Он ответил на поцелуй, и мы начали собираться на работу.

— Так, погоди. Повтори еще раз.

Роуз выронила полусложенный свитер и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Он сказал что?

Я рухнула на ее кровать.

— «Переезжай ко мне».

— Нет-нет-нет. Такие вещи не роняют между делом, как просьбу передать соль. Ты серьезно? Он предложил съехаться? В смысле, зубные щетки в одном стакане, общая корзина для белья и совместные походы за продуктами?

— Да успокойся ты, — я уставилась в потолок, ища там ответы. — Это не было торжественным предложением. Мы просто лежали в постели, и он... просто это сказал.

— Голая женщина в постели после умопомрачительного секса это худшее время для принятия решений, связанных с недвижимостью, Сэм.

Я рассмеялась.

— Ты звучишь прямо как мое подсознание.

Она схватила декоративную подушку и в шутку стукнула меня.

— Я и есть твое подсознание. Ну? Что ты ответила?

— Я не сказала «да», — призналась я. — Но и «нет» тоже не прозвучало.

Роуз присела рядом, поджав ноги.

— А ты сама этого хочешь?

Я вздохнула, прижимая подушку к себе.

— Вот это меня и пугает больше всего. Потому что... да. Думаю, хочу.

— О боже.

— Знаю.

— Ты в него влюблена, — пропела она дразнящим тоном.

Я издала страдальческий стон.

— Это пугает до чертиков, но, кажется, так оно и есть.

— Саманта Хейс, — Роуз назидательно подняла палец. — Ты влюблена в мужчину, который готовит тебе ужины, заставляет тебя смеяться и доводит до такого оргазма, что ты забываешь собственное имя.

Я бросила на нее красноречивый взгляд.

— Спасибо за поэтичный пересказ.

— Я просто хочу сказать, — добавила она уже мягче, — что иногда лучшие решения не вписываются в пятилетний план. Иногда всё дело в человеке. И если он тот, с кем ты чувствуешь себя в безопасности, когда вокруг бушует шторм, возможно, стоит ответить согласием.

Я озадаченно моргнула.

— И когда ты успела стать такой мудрой?

Она лишь пожала плечами.

— Где-то между текилой и свиданиями с эмоционально недоступными диджеями.

Мы обе рассмеялись, и я положила голову ей на плечо.

— Ты согласишься, — уверенно произнесла она. — Я слышу это по твоему голосу.

В воскресенье вечером я не стала звонить или писать ему, спрашивая разрешения прийти. Я знала, что если помедлю хоть секунду, то струшу. Начну обдумывать, насколько это безумно, как стремительно развиваются события и что всё это значит. Поэтому я просто поехала к нему и постучала в дверь. К моему удивлению, она оказалась незапертой и легко поддалась.

Тео поднял взгляд от кухонного острова, где рядом с открытым ноутбуком стоял наполовину пустой бокал вина. Увидев меня, он замер. Его взгляд скользнул по чемодану в моей руке, по дорожной сумке на моем плече и наконец остановился на мне. Мое сердце колотилось так громко, что я едва слышала собственный голос, когда наконец произнесла:

— Да.

Он моргнул, не веря своим ушам.

— Что?

Я с глухим стуком поставила сумку на пол.

— Я тоже хочу проводить свои дни с тобой. Просыпаться в твоей постели и пить кофе на твоей кухне.

Какое-то время он не двигался и не произносил ни слова. А затем его лицо озарилось той самой мальчишеской улыбкой, в которую я влюблялась уже сотни раз. Он решительно шагнул ко мне, обхватил за талию и с легкостью оторвал от пола.

— Ты действительно это делаешь? — прошептал он мне в шею, и в его голосе слышалось благоговение.

— Да, — выдохнула я в ответ. — Я согласна на всё.

Он осторожно опустил меня, взял мое лицо в ладони и поцеловал так, будто точно знал, что это навсегда.

Глава 22

Тео

ㅤㅤㅤㅤㅤ

Двери лифта распахнулись с мягким, мелодичным звоном, и впервые за всё время я переступил порог «Hayes International» не один. Сэм шла рядом со мной — элегантная в своем темно-синем костюме и уверенная, как и всегда. Она казалась воплощением спокойствия, пока не приглядишься поближе: лишь едва заметная дрожь в ее пальцах и то, как она то и дело сжимала кулаки, выдавали внутреннее напряжение.

