Плохо дело. Одно попадание – и человек мёртв.

“Накажи его” – пронеслось у меня в голове.

Не в виде голоса. Скорее как немая просьба. Чьё‑то желание

“Он убил всех животных. Окропил кровью свои же земли. Помоги нам”.

Это лес со мной говорит! Он меня и предупредил о выстреле. Нас заметили. И что теперь? Природа жаждет мести. Хочет, чтобы я наказал Тумалина.

Должен ли я исполнить эту просьбу? Нет. Этот лес мне не принадлежит.

Не должен. Но сделаю. Я ещё даже не встретился с этим бароном, но он мне уже здорово надоел!

– Мы отвлечём его, – прошептал мне Виктор. – Уйдём в другую часть леса. Пусть лучше стреляет по нам. А вы идите к особняку. Помогите мужикам!

Охотники не дождались моего ответа. Тут же исчезли. Как только они сдвинулись, послышался ещё один выстрел. Но Виктору и его людям удалось уйти на запад.

Остались только мы с Елизаветой и Архипом.

Похоже, план придётся менять на ходу.

– Что нам делать? Что делать? – паниковал Архип. – Барин, этот урод совсем обезумел! Он же нас тут прикончит… И никто даже об этом не узнает!

– Тихо, – велел я. – Действуем иначе. Он заманил нас в ловушку, но в итоге окажется в ней сам. Идите за мной.

Я поднялся. Попутно потянулся к природе, чтобы позаимствовать у неё силы. И сотворил заклятье второй ступени. Давно хотел узнать, как его использовать. Сейчас – самое время!

“Дубовая кожа”.

Мои предплечья затвердели, покрылись твёрдым материалом, чем‑то напоминающим кору старого дерева. А затем эта кора разрослась вверх и вниз. Потом и в стороны. Превратилась в щит, который закрыл не только меня, но и моих соратников.

И мы продолжили двигаться дальше. Метр за метром мы продвигались через лес, полный ловушек. Чего только Тумалин тут не заготовил. Капканы, растяжки, подъёмные петли. Деревья обезвреживали всё, что изготовил барон‑охотник.

Однако мне всё же пришлось принять на себя выстрел.

Видимо, Сокольникову не удалось надолго отвлечь барона. И тот смог разглядеть нас.

Бум!

Пуля попала прямо в мой щит. Но ничего не смогла со мной сделать. Кора затвердела. Стала прочнее металла. Я устоял и продолжил вести Елизавету с Архипом. Точно знал, что им ничто не угрожает. Если придётся – я снесу весь его особняк. Маны мне хватит. А деревья с радостью воспользуются моими приказами.

Снова выстрел. Примерно пять секунд на перезарядку. Неплохо. Хорошее же развлечение мы устроили для этого подонка. Ну, пусть веселится! Скоро я положу этому конец.

Вскоре нам удалось скрыться в чаще. Стрелок нас потерял. Не уверен, что стрелял по нам именно барон, но вероятность этого крайне высока. Вряд ли Тумалин позволил бы своим людям насладиться охотой за него.

– Узнаю это место. Чуть‑чуть осталось! – сказал Архип. – Пара шагов – и мы выйдем к сараям. Спасём мужиков и сможем отступить. За таким щитом нам ничего не страшно, барин!

– Не спеши. Ты же понимаешь, что нас там будут ждать? – спросил я. – Скрытно пройти не получилось. Хотим мы того или нет, но с Тумалиным мы всё же пересечёмся.

Хотя я, если честно, очень хочу повидаться с этим психом. Хочется посмотреть в глаза тирану, который измучил собственные земли и создал себе столь отвратительную репутацию.

Каково же было моё удивление, когда, покинув лес, мы не обнаружили никакой охраны около сараев. Более того, я не заметил, чтобы в них находились люди Тумалина. В ближайшем к нам сарае было всего четыре человека. Я чувствовал их ауры.

Это и есть мужики из Васильевки.

Так куда же пропал сам барон и его люди?

– Браво! Браво! – я услышал звонкие аплодисменты. – Великолепное представление, господин Дубровский.

На балконе особняка появился косматый мужчина с длинными густыми усами. Белёсые глаза блестят. Улыбка, как у самого дьявола. А в руках та самая винтовка, из которой по нам всё это время стреляли.

Интересно, как он видел нас в дебрях? Должно быть, это как‑то связано с его родовой магией.

