— Надо же, какой миниатюрный, — удивлённо покачал головой маркиз, — я не раз встречал переговорные артефакты, все они довольно громоздкие, с собой не потаскаешь, если только прятать в пространственный карман.

Марианна облегчённо вздохнула и не смогла сдержать довольной улыбки. Кажется, ей удалось выйти из моря сухой.

— Тётя не предполагала, что я не догадаюсь о назначении броши, и расстроилась, увидев меня без него.

— Хочешь вернуть? — нахмурился Дэйвел. — Быстро не получится, родители уже в Брейвиле.

— Зачем? Нет, — замотала головой девушка. — Наоборот, забери вторую лилию. Друг без друга они не работают.

— Благодарю! — обрадовался эльф, вращая цветок относительно изумрудных листьев. — Скажи-ка, в каком положении ответная часть находится сейчас?

Леди Ютт испуганно пожала плечами.

— Видишь ли... Даже если Арита пыталась мне что-то объяснить, я так волновалась перед встречей, что...

Маркиз приложил палец к губам, призывая Марианну помолчать, и поднёс лилию к уху. Несколько мгновений слушал доносившиеся оттуда удалённые голоса и шорохи.

— Кажется, герцогиня отчитывает служанку. Слов не разобрать. Матушка, скорее всего, убрала брошь к другим драгоценностям. Есть у неё любимый сундучок.

Ещё немного — и Дэйвел обо всём догадается! Сердце Марианны участилась, лицо залила краска. Она лихорадочно придумывала новые оправдания, но ничего не приходило в голову. Спас неожиданный поступок эльфа: маркиз наклонился к ней и с чувством поцеловал в горячую щёку:

— Ты молодец! Молодец, что решила отдать весь артефакт, поблагодари от меня тётю за такой полезный дар. При встрече я объясню родителям, как пользоваться.

— Рада, что угодила, — пролепетала леди, всем телом прильнув к Дэйвелу.

— Все пары должны воссоединяться, — завершил свою мысль маркиз, спрятал брошь в кармане и ещё крепче обнял девушку. — А волновалась ты напрасно. Герцог и герцогиня с восторгом приняли мой выбор.

Марианна кивнула, пряча лицо на груди эльфа, и тихо сказала:

— Они любят тебя, значит, одобрят все твои решения.

— Ну что? Куда ещё пройдёмся?

— Мне всё равно, лишь бы с тобой.

— На площади шум. Смех, музыка... Предлагаю посмотреть, что там происходит.

— Лицедеи должны выступать. Что-то такое говорили покупатели, вроде гастроли по пути в столицу.

Всё так же в обнимку, не обращая внимания на лукавые взгляды встречных горожан, леди Ютт и маркиз двинулись по улице к ближайшей площади. Там собралась изрядная толпа. Зрители отчаянно хлопали, хохотали, некоторые отбивали ритм ногой.

— Мим выступает, — пояснил Дэйвел, который, в отличие от спутницы, видел поверх голов. — Делает вид, что выманивает на сцену певичку, а та скромничает и прячется. Хочешь подойти ближе?

Не дождавшись ответа, эльф пустил вперёд едва приметную струйку магии. Люди, испытывая неприятные ощущения, начали расступаться. Образовался неширокий коридор, по которому паре удалось протиснуться в первые ряды.

Марианна морщилась от запаха множества потных тел, всё крепче прижималась к Дэйвелу, от которого исходил успокаивающий аромат хвойного леса, и не обращала внимания на происходящее на сцене. Там тем временем произошли перемены: мим убежал, провожаемый аплодисментами, его сменила сильно загримированная певица. Её-то и увидела леди Ютт, когда зазвучал голос. Сильный, звонкий, удивительно знакомый, особенно на верхних нотах.

***

Певица виртуозно выводила печальную, очень красивую мелодию с неожиданными всплесками в звенящую высь и спадами в низкий бархат. Слушатели замерли, начав покачиваться в такт, кто-то из женщин тихонько всхлипывал, попав под грустное очарование слов и музыки. Уверенность Марианны, что девушка ей знакома, крепла с каждым новым звуком. Вглядываться в лицо, покрытое толстым слоем белил, было бесполезно, а вот выбившиеся из-под огромной шляпы чёрные локоны и загорелые кисти плавно жестикулирующих рук...

— Ридана, — прошептала леди Ютт.

Эльф не расслышал, но сумел стряхнуть навеянное песней оцепенение и наклонился к спутнице:

— Что ты сказала, Аннушка?

