В его взгляде мелькает нечто неуловимое, словно он насмехается над моими словами.

Мы сверлим друг друга взглядом, и он первый отводит глаза, вальяжно попивая синюю жидкость, неожиданно заявляя:

— Просто подчинись мне, и никто никогда не узнает твой секрет.

— У меня нет секретов, — хмурюсь я, задумавшись на мгновение.

— Неужели?

Яд в его голосе пугает меня, заставляя насторожиться. О чем он вообще лепечет?

— Какие могут быть секреты?

— Не уж то и впрямь не знаешь о своей ценности? — Он приподнимается со спинки кресла и смотрит на меня с ухмылкой.

— И что же в простой землянке с богом забытой планеты, может быть, ценного? — Напрягаюсь я, чувствуя каждой клеточкой своего тела его взгляд.

— А вот тут ты сильно ошибаешься. Земля — вовсе не богом забытая планета.

— Говорите яснее, я не образована и мыслей читать не умею, — начинаю злиться я.

— Раз ты не знаешь — ничего, это даже к лучшему. Пока ты со мной, ты будешь в безопасность.

— Вы и есть моя главная опасность! — выплевываю я, не сдерживаясь из-за недоумения.

— Снова ошибаешься, — шипит он. Я не успеваю ничего понять, как он резко оказывается передо мной и хватает за горло. — Ты ничего не знаешь об этом мире, жила на земле, а после видела лишь холодные стены лаборатории. Знаю, ты хочешь сбежать от меня, обрести свободу, но ты даже не представляешь, что ждет тебя за этими дверьми, куда ты пойдешь?

Ему слишком многое известно обо мне.

— Неважно куда, главное — я буду свободна, и моя жизнь будет принадлежать лишь мне, — решительно цежу я, задыхаясь от его хватки, но взгляда не увожу.

Его накрывает истерический смех, но в глазах пылает лед.

— Наши жизни никогда не будут принадлежать нам.

Глава X. Назови свое имя

Он говорит это таким серьезным тоном, что мурашки покрывают все тело. Однако понять истинный смысл его слов я не могу.

— Странный вы, — скрываю тревогу за усмешкой. — Неужели такой влиятельный господин тоже кому-то подчиняется?

Моя шутка не вызывает у него веселья, напротив, его взгляд становится еще мрачнее, из-за этого я ощущаю себя еще хуже, чувствую, как страх прокрадывается в каждую клеточку моего тела.

— Эльфирия была права, ты дикарка, не ведущая ни о чем, — выплевывает он мне прямо в лицо, не разжимая своих тисков.

— Так поведайте же мне, что мне стоит знать об этом мире, — раздраженно шиплю я, чувствуя, как его руки сжимают мое горло все сильнее.

Но внезапно он отпускает меня и отходит к окну. Я жадно глотаю воздух, потирая горящую шею. И чего всем так нравится душить меня?

— Если не можете объяснить законов вашего общества, хоть расскажите, зачем я вам? — с трудом выговариваю я каждое слово.

Мужчина резко разворачивается, теперь на его лице нет ни капли той игривости, которая была в начале.

— С чего я должен делиться с тобой своими планами? — суровым тоном говорит он. — Знай свое место.

От его властного голоса вся моя уверенность испаряется. Могу ли я вообще тягаться с ним в этой игре, или я уже проиграла?

— Действительно, не должны, — шепчу я. — Но уж очень любопытно. Хочется знать, как мне стоит себя вести.

На его лице вновь появляется ухмылка, а в его ледяных глазах загорается огонь любопытства.

Он медленно подходит ко мне, его шаги бесшумные, а походка грациозна, словно дикая пантера крадется к своей добыче. Я невольно вжимаюсь в кресло и задерживаю дыхание. Мужчина садится рядом, грубо хватает за подбородок, заставляя посмотреть на него, а после проводит рукой по волосам.

— Это ведь не твой цвет, — внезапно спрашивает он, словно говорит вовсе не со мной.

— От инъекций они поседели, — на автомате отвечаю я, завороженно глядя на него.

Он пропускает пряди волос через свои пальцы, и я ощущаю каждое его прикосновение. Сердце начинает биться быстрее, жар окутывает тело, становится трудно дышать.

— Но они были светлыми, — не спрашивает, а утверждает он.

