В его глазах вновь появляется дикий отблеск страсти. Он пугает и пленит меня одновременно.

Торвальд подается вперед, заставляя меня буквально вжаться в стену, и выдыхает прямо в губы:

— Вознагражу тебя, как ты того желаешь, когда вернусь.

Его наглость на мгновение лишает меня дара речи. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга, но он первый разрывает зрительный контакт, и, пользуясь моментом моего замешательства, покидает комнату, не дав мне и шанса высказать своего недовольства.

— Еще посмотрим, кто из нас больше желает этой «награды», — тихо фыркаю я в пустоту.

Оказавшись одна, я только осознаю, насколько была напряжена. Протяжно вздохнув, я занимаю кресло, на котором совсем недавно сидел он.

Странный, однако, вышел разговор. Я пришла сюда за ответами, а получила лишь больше вопросов.

У меня были большие сомнения о личности Тени, не думала, что мое чутье так отлично сработает. Лишь оказавшись в непосредственной близости с ним, я смогла удостовериться в своих догадках.

И почему меня не покидает ощущение, что Торвальд действительно хотел, чтобы я узнала его?

После его отъезда в лаборатории становится довольно оживленно, все готовятся к предстоящей масштабной операции по спасению, но меня в это особо не посвящают. Моя задача — подготовить комнаты к прибытию спасенных.

В таком оживленном темпе незаметно пролетает почти две недели.

— Мы впервые идем на такой риск. Будь готова принять нас в любой момент, — строго наказывает Виенна.

— Поняла, я прослежу здесь за всем, — заверяю я ее.

— Скорее, иначе выбьемся из графика! — торопит ее Бенедикт, стоя у трапа корабля.

— Ну все, мне пора, — натягивает улыбку девушка и спешит на борт.

— Будьте осторожны! — кричу им вслед.

Двигатель корабля ревет, и огромная машина отрывается от земли, поднимая ворох пыли. Я закрываю лицо рукавом, а когда пыль оседает, то от корабля не остаётся и следа.

— В прошлый раз их не было больше месяца, как думаешь, сколько их не будет в этот раз? — Из ниоткуда появляется Том.

— Сложно сказать, — задумываюсь я, глядя на темные тучи Каратоса, не пропускающие ни единого лучика света. — Надеюсь, они вернутся целыми и невредимыми.

Глава XLIX. Ловушка

Проходит почти месяц с их отлета, но ни одной весточки за все это время мы так и не получаем. Места для спасенных давно подготовлены, и лаборатория выглядит слишком пустой. Словно затишье перед бурей.

Мы с Томом сидим в лаборатории, не зная, чем себя занять. Я протяжно вздыхаю, привлекая внимание парня.

— Как думаешь, у них все хорошо? — спрашивает он.

— Они опытные пираты и смогут выпутаться из любой ситуации, — пытаюсь успокоить его я, хотя сама не верю собственным словам.

Внезапно в коридоре раздаются ужасающие крики, мы с Томом срываемся с места и тут же мчимся на звук. Они приводят нас в лабораторию.

Стоит нам влететь в нее, как мы тут же застываем от шока. Вокруг толпятся с десяток раненых, все они отправились на ту операцию.

Я глазами пытаюсь найти знакомые фигуры, но их нет в этой толпе.

Внезапно за спиной раздается знакомый голос:

— Дорогу! В сторону! — командует Бенедикт.

Мы с Томом оборачиваемся и видим его вместе с Виенной, которые катят носилки с тяжело раненым.

Совладав с паникой, я подлетаю к ним.

— Что произошло? — дрожащим голосом спрашиваю я, осматривая тело на кушетке и тут же закрываю рот рукой.

Все тело Торвальда в мелких порезах, а на животе и груди зияют глубокие раны, из которых хлещет кровь. Бенедикт и Виенна стараются прижать их тканью, но она уже насквозь пропитана алым.

Его губы искусаны, а лицо перекошено от боли, но, кажется, у него больше не осталось сил на крики.

— Это была ловушка, — зло цедит Бенедикт, его лицо тоже устлано порезами, но сам он в порядке.

— Босс прикрывал наше отступление, а теперь сам на пороге смерти, — в ужасе бормочет Виенна, дрожащими руками меняя повязки.

