— Красавица, ох и повезет же кому-то. — Мерзко облизываясь длинным языком, жадно осматривает меня наг.

Я ежусь от его взгляда, а он резко дергает за цепь. Горло неприятно саднит, и мне приходиться встать и последовать за ним.

Мы идем по длинному, темному и холодному коридору. С потолка до меня доносятся голос ведущего и громкие овации, свидетельствующие о покупке очередного «товара». Через пару минут и я окажусь на его месте. Меня действительно продадут, как вещь невесть кому.

И вот для этого я бежала из лаборатории? Просто променяла одну тюрьму с пытками на жизнь безвольной рабыни?

Меня грубо выталкивают на сцену, ставя на невысокий предстал, яркий свет прожектора ослепляет, что я не могу видеть того, что происходит в зале. Наг закрепляет цепь где-то внизу и удаляется.

— Перед вами лот номер пятнадцать. Здоровая самка. Землянка. Девственница.

Все-то успели проверить.

— Первоначальная цена — десять тысяч претт.

Десять тысяч? Да на такие деньги можно жить и не тужить всю жизнь. Высоко же меня оценили, а эти пираты знают свое дело, даже учитывая комиссию организаторов, они получат с лихвой.

В другое время я бы, может, и возгордилась, что стою так дорого, но сейчас мне не до смеха. Из темноты на меня глазеют сотни глаз, скрытые за масками, и все они смотрят на меня, как на кусок свежего мяса. Я действительно начинаю ощущать себя вещью, товаром, игрушкой! Хочется спрятаться, содрать с себя кожу, лишь бы не чувствовать на себе эти мерзкие взгляды.

— Одиннадцать тысяч!

— Двенадцать тысяч!

— Пятнадцать!

— Семнадцать!

— Двадцать пять!

Их голоса звучат на перебой. Мои глаза округляются, как две монеты.

Что за безумие? Почему они так жаждут получить меня за такие баснословные деньги?

— Семьдесят пять!

— Восемьдесят!

— Миллион, — грозный голос с задних рядом заглушает весь остальной лепет.

Теперь сотни глаз устремляются на него.

— Сэр, я не ослышался? — переспрашивает ведущий.

— Не ослышались, я предлагаю миллион претт за лот номер пятнадцать, — властным тоном повторяет он.

Недоумевающий шепот распространяется по рядам, а я стою, едва прикрытая красными тряпками, пытаясь разглядеть этого безумца.

Миллион… Да за такие деньги можно купить не то что планету, целую галактику, а он хочет отдать такую сумму, чтобы выкупить меня? Простую землянку без какого-либо дара или особых умений?

Ведущий быстро оправляется от шока и продолжает:

— Миллион раз… Миллион два… Миллион три. — Звук молота заставляет меня содрогнуться. — Продано гостю в черной маске.

Глава III. Черная маска

Сердце бешено колотится, к горлу подкатывает ком тошноты. Аплодисменты доносятся до меня словно через толщу воды. Кажется, я сейчас потеряю сознание.

Цепь на моей шее резко дергается, я не успеваю среагировать и лечу на холодный пол, больно ударяя коленками. Сил подняться нет, но наг упрямо продолжает тянуть за цепь, и я буквально ползу по полу.

Меня продали… Теперь я никто, просто лот под номером пятнадцать…

В голове пусто. Даже слез нет.

— Поднимайся, живее, твой хозяин ждет, — шипит наг, вновь дергая за цепь.

Оковы неприятно сжимают шею, перекрывая воздух.

Хозяин, а я рабыня…

Оглядываясь по сторонам, понимаю, что мне не сбежать, только не отсюда. Слишком много охраны, да и кто позволит мне ускользнуть, когда за меня отдали целое состояние. Страшно представить, что за безумец скрывается за черной маской.

Что же он увидел во мне такого, чтобы заплатить миллион претт?

— Советую быть паинькой и не дерзить своему хозяину. Он купил тебя за такие деньжища, что страшно представить, что он может с тобой сотворить, если посмеешь вольности, — предупреждает наг.

— Ты знаешь, кто меня купил?

— Откуда? Здесь нет имен, лишь номера и маски.

— А кто продал?

— Надеешься отомстить? — усмехается наг, сильнее дергая цепь, что я чуть вновь не падаю.

