— Совещание через восемь минут, Теодор.

Он кивнул и зашагал прочь. Плечи расправлены, голова высоко поднята, как будто ничего не произошло.

Я смотрела ему вслед и прошептала себе под нос:

— Великолепно. Теперь еще и она знает.

Стены «Hayes International» официально наполнились секретами. А мне нужно было накрасить губы.

Я подошла к небольшому зеркалу у книжной полки, поймала свое отражение и невольно рассмеялась.

— Корпоративная богиня, — пробормотала я. — С только что оттраханными волосами.

Под кожей всё еще пульсировал жар — смесь остаточного возбуждения и адреналина, и всё это кричало об одном: «Что мы, черт возьми, творим?».

Я поправила помаду и нанесла немного консилера. Максимально разгладила блузку, заправила ее и нашла в себе силы спрятать всё произошедшее за маской безупречного профессионализма.

Правило Хейсов №3: Никогда не показывай, что ты на пределе.

К тому моменту, когда я взяла блокнот и вышла из кабинета, я была тем самым международным бизнес-стратегом, которого они наняли. Прямая спина. Спокойная улыбка. Блеск для губ. Но когда я вошла в зал заседаний и увидела Тео, уже сидящего во главе стола и поймала его взгляд, направленный на меня, я почувствовала это снова. Каждый взгляд. Каждое касание. Каждую тайну под этой крышей.

Я скользнула на свое место напротив него, сохраняя нейтральное выражение лица, хотя воспоминание о его губах между моих бедер пульсировало во мне, словно оголенный провод.

— Добрый день, — произнес вошедший Макс, перекладывая стопку бумаг. — Начнем, пожалуй?

Давайте начнем, пока я окончательно не сошла с ума.

Глава 14

Тео

ㅤㅤㅤㅤ

Я был на полпути к своему второму эспрессо, когда Харпер один раз коротко стукнула и вошла в кабинет, не дожидаясь ответа.

Это никогда не предвещало ничего хорошего.

Она закрыла за собой дверь так плотно, словно запечатывала банковское хранилище. В одной руке она сжимала планшет, в другой папку с моим именем.

— И тебе доброе утро, — сказал я, косясь на папку так, будто она могла детонировать в любую секунду. Харпер даже не улыбнулась.

— Нам нужно поговорить о вчерашнем.

Ну конечно. Об этом.

Я откинулся на спинку кресла, стараясь сохранять невозмутимый вид.

— Если это насчет брифинга по акциям...

— Нет. Это насчет того, что ты сделал стены в кабинете Саманты Хейс матовыми на двадцать две минуты и сорок семь секунд.

Я моргнул, не веря своим ушам.

— Погоди, ты засекала время?

— Я твой ассистент. Моя работа буквально заключается в том, чтобы знать, чем ты занят, когда ты забываешь, что за тобой наблюдают десятки глаз.

Я устало потер лицо ладонью.

— И что... ты пришла меня отчитать?

— Нет, — отрезала она. — Я пришла прикрыть твою задницу. Снова.

Она положила папку на стол с точностью человека, устанавливающего капкан. Внутри была форма раскрытия информации от отдела кадров — документ, разрешающий отношения между коллегами равного статуса при условии, что о них заявлено официально и соблюдена субординация.

— Если коротко, — продолжила Харпер, — если ты намерен и дальше спать с Самантой, ее нужно перевести в подчинение к другому руководителю. Она не может работать под твоим руководством.

Я уставился на бланк, не решаясь к нему прикоснуться.

— И ты думаешь, что я готов к полноценным отношениям с ней? — спросил я тише, чем планировал.

Выражение лица Харпер немного смягчилось, но лишь самую малость.

— Мне, честно говоря, плевать, хочешь ты с ней отношений или нет. Но если ты собираешься трахаться с ней в рабочее время и прямо в офисном здании, тебе нужно что-то с этим решать. И неважно, что теперь это твоя компания. Она — дочь фактического владельца этого места, и тебе стоит быть чертовски осторожным.

Я медленно и тяжело выдохнул.

— Ладно, я подумаю.

— Нет, Теодор, тебе нужно действовать, а не думать, — она раздраженно выдохнула.

