Спустя несколько минут вежливого общения я заметила, что Аслан наблюдает за нами издалека, и его взгляд был тревожно пристальным. Этот момент насторожил меня ещё больше. Заподозрив неладное, я решила, что вечер обязательно закончится хорошо, несмотря на нарастающее чувство тревоги.

Я отдала себе слово сохранять достоинство и не показывать свою уязвимость. Впереди долгий вечер, и я была намерена провести его так, как планировала – с гордо поднятой головой, несмотря на внезапные обстоятельства.

— Роксана, милая, – до меня донёсся знакомый мужской голос. Его бы я узнала из тысячи. Этот человек был единственным, кого я искренне ждала на своём празднике.

— Дядя Адам! – радостно воскликнула я, совершенно без фальши. Мужчина сграбастал меня в медвежьи объятия. От него пахло поджаренным мной парфюмом и уютом.

— Не называй меня дядей, малышка, – он сморщил нос, но не переставал улыбаться. – Я ощущаю себя слишком старым. Время так быстро летит. Ты стала такой взрослой и такой красивой.

Комплимент совсем не смущал. Я была рада, что он смотрел на меня с неприкрытым восхищением. Сам он при этом выглядел ничуть не хуже. Уложенные волосы придавали его острым чертам лица аккуратности и изящества, а светло-бежевый костюм-тройка – элегантности.

Мы прошли к столику. Мне захотелось поговорить, высказать всё, что у меня накопилось. Всплыли воспоминания о конфликте с мужем. Я редко обсуждала наши ссоры с кем-либо. В этот раз мне нужен был совет.

— Говори, что тебя тревожит. У тебя на лице всё написано, – произнёс он, как только я вопросительно на него посмотрела. Он видел меня насквозь.

— Аслан хочет детей. Он просил меня уйти с поста, – начала я неуверенно. Адам внимательно смотрел на меня и молча слушал. Он легко мог всё понять, из-за чего мне было легче выговориться. – Я боюсь, что он просто хочет занять моё место.

Я это сказала. Произнесла вслух. Мои подозрения были не беспочвенны. Когда мы познакомились, Аслан только устроился ко мне на работу простым менеджером. Между нами очень быстро вспыхнуло пламя страсти. Так же быстро он показал мне свои амбиции. Доверившись, я наделила его властью над отделом по поставкам строительных материалов. Пока он не давал усомниться в своей компетенции. Но чем больше я ему давала, тем больше он хотел.

— Неудивительно, – мужчина посмотрел на меня своим добрым взглядом, который меня успокаивал. – А ты сама чего хочешь?

— Я... – запнувшись, я так и ничего не сказала. Было слишком много сомнений. До этого момента я пылала уверенностью, что хочу только работать.

— Если сомневаешься в муже, то можешь довериться мне, – сказал Адам, не отводя от меня взгляд своих глубоких карих глаз.

Я вздохнула, ощущая, как гора сваливается с плеч. Взгляд его был полон понимания и поддержки.

— Спасибо, Адам, – тихо произнесла я. – Мне так многое нужно обдумать. Мне хочется и сохранить свою карьеру, и не упустить возможность стать матерью.

Адам мягко кивнул, словно давая мне время собраться с мыслями.

— Это нормально, Роксана. Жизнь – это совокупность выборов. Не бойся принимать решения, даже если они кажутся противоречивыми.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутренний конфликт постепенно утихал.

— А если я ошибусь?

Адам нежно улыбнулся и положил руку на моё плечо.

— Ошибки – часть жизни, малышка. Главное – учиться на них и двигаться дальше. Ты сильная женщина, Роксана. И я верю, что, какой бы путь ты ни выбрала, ты справишься.

Его слова окутали меня теплом и уверенностью. Я знала, что у меня есть поддержка, и это, в конечном счёте, поможет мне принять правильное решение.

***

Вечер тёк своим чередом, когда вдруг свет в зале приглушился, и в воздухе повисла напряжённая пауза. Внимание всех гостей невольно сконцентрировалось на входной двери. Она приоткрылась, и в зал словно ворвался яркий свет. На фоне этого света появился Виктор Доберман, чьё присутствие ощущалось как ураган. Он держал в руках ослепительный букет алых роз, который, казалось, сиял в полумраке зала.