— Едва ли мне выдастся такой шанс, — обреченно фыркаю я.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Сюда много кто привозит свой товар, всех и не упомнишь, вроде погоняло их главаря — Тень или что-то в этом роде. Ох, и обогатятся же эти пиратишки.

Тень… Я запомню это имя.

Наг резко останавливается, в полумраке мне ничего не разглядеть, но я слышу стук в дверь, и через несколько секунд она открывается. Внезапно меня толкают в какую-то комнату, я падаю на холодный пол, вновь больно ударяя колени, резкий яркий свет ослепляет, и я не сразу могу осмотреться.

— Сэр, привели ваш товар, — льстиво цедит наг.

Тихие, но властней шаги останавливаются возле меня. Перед собой я вижу начищенные ботинки из дорогущей кожи дракона, медленно скольжу по стройным, подтянутым ногам вверх, но наг дергает за цепь, словно предупреждая, чтобы я не смела поднять головы.

— Вымойте это, чтобы не смердело, переоденьте, одежду я пришлю, и отправьте ко мне до полуночи. — Голос пробирает до мурашек, что я забываю, как дышать.

Для него я всего лишь вещь, пыль под ногами. Не понимаю одного: зачем он купил меня, раз испытывает такое отвращение?

— Конечно, сэр, все будет исполнено. — Низко кланяется наг, словно перед ним сам император.

Меня трясет от негодования, но я закусываю губы до крови, лишь бы не издавать лишних звуков. Еще не время показывать свой характер, нужно выждать момент, вычислить его слабости, и тогда… Возможно, однажды у меня появится шанс на побег, а сейчас я должна выжить любой ценой.

Мужчина перешагивает через меня, я чувствую холод, исходящий от него и силу, которую внушает его аура, она заставляет кровь в жилах стынуть, внушает страх и инстинктивное подчинение, но в то же время этот едва уловимый знакомый аромат манит, пробуждая странные желания тела, от которых я старательно отмахиваюсь.

— И будьте осторожны, не испортите мой товар, все же я дорого за него заплатил, — бросает он напоследок с дикой усмешкой.

Слышу скрип закрывающейся двери и чувствую пустоту внутри.

Осознание того, что я больше не принадлежу себе, резко приходит ко мне. Отчаяние окутывает мой разум, готовый поглотить последний огонь надежды, не оставив ничего.

— Поднимайся давай, слышала же, что сказал этот гость. У нас не так много времени, чтобы сделать из тебя конфетку, достойную своей цены, — шипит наг, дергая за цепь.

Я едва ли слышу его слова, даже жгучая боль на шее не отрезвляет мое сознание, готовое безвозвратно погрузиться в пучину отчаяния.

С трудом поднимаюсь на ноги и вновь плетусь по этим холодным, темным коридорам под залом, откуда еще доносятся аплодисменты и смех. Аукцион в самом разгаре, а вот моя жизнь на волоске.

— Думаешь, он убьет меня или сделает своей игрушкой для плотских утех? — бормочу я.

— Скорее, уж второе, но не исключено и первое, если не сможешь удовлетворить его.

Я чувствую, как оковы судьбы сильнее сжимают мою шею, затягивая все глубже в бездну, из которой не выбраться. Хочется кричать и плакать от отчаяния, но что это изменит?

Даже не знаю, что хуже: стать игрушкой какого-то безумца и влачить жалкое существование, или умереть, сохранив свою гордость, пока это еще возможно.

Но кого я обманываю?

На самом деле мое тело уже давно не принадлежит мне. Оно давно испорчено. Еще три года назад, когда меня забрали с земли, заперли на какой-то планете и вкололи первую инъекцию, я перестала принадлежать себе, потеряв себя и свое имя.

Тогда я стала образцом номер тысяча шестьсот шестьдесят шесть, а сейчас лот номер пятнадцать. Ничего не изменилось, просто променяла одну тюрьму на другую. И еще неизвестно, в какой из этих клеток опаснее.

Глава IV. Наряд «рабыни»

Пока мы плетемся по темным коридорам, я встречаю еще несколько таких же бедолаг, которым не повезло оказаться в руках бандитов. Кто-то из них плачет, а у кого-то глаза пустые, словно всю жизнь выкачали из них. Наверное, со стороны я выгляжу не лучше.