– Приветствую, Андрей Дмитриевич, – крикнул я, не скрывая пренебрежения. – Рассчитывал познакомиться с вами на собрании у Бойкова. Но так уж вышло, что вы решили ускорить этот процесс. Я пришёл за своими людьми. И без них я никуда не уйду.

– Конечно‑конечно, – закивал он. – Я и не против. Можете освободить их, господин Дубровский. Уходите.

– Не верьте ему, – прошептал Архип. – Он нас обманывает.

Само собой. О чести тут и речи быть не может. Тумалин что‑то задумал. И я это выясню.

– Бросьте оружие, – крикнул барону я. – Или вы собираетесь стрелять нам в спину?

– А почему бы и нет? – рассмеялся Тумалин. – Вы меня удивили, господин Дубровский. Впервые за долгие годы я никого не смог поразить во время охоты. Поверьте, я не часто делаю комплименты.

– Вас не пугает, что я выживу и расскажу о произошедшем графу? Вы ведь тоже отвечаете перед ним, как и я.

– Ох, Всеволод Сергеевич, вы явно ничего не поняли… – покачал головой Тумалин. – Господин Бойков не станет меня наказывать. Он мне кое‑что должен. Это дело замнут – уж поверьте. А теперь… идите в чёртов сарай. Освободите своих людей. Я ещё не настрелялся.

Пришлось снова призвать магию. Я уже приготовился было создать новый щит, но Архип схватил меня за рукав. И прошептал:

– Не спешите, барин. Я знаю, как можно его обмануть.

Я посмотрел на Архипа. Он побледнел, руки его подрагивали, но в глазах горел столь непривычный для него яростный огонёк.

И это меня удивило, пожалуй, сильнее, чем всё остальное, что произошло за последний час. Архип всегда юлил, выкручивался, избегал любой опасности. А сейчас стоит передо мной и предлагает план. Хотя прекрасно понимает, что на балконе стоит человек с винтовкой, который на самом деле не собирается отпускать нас живыми.

– Говори, – кивнул я.

– Тумалин одержим своей охотой, – зашептал Архип, не отрывая взгляда от балкона. – У него есть правило. Или ритуал, как хотите называйте. Он никогда не стреляет в неподвижную цель, всегда даёт отбежать подальше. Только потом начинает искать.

– Почему так? – тихо спросила Елизавета.

– Для него это… неспортивно. Ему нужно, чтобы добыча бежала. Чтобы боялась. Чтобы металась из стороны в сторону. Пока мы стоим на месте, он не выстрелит. Просто не сможет заставить себя нажать на спусковой крючок.

– Откуда такая уверенность? – спросил я. – Ты ведь сам говорил, что барон безумен. Безумцы редко следуют правилам.

– Этому правилу он точно следует, – Архип помотал головой. – Потому что для него охота – это смысл всей его жизни.

Я посмотрел на балкон. Тумалин стоял, небрежно облокотившись на перила, и поглаживал цевьё винтовки. Он не торопился. Ждал с выражением ленивого удовольствия на лице.

Архип прав. Барон ждёт, пока мы побежим к сараю. Вот тогда‑то и начнётся его любимая забава.

Только пока Тумалин не понимает, что в этот раз на месте дичи оказался он сам. Уже представляю выражение его лица, когда он наконец поймёт, как недооценивал соперника.

– Хорошо, – кивнул я. – Мы не побежим. Что ты предлагаешь дальше?

У меня уже был сформирован план, но хотелось выслушать и Архипа до конца. Возможно, мы пришли к одному и тому же выводу.

– Я выйду к нему, – ответил Архип. – Отвлеку его разговором, а вы в это время мужиков освободите. А уж потом все вместе мы с этим гадом справимся! Охотники‑то тоже к этому времени должны подойти.

М‑да, план не идеальный. Но доработать можно.

Однако на охотников сейчас рассчитывать не приходится, они отправились в другую сторону, и можно только гадать, когда они вернутся.

– Одного я тебя туда не отправлю. Ты мне нужен живым, Архип. Поэтому пока ты будешь отвлекать внимание Тумалина, я подготовлю деревья вокруг балкона. Здешний лес меня слушается. Мне нужно время – думаю, пары минут хватит.

– Да я его и на побольше заговорю, – ухмыльнулся Архип. – Особенно если скажу ему то, чего он точно не ожидает услышать.