— И здесь есть виноградник.

— Да, есть.

Она медленно обернулась, глядя на ряды лоз так, словно они были галлюцинацией. Она подняла руку, едва касаясь воздуха, будто хотела убедиться в реальности происходящего.

— Это место огромное, Теодор. Кто владеет всем этим?

В моей груди всё сжалось. Настал тот самый момент. Тот, который я держал в себе, который горел на кончике языка с самого утра.

— Мы.

— Подожди... что? — её голос прозвучал так тихо и испуганно, что мне захотелось немедленно прижать её к себе и защитить от её же собственного шока.

— Я купил его сегодня утром, как только ты сказала «да».

Её лицо менялось на глазах. Сначала вспыхнула радость, затем паника, следом — недоверие, и, наконец, та самая знакомая ярость Сэм попыталась прорваться наружу, потому что она просто не знала, как совладать с таким накалом чувств.

— Постой. Ты сделал что?

— Я купил его и подумал, что мы могли бы провести медовый месяц здесь, а не в гостиничном номере.

На мгновение она просто замерла, глядя на меня, словно искала подвох. Ловушку. Скрытый смысл. Она вышла из машины, сняла солнечные очки, и когда снова посмотрела на меня, её глаза сияли. Она резко и коротко рассмеялась, будто собиралась одновременно зарыдать и закричать.

— Теодор Джонс, я люблю тебя, но я тебя ненавижу.

Чувство облегчения накрыло меня с головой. Я широко улыбнулся и подошел ближе, кладя руки на её талию.

— С этим я смогу работать.

Она слегка толкнула меня в плечо, но при этом продолжала улыбаться.

— Ты сумасшедший.

— Помешан на тебе, — ответил я, и эти слова прозвучали слишком искренне, чтобы быть чем-то иным, кроме чистой правды.

Она судорожно сглотнула и быстро отвела взгляд, не желая показывать, насколько глубоко её это тронуло.

— И у меня есть для тебя еще один сюрприз, который, я надеюсь, тебе действительно понравится.

Она резко вскинула голову. В её глазах мгновенно вспыхнула тревога.

— О боже, что на этот раз?

Прежде чем она успела накрутить себя, я отступил назад и широко развел руки в сторону дома, словно конферансье.

— Сюрприз! — я услышал, как Наоми, Елена, Харпер и Роуз кричат во всё горло, хлопая в ладоши, как маленькие дети. Я был рад, что Елена прихватила с собой Нико — мне определенно понадобится мужская поддержка, если нам предстоит провести здесь неделю в компании всех этих женщин.

Услышав их, Сэм буквально вздрогнула всем телом. Она развернулась так быстро, что её волосы взметнулись в воздухе. На её лице за одну секунду сменилось пять разных эмоций: шок, замешательство, восторг, негодование и, наконец, нечто настолько нежное, что у меня защемило в груди.

— Ты привез их сюда? — её голос задрожал, колеблясь между смехом и слезами. Она прижала ладонь к губам, пытаясь физически сдержать свои чувства.

Я встал рядом с ней, достаточно близко, чтобы она могла опереться на меня, если захочет.

— Несмотря на то что это наш медовый месяц, я подумал, что было бы здорово собрать их здесь на твой день рождения.

Она повернулась ко мне с затуманенным взглядом, выглядя по-особенному сердитой и любящей одновременно. Будто ей хотелось отругать меня за то, что я сделал её такой счастливой.

— Забудь про «я тебя ненавижу». Я абсолютно, полностью люблю тебя, Теодор Джонс.

Я рассмеялся, чувствуя, как дыхание прерывается от радости, и притянул её в свои объятия, пока она не передумала. Она мгновенно прижалась ко мне, вцепляясь пальцами в мою рубашку и уткнувшись лбом в мою грудь. На мгновение весь мир сузился до звука её дыхания и ощущения её тепла.

И в этот миг, под ярким солнцем, под смех наших друзей и перед лицом целой жизни, открывающейся перед нами, я дал себе клятву.

Я проведу остаток своих дней, доказывая ей, что она принадлежит любому месту, в котором захочет оказаться.

И особенно, что она принадлежит мне.

— Я тоже люблю тебя, Саманта Джонс.

ㅤㅤㅤㅤㅤ

КОНЕЦ