Глава 6

Вариант первый: уйти. Забрать Пашу, уехать временно к маме, потом снять квартиру и начать новую жизнь. В тридцать шесть, с ребенком, без мужа, без его поддержки. Страшно, но возможно, так многие живут, этим никого не удивишь. Деньги дело наживное, у неё есть работа. Они с Пашей обязательно справятся.

Вариант второй: остаться и терпеть. Делать вид, что ничего не было. Ждать, пока он перебесится. Надеяться, что одумается. И медленно сходить с ума от ревности и унижения.

Вариант третий…

Лена замерла, ручка зависла над бумагой.

Вариант третий: согласиться. Лена криво усмехнулась своим мыслям. С ума сошла? Согласиться на то, чтобы муж спал с другими? Это же добровольное рабство.

Но что-то в этом варианте цепляло. Не давало покоя. Марк сказал: «Ты тоже можешь встречаться» . Конечно, он не верит, что она будет. Он уверен, что она никому не нужна. Домохозяйка под сорок, с растяжками, с мешками под глазами, с вечной усталостью.

А если нужна?

Лена вдруг представила. Ярко, как кино. Она идет на свидание. Красивая. Похудевшая. В новом приталенном платье и сексуальном белье. Напротив сидит мужчина, не Марк. Другой. Он смотрит на неё так, как Марк смотрел десять лет назад. Он говорит комплименты. Он хочет её.

А Марк сидит дома и ждет. Ревнует. Сходит с ума, потому что не знает, где она и с кем. Потому что правила они действуют всегда для двоих.

Лена почувствовала, как по спине пробежал холодок. Не страха, а предвкушения.

Грязно? Мелочно? Жестоко?

Возможно.

А разве он поступил не жестоко? Разве можно вот так, за ужином, взять и разбить человека? Разрушить двенадцать лет одним разговором?

Он не думал о ней. Он думал только о себе. О своей скуке. О своей свободе. О своём«Хочу» . Так почему она должна думать о нём?

Лена посмотрела на свои руки, кольцо блестело тускло, обманчиво. Символ верности. Символ любви, которую он только что предал.

Она сняла кольцо, положила на стол и посмотрела на палец. Белая полоска незагорелой кожи, след, который скоро исчезнет.

Ручка коснулась бумаги, и Лена начала писать. Быстро, четко, без помарок.

Правила.

1. Никаких общих знакомых, друзей, коллег. Только посторонние.

2. Никаких ночевок. Возврат домой до 23:00.

3. Обязательный отчет. Кто, где, когда. Без деталей, но без лжи.

4. Только защищенный секс. Здоровье в приоритете.

5. Никаких чувств. Если появляются чувства, то отношения закрываются немедленно.

6. Прекратить в любой момент по первому требованию одного из супругов.

7. Никаких общих фото, никаких подарков, никаких следов в доме.

8. Если кто-то заболел, второй ухаживает без упреков.

Лена перечитала список. Сухо. Деловито. Как бизнес-план.

Она усмехнулась. Интересно, Марк обрадуется, когда увидит эти пункты? Или испугается?

Особенно пункт про прекращение в любой момент. Она поставила его специально, чтобы у неё был рычаг. Чтобы в любой день, когда ей станет невыносимо, она могла сказать«стоп» и всё закончить. Правда, она не была уверена, что захочет говорить«стоп» . Особенно если её вариант сработает.

Лена откинулась на спинку стула. Посмотрела в потолок. В голове прояснилось, слёзы ушли, осталась холодная, злая ясность. Встала, выключила свет, опять легла, уставившись в потолок стеклянными глазами.

Нет, она не будет жертвой. Она не будет плакать в подушку, пока он развлекается. Если он хочет играть, она сыграет, но по своим правилам.

Интересно, как он будет чувствовать себя, когда поймет, что жена востребована? Что она может нравиться другим? Что она не только«база» , но и женщина?

Лена представила его лицо и впервые за этот вечер улыбнулась. Нет, не улыбнулась, а оскалилась. Хищно. По-звериному. Будто впервые за долгие годы почувствовала, что может не только защищаться, но и нападать.