Мои волосы действительно всегда были светлыми, но сейчас потеряли тот природный блеск и приятный молочный оттенок.

Когда я впервые увидела себя такой, ужаснулась. Мне хотелось сбрить свои волосы, которые я всегда считала своей гордостью, но я смогла смириться с этим, ведь главное — я все еще жива.

— Назовешь свое имя, или мне так и называть тебя игрушкой? — оставляя мои волосы в покое, спрашивает он, глядя мне в глаза.

Я не сразу понимаю, что он обращается ко мне, витая где-то в облаках.

— Оттого, что вы будете называть меня как-то иначе, разве изменится ваше отношение ко мне?

— Все зависит от тебя, — загадочно улыбается он.

Отчего-то мне кажется, что он давно знает мое имя и просто дразнит.

— Тогда, сначала вы.

Мужчина выгибает бровь, не сразу понимая, что я хочу от него.

— Сначала вы назовите свое имя, так ведь будет правильно.

— Все еще не боишься дерзить?

— Где же тут дерзость? Простое любопытство. Да и прежде чем спрашивать чье-то имя, полагается сначала представиться самому. — Делаю невинное лицо, но самом деле мне действительно интересно узнать, как же его зовут.

Он отвечает не сразу, будто обдумывая, стоит ли назвать свое настоящее имя, или притвориться кем-то иным.

— Может, подобное и принято у вас на Земле, поэтому я и прощаю тебя, но здесь я главный. Поэтому ты должна отвечать на любые мои вопросы и не спрашивать ничего, пока я не позволю, — вновь он говорит властным тоном. — Меня редко, кто зовет по имени.

— Хотите, я буду одним из них?

Он не сдерживает усмешку, а я понимаю, что сглупила, поджимаю губы и опускаю взгляд.

— Называй меня хозяин.

Еще чего!

— Но, может, когда-нибудь ты все-таки сможешь называть меня Торвальдом, — с хитрой улыбкой добавляет он.

Значит, Торвальд…

— Теперь твоя очередь, — требовательно говорит мужчина.

— Эвриала, мое имя Эвриала.

— Эвриала, — смакует он каждую букву. — Довольно необычное имя для землянки.

Так и хочется съязвить в ответ, но я сдерживаю себя.

— Вы так и не сказали, зачем я вам, — внезапно вспоминаю я про начальную нить разговора.

Торвальд наклоняется к моему уху, из-за чего я забываю, как дышать, и шепчет низким голосом:

— Если так хочется узнать, то сначала пройди мою небольшую проверку.

Я одариваю его изумленным взглядом.

— Уже поздно, возвращайся, завтра узнаешь, что я тебе приготовил, — коварно улыбается он, и мне совсем не нравится это.

— Не боитесь отпускать меня одну?

— Все еще надеешься сбежать?

Он прав, бежать отсюда некуда. Скорее, я заблужусь, чем найду выход. Да даже если найду, это же Эмридон, здесь мне не скрыться от его людей, а они до безумия преданы ему.

— Не недооценивайте меня, — хмурюсь я.

— Что ты, — смеется Торвальд. — Надеюсь, завтра ты продемонстрируешь себя во всей красе, — с еще большим ехидством говорит он.

Глава XI. Вопросы без ответов

Покинув его обитель и зайдя в лифт, я внезапно понимаю, что не знаю, на каком этаже была до этого. И как прикажете бежать отсюда, когда я заблудилась, не пройдя и метра?

Не придумав ничего лучше, я тыкаю на первый этаж, надеясь, что окажусь в системном отсеке и смогу встретить там хоть кого, кто подскажет дорогу, но, к моему счастью, а может, и несчастью, дверь открывается раньше.

— О, вы откуда? — Появляется Ровальд.

— Хорошо, что я вас встретила, я тут немного заблудилась, — поджав губы, бормочу я.

— Да, здесь действительно легко заблудиться, но вы быстро привыкнете, — с трудом сдерживая смех, отвечает парень. — Я провожу вас.

— А вы никуда не спешите?

— Нет, я тоже собирался к сестре.

— Сестре? — удивляюсь я. — Не про Хару ли вы.

— Уже познакомились?

Ну тут и гадать нечего, среди тех девиц был лишь один финикс.