— Ты сейчас говоришь со мной как мой ассистент или как мой друг?

Она посмотрела мне прямо в глаза, не мигая.

— Хочешь версию от друга? — я кивнул. — Ты не можешь «иметь» Саманту Хейс во всех смыслах этого слова и не ожидать, что в итоге поимеют тебя. Так что позаботься о себе.

Она вышла, не добавив больше ни слова. В этом была вся Харпер: никогда не задерживаться дольше положенного, просто закидывать тебя гранатами правды и исчезать, словно дым.

Правда же заключалась в том, что я сам ни черта не понимал, что творю. Всё начиналось как нечто веселое, искрящееся и неожиданное. Я давным-давно пообещал себе, что больше не ввяжусь в отношения, которые дойдут до мыслей о помолвке, браке и прочем дерьме, которое в моей жизни уже однажды не сработало.

Но теперь каждый раз, когда я смотрел на нее, мне хотелось одновременно испортить ей помаду и предложить ей весь мир. И это пугало меня до дрожи, потому что обычно я так себя не веду.

На экране всплыло уведомление об очередной встрече. Я свернул его и открыл почту. Там висело приглашение на гала-вечер, который «Hayes», судя по всему, устраивала ежегодно. Теперь это стало частью моей работы. И я сделал лучшее, что смог, пригласив двух единственных людей, в чьем присутствии был уверен на сто процентов.

Я открыл мессенджер и написал Нико.

Я: Будет рабочий гала-вечер. Хочешь составить компанию? Мне понадобится поддержка.

Нико: Для меня честь быть твоим «плюс один». Мне надеть тиару?

Я: Не думаю, что это будет уместно, но на твое усмотрение.

Нико: Шучу, конечно буду. Не терпится познакомиться с твоими новыми коллегами. Они все такие же забавные, как твой офисный стратег?

Я: 🙄

Я закатил глаза, перешел в контакты и набрал номер, которым не пользовался уже несколько недель.

— Привет, незнакомец, — ответила Елена, в ее мягком голосе слышалось любопытство.

— Эл, мне нужна услуга, подробности в твоей почте.

— Уже видела. Дресс-код black tie, благотворительность, бездушные миллиардеры и крошечные закуски?

— Можно и так сказать, да.

Она рассмеялась.

— Конечно, я приеду. Тебе нужна эмоциональная поддержка или кто-то, с кем можно будет поглумиться над этим одним процентом избранных?

— Можно всё сразу, пожалуйста?

— Заметано. Прилечу завтра, но билет за твой счет, идет?

— Я угощаю, — я усмехнулся и повесил трубку, на мгновение уставившись в потолок.

Я — генеральный директор одной из крупнейших компаний страны, и вынужден уворачиваться от мин, расставленных отделом кадров. Твою мать. Я только что пригласил своего флиртующего лучшего друга и младшую сестру-художницу на вечер Хейсов только потому, что мне нужна поддержка.

Поддержка, чтобы выстоять перед человеком, который владеет всем этим местом и который, по совместительству, является отцом женщины, сводящей меня с ума.

Моя жизнь — это какое-то безумное шоу.

Зал заседаний состоял сплошь из стекла, стали и острых углов, в точности как и разговор, который там происходил. Макс сидел во главе стола, по бокам от него Наоми и Кэмерон. Сэм, слава богу, сидела на противоположной от меня стороне, но это ничуть не помогало мне сосредоточиться.

— Место проведения подтверждено, — отрапортовал Кэмерон, листая планшет с четкостью человека, который не упускает ни деталей, ни возможности продемонстрировать власть. — В списке приглашенных наши основные партнеры, пресса, политические спонсоры и давние друзья семьи Хейс. Никаких сюрпризов.

— Будут ли речи? — спросила Наоми, голос которой звучал заранее утомленным.

— Одна от Макса, одна от Тео, — ответил Кэмерон. — Коротко, по пять минут на каждого. Мы подготовим суфлер на всякий случай.

Макс кивнул.

— Я хочу, чтобы тон был обнадеживающим. Это передача бразд правления, а не похороны.

Сэм рядом с Наоми слегка напряглась, ее лицо оставалось беспристрастным, если не считать едва заметно сжавшейся челюсти.