилась на каменный пол площадки в знак покорности. Но не перед охотниками. Его взгляд был прикован к Майре. Это был поклон ей. Извинение. И прощание.

— Нет… — прошептала Майра, и слёзы, наконец, хлынули из её глаз, смывая пыль и кровь. — Нет, не делай этого… Дерись… Улетай…

Но он уже не мог. И не хотел. Цена была слишком высока.

Капитан Вейлор удовлетворённо кивнул.

— Готовьте оковы. Магические. Полный набор.

Кэл, всё ещё тяжело дыша, оглядел площадку, будто только сейчас заметил отсутствие кого-то важного.

— Капитан… а где Элрик? — спросил он, и в его голосе впервые за весь вечер прозвучала неуверенность. — Маг, он был с нами, когда начался обвал…

Вейлор на мгновение замолчал, и его гранитное лицо стало чуть мрачнее.

— Элрик не успел, — коротко ответил он, кивнув в сторону груды камней у входа в пещеру. — Когда дракон обрушил скалу, мага накрыло первым. Мы нашли его тело под завалом. Он кричал, чтобы все бежали, а сам замешкался, пытаясь спасти артефакты. Глупая смерть для мага, но… достойная для члена Ордена.

Кэл побледнел, но не опустил глаз. Он лишь сжал челюсти и кивнул, принимая информацию. Элрик был ему не другом, но соратником. И его гибель стала ещё одним камнем на чашу весов в этой кровавой бойне.