Она лежала неподвижно ещё несколько минут, вглядываясь в темноту детской. Паша тихо посапывал в своей кровати. За окном всё так же моросил снег. Лена замерла, прикрыв глаза, и слушала, как затихают шаги Марка в коридоре. Скрипнула дверь их спальни. Щёлкнул выключатель. Тишина.

Минут через десять Лена встала. Медленно, бесшумно, как вор. Подошла к двери, выглянула в коридор. Там горел ночник, маленький, на батарейках, который она купила, чтобы Паша не боялся ходить в туалет ночью. Света от него хватало ровно на то, чтобы не споткнуться.

Она пошла по коридору. Мимо ванной, мимо кухни, где на столе всё ещё стояла полупустая бутылка виски. В спальне дверь была приоткрыта. Лена толкнула её, бесшумно, на сантиметр и увидела его. Марк лежал на своей половине кровати, отвернувшись к стене. Дышал ровно, спокойно. То ли спал, то ли притворялся, что спит.

Лена вошла. Осторожно, стараясь не скрипнуть половицей, обогнула кровать и села на свою сторону. На тот край, где всегда спала. Зачем она здесь? Сама не знала. Может, просто не могла больше лежать там, в детской, одна. Может, хотела посмотреть ему в лицо. Может, хотела убедиться, что он действительно спит спокойно после того, как разбил ей сердце.

«Разбил ей сердце в дребезги и спокойно спал, - подумала она с горечью, в которой уже проступало презрение.- Вот и вся любовь».

Она легла на спину, уставилась в потолок. Рядом, в полуметре, лежал чужой человек. Тот, кого она любила ещё сегодня вечером. Тот, кого ненавидела сейчас. Всего несколько часов и мир перевернулся. Всего несколько часов и человек, с которым она прожила двенадцать лет, стал чужим.

В темноте светились цифры электронных часов - 03:14. Лена повернула голову и посмотрела на его спину. Родную. Знакомую до каждой родинки. И подумала:

«Ты даже не представляешь, что я тебе приготовила».

Засыпала она с этим чувством. Не боли, не обиды, а странного, пугающего предвкушения. Где-то в глубине души шевельнулась мысль:

«А может, не надо? Может, поговорить по-хорошему?»

Но Лена затолкала эту мысль поглубже. Он не пришел к ней сегодня. Не обнял. Не сказал, что всё ошибка. Он спокойно уснул после того, как разбил ей сердце.

Значит, война.

Она закрыла глаза и провалилась в сон, тяжелый, без сновидений. А на кухне, в мусорке, лежало остывшее ризотто. Всё, что она готовила с любовью, превратилось в мусор.

Но завтра будет новый день и новые правила.

Он думает, что победил.

Он думает, что она примет.

Он думает, что всё будет по его правилам.

Лена открыла глаза и посмотрела в темноту.

- Посмотрим, - прошептала она. - Посмотрим, чьи правила сработают.

Глава 7

Лена проснулась оттого, что кто-то дышал ей в лицо. Она открыла глаза и увидела Пашу. Сын сидел на краю кровати, в пижаме с динозаврами, лохматый, сонный, и внимательно смотрел на неё.

- Мам, ты чего не встаёшь? - голос у него был встревоженный. - Ты спала вообще? У тебя глаза красные.

Лена моргнула. Повернула голову, будильник показывал 7:42. Вторая половина кровати была пуста, простыня холодная. Муж ушёл рано. Избегал её? Или просто сбежал от последствий?

- Спала, зайчик, - голос после сна был хриплым, пришлось откашляться. - Просто голова болит.

- А папа уже ушёл. Сказал, что у него важная встреча и велел тебя не будить.

Важная встреча в воскресенье утром. Лена криво усмехнулась про себя. Конечно. После вчерашнего разговора ему нужно пространство, чтобы она переварила. Чтобы не видеть её опухших глаз и не чувствовать угрызений совести.

- Вставай, мам, - Паша потянул её за руку. - Ты обещала блинчики с шоколадом.

Лена приняла вертикальное положение. Голова кружилась, во рту было сухо и противно, будто она пила виски всю ночь, не закусывая. Хотя нет, не пила, просто плакала и не спала. Чувствовала, как годы навалились на неё всей тяжестью. Казалось, она постарела лет на десять за эту ночь.

- Блинчики, - повторила механически. - Да, конечно. Иди умойся, я сейчас.