— Роксана Алексеевна, здравствуйте. Вы так прекрасно выглядите в этом платье, – сказал он, рассматривая меня как товар. Я тем временем огляделась по сторонам в поисках Виктора. – Не хотите присоединиться к нам?

Мужчина указал на столик, где сидело несколько мужчин. Именно с той стороны доносились разговоры, услышанные мною ранее. Я подозрительно на них покосилась и отвела взгляд.

— Нет. Я не одна.

— Ладно, – хмыкнув, мужчина наклонился ко мне поближе и почти в лицо сказал: – Подожду, когда Доберману наскучит твоя недовольная мина.

— Что? – мне показалось, что я его не так расслышала.

— Я бы хотел пригласить тебя в одну из свободных комнат. Я бы смог доставить тебе удовольствие, в отличие от него. А потом позвал бы своих друзей, после которых ты не сможешь ходить.

— Пошел отсюда.

Подмигнув, он ушел. Я едва не взорвалась от возмущения – меня всю затрясло. Придя в себя, я хотела вскочить с места и выплеснуть содержимое бокала в лицо тому ублюдку. Никто прежде не смел так со мной разговаривать.

Вдруг кто-то нежно коснулся моего плеча. Я обернулась и встретилась с пронзительным взглядом Виктора, который вернулся незаметно. Что-то щелкнуло внутри, и его появление помогло мне расслабиться.

— Можешь забирать, – сказал он, протягивая мне уже знакомую коробку. Его взгляд стал обеспокоенным. – Что-то случилось? Выглядишь бледной.

Я приняла её и открыла. Внутри лежали те самые часы – без единой царапины или скола, такие же безупречные, какими я их видела в последний раз.

— Всё хорошо. Спасибо. – Я убрала часы обратно в коробку и положила в сумочку.

Я не стала рассказывать ему ни о чем, так как не видела в этом смысла. Да и что бы он сделал? Но того мужчину с золотыми зубами я запомнила – на всякий случай. Оставив это на потом, я переключилась на то, что волновало меня больше.

— Если бы тебе предложили обменять меня на Аслана, ты бы согласился? – в моих словах была доля вызова, но и скрытая тревога из-за возможного ответа.

На лице Виктора промелькнула тень подозрения. Его мышцы напряглись, как будто он насторожился, но затем лицо смягчилось, и он одарил меня обманчиво успокаивающей улыбкой.

— Не думай, – ответил он, его голос был тихим, но уверенным, – что так просто можешь отделаться от меня. Я не отпущу тебя, пока ты не исполнишь свою часть сделки.

В его глазах сверкнуло что-то необъяснимое – смесь страсти и нежности, которая заставила меня почувствовать себя уязвимой. Что-то изменилось. Во мне или в самом Добермане. Исходящая от него угроза не пугала – она манила меня, как мотылька яркий свет огня.

Из глубины коридора, где находилась лестница, ведущая на второй этаж, до моих ушей донесся пронзительный крик. Вздрогнув, я повернула голову в сторону открытых дверей. Оттуда выбежала женщина, шатаясь и падая. Все в этот момент замерли. Даже музыка затихла. К ней начали подходить и спрашивать, что случилось. По залу прошла рябь испуганных голосов.

— Убийство.

Некоторое время назад…

Вглядываясь в своё отражение в изящной раме зеркала, я тщетно искала ответ: нравится ли мне то, что я чувствую к Виктору? Нужно было признать, что его очарование не отпускало, притягивало и захватывало мой разум. Этот мужчина, загадочный и многоликий, заставлял задуматься: неужели, вся моя ненависть к нему – лишь защитная реакция на истинные чувства, скрытые внутри? Такого не может быть. Я не испытывала к нему привязанности или влюбленности. Я хотела его, как женщина хочет мужчину.

Мне нужен был Виктор рядом, как тот, кто закроет мои потребности и не будет препятствовать чему-либо. Конечно, мне льстило его внимание. Но я больше не смога бы кому-то открыться, а тем более привязаться. Доверие потрачено. Зато я могла бы отдать ему своё тело, получая и отдавая удовольствие взамен.

Мешало воплотить желаемое в реальность то, что я не знала его истинных намерений. Виктор, подобно хамелеону, умело менял образы: властный босс, заботливый человек и влюбленный мужчина. Его чарующий взгляд всё ещё стоял у меня перед глазами. Если бы я не знала его достаточно, могла бы подумать, что он был искренен в своих чувствах. Как хотелось бы снять все эти маски и увидеть настоящего Виктора.