— Это леди Алуэ, я её узнала.

— Не может быть... — распрямился и внимательно посмотрел на невысокую сцену Дэйвел. — Что ей делать среди уличных артистов?

Всё оставшееся выступление маркиз слушал с угрюмым видом. Марианне очень хотелось уйти, но тревожить эльфа было боязно. Наконец музыка смолкла, на смену певичке выбежали жонглёры, совершавшие головокружительные кульбиты и перебрасывающиеся блестящими шариками. Девушка сдёрнула с головы шляпу, спрыгнула с подиума и пошла вдоль ряда зрителей, с благодарностью принимая щедрые подаяния. Когда она приблизилась к Дэйвелу, тот ухватил её за локоть и, прожигая взглядом, задал вопрос:

— Ридана? Что ты тут делаешь?

Она подняла испуганные глаза и даже присела, будто ноги у неё в миг ослабли.

— Маркиз... Ваша светлость... Я... Как вы меня нашли?

Эльф стиснул челюсти, кадык его резко дёрнулся, а желваки заметно выступили. Заговорил не сразу:

— Отойдём. Обсудим ситуацию.

Ридана не успела ответить, к ним стремительно приблизился выступавший до неё мим. Он успел снять плаксивую маску и теперь выглядел довольно грозно.

— Что случилось? Кто вы такие? — вопрошал он глухим басом.

— Это мой жених, — повернулась к миму леди Алуэ, — я тебе рассказывала.

— Что ему нужно?

— Хочу с ней поговорить, — ответил Дэйвел.

— Ты не против? — начальственным тоном уточнил мим, глядя на Ридану, та кивнула, тогда он выхватил шляпу из её рук и двинулся дальше вдоль ряда собирать звонкие монеты.

На сей раз эльфу не пришлось применять магию, озадаченные происшествием зрители охотно расступались, давая дорогу удивительной троице. Маркиз шёл с задумчивым видом, продолжая обнимать Марианну, леди Алуэ плелась следом и методично вздыхала. Не то чтобы это было слышно за шумом толпы и грохотом бравурной музыки, Марианна спиной чувствовала полувздохи, полустоны, которые, как отравленные дротики лесных дикарей, впивались между лопаток.

На площади нормально поговорить не получилось бы, Дейвел свернул в неприметный переулок и остановился у клумбы с лавочками по кругу. Располагаться на них не хотелось, почти все сиденья были заляпаны голубиным помётом — местные сердобольные бабушки устроили птичью столовую, а их подопечные прочно обосновались в ветвях старых лип. Идти куда-то ещё эльф не захотел — остановился и развернулся к Ридане. Он крепко держал Марианну за талию, словно боялся, что девушка сбежит. Леди Алуэ не стала дожидаться вопросов, сразу же заговорила. Ещё по пути она стёрла большой салфеткой часть грима, теперь продолжила это делать, сыпля словами и не поднимая взгляда ни на Дэйвела, ни на Марианну:

— Ваша светлость, простите, я очень виновата перед вами, но меня и саму жестоко обманули. Жуль клялся мне в любви, убеждал, что мы поженимся. Я доверилась ему, сбежала от родителей, а он... он избил меня, когда обнаружил исчезновение браслета. Пытался вернуть его сначала сам, потом послал меня исправлять свою ошибку, грозился прикончить, если не принесу ему эльфийскую вещицу. Когда леди, — она махнула рукой с перепачканной гримом салфеткой на Марианну, — отказала мне, я решила спрятаться от всех, вот и поступила в труппу странствующих актёров.

— Негодяй похитил тебя, надеясь получить выкуп? — спросил Дэйвел.

— Верно. Он сразу же отправил герцогу и герцогине письмо, назначив сумму, за которую отдаст им меня. Я ничего не знала! Была уверена, что Жуль меня любит, как и я его. Он ведь был так нежен, говорил много красивых слов...

— Ты видела его после побега?

— Нет! Нет-нет... — испуганно замотала головой Ридана. — Мы гастролировали по соседним городам, я ничего не знала о нападении на вас.

— Не знала или только так говоришь? — подозрительно прищурился маркиз.

— Лишь вчера наша труппа приехала в Рейвенхилл, тогда я и услышала сплетню о том, что Жуль Крот потерял глаз в схватке с эльфом. Я сразу догадалась, что этот урод хотел похитить вашу новую невесту.