Его появление было подобно театральному действу – абсолютно непредсказуемому и завораживающему. Гости замерли, как будто ожидая поднятия занавеса следующего акта. Даже музыка, звучавшая до этого момента, невольно стихла, словно подчёркивая значимость его появления.

Я не ожидала увидеть Виктора здесь, тем более в такой манере. Моё сердце забилось быстрее, будто в такт его шагам, а руки непроизвольно задрожали. Я попыталась успокоиться, но внезапный вихрь эмоций, вызванный его присутствием, не давал мне собраться с мыслями. Он всегда умел произвести нужное ему впечатление. Я безумно боялась, что он может всё испортить.

Слегка поклонившись передо мной и притянув внимание всех вокруг, Виктор с широкой улыбкой протянул мне букет. Его уверенность была заразительной, и я ощутила, как мой разум тщетно пытается проанализировать это странное чувство.

— Роксана, с годовщиной! – его голос разнёсся по всему залу, как звонкий колокол.

Виктор умел произвести эффектный выход, и у него определённо это получилось. Настроение вечера изменилось в мгновение ока, словно по волшебству. Я улыбнулась ему, стараясь не выдать напряжения, однако внутри меня всё кипело от неопределённости и смятения.

— Спасибо, Виктор. Это, безусловно, сюрприз, – ответила я, принимая цветы и чувствуя, как взгляды множества гостей устремлены на нас.

Он подошёл ближе, не отводя пристального взгляда, и чуть тише добавил, так, чтобы слышала только я:

— Надеюсь, ты подумала о моём предложении. Я очень надеюсь на твоё согласие.

Перед тем как я успела ответить или как-либо отреагировать, Виктор плавно отстранился, приветствовал Аслана лёгким кивком и с таинственной улыбкой покинул зал так же внезапно, как и появился.

Его уход оставил за собой волны недоумения и вопросов. Мои чувства всё ещё пребывали в хаосе. Атмосфера напряжённого ожидания слегка рассеялась, но затаённая интрига продолжала витать в воздухе. Я почувствовала руку Аслана на своей талии, и его спокойное присутствие вернуло меня в реальность.

— Что он хотел? – спокойно спросил муж, слегка наклоняясь ко мне.

— Поздравить с годовщиной, – ответила я, понимая, что за этим простым визитом скрывается нечто большее, но отчего-то всё ещё не могла отпустить ощущение странного волнения.

Стало понятно лишь одно — мой муж впервые в течение вечера заговорил со мной.

Свет в зале потускнел, оставив только слабое мерцание фонарей, когда первые ноты мелодии заполнили пространство. Мы с Асланом шагнули на танцпол, и все взгляды устремились на нас. Мы репетировали этот танец неделями, чтобы сделать его сердцем нашей годовщины, но недавняя ссора оставила тень напряжения между нами. Легкий ветерок, проникающий через приоткрытые окна, казался единственным, что сейчас касалось моей кожи, кроме рук Аслана. Наши тела двигались в унисон, каждый шаг, каждое вращение отражали дни репетиций, но за внешней слаженностью скрывалась внутренняя борьба. Я чувствовала его обжигающую руку на своей талии, его дыхание совсем рядом, и в каждом касании ощущалась смесь грусти и надежды.

— Прости меня, – шепот коснулся оголенной шеи, когда Аслан проскользнул плавным движением за спиной. Он закружил меня в танце и снова притянул к себе. От резких движений у меня сбилось дыхание.

Я была возмущена. Он весь вечер меня игнорировал и почти не подходил до того момента, пока Доберман не решил вмешаться и навести суету. Как только появлялся этот человек, Аслан включал ревнивого мужа. Так не пойдет.

Мы закружились быстрее, теряясь в музыке и во взрыве эмоций. Решив сделать импровизацию, я, вместо сложной поддержки, развернулась к нему лицом и оттолкнула. Брови мужа взлетели вверх. Было забавно наблюдать за его реакцией. Улыбнувшись, он не дал мне ускользнуть и рывком притянул к себе. Наши лица оказались в сантиметре друг от друга. Мы оба тяжело дышали. Музыка остановилась, и зрители разразились аплодисментами.