Дверь в дамскую комнату приоткрылась и отвлекла меня от раздумий. Спеша уйти от своих мыслей, я включила воду, готовясь умыть руки и покинуть помещение. Но вошедшая фигура пресекла все попытки, когда подошла почти вплотную. Резкий запах алкоголя смешался с ароматом знакомых духов, что-то подобное Аслан дарил мне раньше. От персоны тянулся такой знакомый шлейф с нотками жасмина, что я даже замерла.

Стелла не была выше меня ростом, но высокие шпильки придавали её взгляду больше надменности и презрения. Она всегда так относилась ко мне, но теперь абсолютно перестала это скрывать. Какое-то время она молча разглядывала меня как свою добычу, обнажая в хитрой улыбке клыки, сочащиеся ядом. Это раздражало. Моё терпение трещало, словно натянутая ткань по швам.

— Может, уйдёшь? – сказала я устало, повернувшись к ней лицом, мало надеясь на конструктивный разговор. Мне совершенно не хотелось тратить силы на конфликт с ней. Энергию нужно распределять правильно, а не на всяких гнилых людей вроде неё. Чего мне как раз и не доставало.

— Как тебе мой аромат? – она ухмыльнулась, слегка покачиваясь. – Аслан, когда узнал, что это мой любимый парфюм, сразу купил мне его. Но я посоветовала подарить его тебе, чтобы он представлял меня, когда был рядом с тобой.

Я сделала глубокий вдох, стараясь не поддаваться на её провокации. Стелла всегда была мастером ехидства, но сегодня она выглядела жалкой. Её храбрый вид не мог скрыть обиду и внутреннюю неуверенность. Под густыми ресницами был отчётливо виден влажный блеск. Она хоть и была актрисой, но не могла скрыть свою подавленность.

Аслан привёл её как аксессуар. С тех пор, как моя популярность упала, Стелла заняла ведущие позиции и почти везде сверкала своим лицом. Она очень красива, но ей не хватало твёрдого стержня. Мне нужно было только надавить на её самолюбие, чтобы стереть эту ядовитую улыбку.

— Ты уверена, что он подарил их мне, только когда ты ему сказала? Я начала ими пользоваться ещё до знакомства с ним. Однако аромат уже не тот. Этот дешевит, – сказала я, глядя, как выражение её лица меняется. Этого вполне хватило, чтобы она показала свою истинную сущность.

— Насосала уже Доберману на новый да? У самой вкуса нет. А он одел тебя как товар. – она выплевала слова, совершенно не заботясь о смысле сказанного. Она будто бы заготовила диалог и не могла не произнести пафосную речь. – Чем ты вообще его зацепила? Почему они все всегда говорят о тебе? Ты же ещё та мразь.

— Аслан всё ещё думает обо мне? – поймав обиженную нотку в её голосе, я тыкнула пальцем в небо, прекрасно зная, откуда дует ветер. Хотя они пришли вместе, их отношения находились только на уровне слухов, без подтверждения. Никто не говорил, что она его женщина, потому что все знали, что она — просто любовница. Такие как Стелла светятся ярко, но быстро прогорают и уходят в небытие. – А я думала, почему он на меня так смотрит.

Её лицо исказила ярость. Я поняла, что задела за живое.

— Он ждёт не дождётся, когда тебя посадят. Не надейся, что сможешь вернуться к нему. Он мой.

Наконец, мои губы расползлись в довольной улыбке. Её наивная уверенность позабавила меня.

— Этот мусор можешь оставить себе. Скоро всё изменится, и это он окажется за решёткой. А ты? Где будешь ты?

Её ноздри затрепетали от злости, лицо вспыхнуло. Пытаясь скрыть замешательство, она ещё что-то хотела сказать, но я лишь легонько толкнула её, направляясь к выходу. Она не удержалась на своих высоких каблуках и рухнула.

Мой взгляд упал вместе с ней. Я смотрела и не понимала, как она может выглядеть настолько несчастной при таких обстоятельствах. Словно это её бросил муж, который изменял ей и забрал всё, чем она так дорожила. И словно это я тут пришла над ней поиздеваться.