Я едва коснулся ее руки своими пальцами.

— Ты как?

— Я иду в зал заседаний, где будут сидеть мой отец, сестра и мой парень-тире-генеральный директор. Что в этом может быть стрессового?

Я усмехнулся.

— Ты забыла про Харпер.

— Харпер меня не пугает, — она рассмеялась, и мы зашагали по коридору под любопытными взглядами сотрудников, которым не нужны были никакие официальные письма, чтобы понять, что правила игры изменились.

Я кожей чувствовал, насколько естественно было приходить сюда именно так, вместе с ней. Насколько это было правильно.

Ровно девять тридцать утра.

Харпер распахнула перед нами двери зала заседаний. Наоми сидела на дальнем конце стола, скрестив руки на груди. Нико заговорщицки подмигнул Сэм. Кэмерон ответил коротким кивком. Макс уже прихлебывал свой эспрессо в окружении двух вице-президентов, которые выглядели так, будто только что сошли со страниц каталога элитных яхт. Представители отдела кадров замерли с готовыми папками. И Паскаль, новый помощник Сэм, сидел с горящими глазами, пребывая в состоянии, близком к тихому ужасу.

Все взгляды устремились на нас.

— Доброе утро, — произнес я, занимая место во главе стола. Сэм устроилась по правую руку от меня. — Давайте приступим.

Послышался шорох отодвигаемых кресел, последние частные беседы стихли, и дверь закрылась с отчетливым щелчком.

— Я буду краток, — начал я. — С прошлой пятницы мои отношения с Самантой Хейс, вашим стратегом по международному бизнесу, были официально раскрыты, одобрены отделом кадров и проверены юридическим департаментом. Я не допущу никаких сплетен, слухов и не жду никаких проблем на этой почве. Это наша личная жизнь, которая не является частью бизнеса. Мы все продолжаем выполнять свою работу и двигаемся дальше.

Макс прочистил горло и вальяжно откинулся на спинку кресла.

— Нас проинформировали, что кадры и юристы дали добро на то, чтобы ты спал со своим стратегом. Но там не было ни слова о формальных или серьезных отношениях, которые пахнут скорой свадьбой. Что, черт возьми, я пропустил?

По залу пронеслось несколько нервных смешков. Наоми закатила глаза с такой силой, что я удивился, как они не застряли в таком положении.

Но я не колебался ни секунды. Я устремил свой взгляд на Сэм и улыбнулся ей, будто заранее прося прощения за то, что собирался сказать.

— Что ж, ты ничего не пропустил, потому что, честно говоря, это не касается ни тебя, ни кого-либо еще. Но чтобы у всех было четкое понимание: да, в нас серьезные отношения. И свадьба состоится тогда, когда она будет к ней готова.

Тишина. Абсолютно все головы повернулись сначала ко мне, затем к ней. Сэм моргнула, ее губы слегка приоткрылись, словно она хотела что-то возразить, но внезапно забыла, как говорить. Нико издал тихий, восхищенный свист. Наоми пробормотала что-то о необходимости составить более жесткие контракты. Кэмерон едва слышно выдохнул: «Твою мать». И только Харпер невозмутимо отхлебнула кофе, ухмыляясь так, будто знала об этом финале еще до начала встречи.

Как только дверь закрылась за последним вице-президентом, я кожей ощутил на себе взгляд Саманты. Он обжигал сильнее любого софита. Она медленно поднялась, не проронив ни слова, и ее каблуки начали отбивать решительный ритм по направлению ко мне.

— В мой кабинет. Живо, — бросила она сквозь зубы, и ее голос прозвучал тихо и смертоносно.

Я последовал за ней без лишних протестов. Оказавшись внутри, она захлопнула дверь и мгновенно развернулась ко мне на пятках.

— Ты что, совсем с катушек съехал?

Я прислонился к краю ее стола, скрестив руки на груди.

— О какой именно части ты спрашиваешь? О том, что это никого не касается, или о комментарии про свадьбу?

Ее глаза расширились от возмущения.