— Нам пришлось изрядно помотаться по галактикам, чтобы сбить со следа преследователей, слишком много времени упущено, он долго не протянет, — добавляет Бенедикт.

Они пережили нечто ужасное, сейчас в них бушует множество чувств, мои руки тоже дрожат, но, думаю, сейчас только я способна сохранить хотя бы видимое спокойствие.

— Том, срочно зови лекарей, нам нужна операция! — командую я.

Парнишка, до этого стоящий на том же месте от шока, подскакивает на месте и бежит выполнять поручение.

— Давай я? — говорю чуть мягче, обращаясь к Виенее. — Ты пока посмотри, все ли в порядке с остальными, а особенно со спасенными.

— Нет спасенных, — обреченно бормочет девушка, но пускает меня к Торвальду.

Я тут же сменяю ее, а мои руки моментально покрываются кровью. Меня едва не воротит от такого зрелища, но я собираю остатки самообладания.

— Как это нет? — хмурюсь я, подхватывая их странное настроение.

— Наводка была ложью, не было никакой базы, лишь тщательно спланированная ловушка. Несколько наших погибло, а босс сильно пострадал, — сжимая кулаки, цедит Бенедикт.

В этот момент в комнату залетает несколько врачей, они тут же сменяют нас и забирают Торвальда в небольшую комнатку, быстро организовывая ее под операцию. Нас выгоняют оттуда, а нам остается лишь ждать под дверью.

— Кому могло понадобиться устраивать такую засаду? — бормочу себе под нос я.

— У босса немало врагов, а наши операции по спасению не могли вечно оставаться незамеченными, — протяжно вздыхает Виенна.

В моей голове всплывает фраза Торвальда, брошенная еще при нашем знакомстве: «Только со мной ты будешь в безопасности». Но, кажется, даже с ним я в неменьшей опасности.

Время тянется мучительно долго, заставляя прокручивать в голове самый страшный исход. Все сохраняют молчание, но лица говорят наши сами за себя. Лишь спустя несколько часов дверь открывается, и оттуда выходит доктор.

— Как он? — Тут же подлетает к нему Виенна.

— Раны были очень серьезными, мы сделали все, что было в наших силах. Эта ночь будет решающей, — отвечает мужчина в маске. — Сейчас ему нужен покой.

Его слова нисколько нас не успокаивают, но надежда все еще есть.

— Вы сильно устали, отдохните, я прослежу за ним, — первая прерываю молчание я.

Бенедикт хоть и хмурится, но соглашается со мной, а Виенна точно не в том состоянии, чтобы заботиться о ком-то, ее до сих пор трясет от пережитого.

— Позаботься о нем, и если что-то случится, тут же зови, — строго говорит мужчина и уводит девушку за собой.

Когда они скрываются из виду, я осторожно открываю дверь и вхожу в комнату. Вокруг витает запах спирта и крови, заставляя меня содрогнуться от ужаса.

Я медленно приближаюсь к его кровати и пододвигаю стул ближе. Его тело обмотано бинтами, а лицо выглядит таким бледным, будто из него высосали всю жизнь.

Касаясь его лица, я подмечаю, какой он холодный и уязвимый. Наверное, я должна испытывать другие эмоции, ведь человек, которого я ненавидела, при смерти, однако в моем сердце таится лишь беспокойство и страх.

Я осторожно заключал его руку в свою.

— Ты не можешь вот так умереть, ты ведь обещал мне рассказать всю правду, — шепчу я, а по моей щеке катится первая слеза.

Глава L. Его главный секрет

Ночь кажется бесконечной. Несколько раз Торвальда одолевают приступы лихорадки. Я осторожно вытираю пот с его лба полотенцем, и он успокаивается на некоторое время.

Его уязвимость пугает меня. Некогда властный и решительный мужчина теперь лежит в бинтах на пороге смерти.

Глядя на него сейчас, я почему-то не чувствую ненависти и обиды, лишь тревогу за чужую жизнь, которая должна быть мне безразлична.

Внезапно в дверь кто-то стучит.

— Входите, — отвечаю я, все мое тело напрягается, но стоит мне увидеть знакомый силуэт, я расслабляюсь.