– Скоро узнаешь, – уклончиво ответил я.

А то опасаюсь, что, услышав полноценный план, Степан сочтёт меня сумасшедшим. Не хотелось бы проснуться в один день под присмотром медиков из психиатрической лечебницы. Тем более в эти времена: с содержанием пациентов там всё было плохо.

К тому же, если вдруг захочу кому-то рассказать, что я попаданец, то такой исход тоже возможен. А назад мне уже не вернуться, да и не к кому… Семью я так и не завёл. Так что буду осваиваться в новом молодом теле и в новом мире. Ну, и помалкивать.

Когда мы наконец добрались до поместья, я заметил свет в окнах кухни. Значит, Елизавета ждёт нас там.

Мы отнесли травы в лабораторию, поскольку нужно ещё было определить, что пригодно для продажи. А потом уже отправились на кухню.

За столом как ни в чём не бывало сидели двое. Елизавета… и сбежавший Архип!

– О, барин вернулся! – радостно воскликнул Архип, будто и не было никакого побега. – А мы тут чаёвничаем. Елизавета Павловна угостила.

– Степан, – спросил я, не оборачиваясь, – я один это вижу?

– Не, барин. Я тоже, – голос Степана тоже был удивлённым.

Архип поставил чашку и развёл руками.

– Барин, я всё объясню!

– Очень на это надеюсь, – я сел за стол напротив него. – Слушаю.

Мошенник заёрзал на стуле. Елизавета молча наблюдала за нами, прихлёбывая чай. Похоже, ей было любопытно не меньше моего.

– Ну, значица, дело было так, – начал Архип. – Когда мы с этим… ну, со Степаном люк нашли, я подумал, что вот он, шанс. Пока он там возился, я тихонько в лес – и поминай как звали.

– Это я уже понял. Дальше, – велел я.

– Дальше я побежал. Быстро так, чтоб не догнали. Бежал-бежал, потом иду-иду… – он замялся. – А лес не кончается, барин.

– В смысле? – вскинул я бровь.

– В прямом. Я ж не дурак, по солнцу ориентироваться умею. Шёл на запад, к тракту. А выхожу к вашему поместью.

Я переглянулся со Степаном. Тот пожал плечами, мол, сам впервые слышит.

– Думал, показалось, – продолжал Архип. – Развернулся, пошёл в другую сторону. На юг, к деревням. И что вы думаете? Опять сюда вышел! А потом ещё раз!

– Хочешь сказать, лес тебя не выпустил?

– Ну… да, – он почесал затылок. – Я, барин, человек не суеверный. Но когда третий раз к одному и тому же поместью выходишь, тут уж задумаешься.

Я вспомнил слова Валерьяна: «Этот лес напрямую связан с тобой». Может, связь работает и так? Лес не выпускает тех, кого я не хочу выпускать?

Хотя я вроде не приказывал его держать. Или достаточно было самого намерения? Странно всё это.

– Допустим, – сказал я. – И что дальше?

– А дальше я сел на пенёк и подумал, – вздохнул Архип. – Хорошо подумал. И понял: дурак я, барин. Вы мне две недели работы дали вместо виселицы, крышу, еду. А я давай бежать. Куда? Зачем?

Он посмотрел мне в глаза. И тут я понял, что так просто он бы сочинять это не стал. Я ему почти поверил.

– Барин, решил я, что отработаю – и с чистой совестью уйду. Может, даже рекомендацию дадите, – улыбнулся Архип.

Вот наглец. Ещё и рекомендацию ему подавай. И это после побега!

– То есть вернулся не потому, что совесть замучила, – уточнил я. – А потому, что выгоднее.

– Ну… так и есть, – Архип не стал отпираться. – Совесть – штука хорошая, но на ней кашу не сваришь.

Елизавета фыркнула, едва не подавившись чаем.

– Честный хотя бы, – пробормотала она.

Честностью не пахнет от них обоих, но это вопрос решаемый.

– Ладно, – я забарабанил пальцами по столу. – Принимается. Но учти: второго шанса не будет. Сбежишь снова – искать не стану. Но и в лес мой больше не сунешься. Понял?

– Понял, барин! – Архип расплылся в улыбке. – Вот спасибо! Не пожалеете!

– Уже жалею, – буркнул я, но без злости.

Всё-таки рабочие руки мне были нужны, и ради этого я был готов дать Архипу ещё один шанс. Но присматривать за ним надо будет тщательно, такой человек и украсть чего может. Конечно, если найдёт в этом доме что-нибудь ценное. Я пока не нашёл.

БАМС!

Со стороны лаборатории послышался звук разбитого стекла. Так, там же никого не было!

– А это ещё что такое? – медленно произнёс Степан.

И по страху в его глазах я понял, что слуга точно не пойдёт проверять.

Звук был явно не от разбитого окна. Упало что-то другое. Но никого, кроме нас, в доме нет. И мы ведь только что были в алхимической лаборатории, а там – ни души.

Мог ли кто-то пробраться в дом, пока нас не было? Вполне может быть. Архип с Елизаветой вряд ли бы заметили, если бы кто-то взялся аккуратно перемещаться между комнат. Всё-таки они – гости в моём особняке. Тут только Степан знает, как отличить привычный скрип половиц от чьих-то шагов.

– Что это может быть, Всеволод Сергеевич? – напрягся слуга. – Неужто вломился кто?

– Вот сейчас и узнаем, – я положил ладонь на ручку двери. – Жди здесь. Если дам сигнал – прикажи гостям нашим бежать. В первую очередь пусть прячется Елизавета.

Мало ли, вдруг это за ней прибыли те господа из соседнего графства? Не смогли войти через парадный вход и решить со мной вопрос напрямую – так, может быть, вздумали пробраться и выкрасть девушку тайком?

Ружьё после похода в лес всё ещё висело за моей спиной. Если вдруг в лаборатории кто-то окажется, я буду готов к бою. В другой ситуации я бы не стал встречать незваных гостей с огнестрельным оружием. Всегда можно решить проблему с помощью дипломатии.

Но уж если какая-то зараза прямо ко мне в дом забралась – пусть пеняет на себя!

Я резко распахнул дверь и ворвался в помещение, из которого слышался шум разбитого стекла. Никого в лаборатории не оказалось. Окно цело, в комнате гробовая тишина. Но меня всё равно не покидало странное предчувствие.

Что-то было не так. Будто воздух стал совсем другим. В помещении витал странный запах. Незнакомый, травяной.

Степан, похоже, тоже его учуял. Я услышал, как слуга звучно чихнул.

Почувствовал лёгкое головокружение, но не придал этому особого значения. Сначала нужно убедиться, что я здесь один, а потом уже разбираться с этим запахом.

На всякий случай осмотрел все закутки лаборатории, рассчитывая найти в тёмном углу скрывшегося злоумышленника.

Когда мои поиски подошли к концу, я подошёл к массивному столу, на котором мы сложили банки с сушёными травами.

И обнаружил, что одна из склянок разбилась. Так вот в чём дело… Банка упала, и содержащаяся внутри пыльца разлетелась по всей комнате.

Но с чего бы ей вдруг упасть? Кто-то ведь должен был её столкнуть!

И тут я обнаружил того, кто послужил причиной сложившейся ситуации. На полу лежала ещё одна банка. Она уцелела при ударе и даже не треснула.

А внутри неё кто-то шевелился.

Это что ещё за дела? Мы же сюда только сушёные травы перетаскивали. Откуда внутри банки могло взяться живое существо?

Я присел на корточки и аккуратно приподнял сосуд, чтобы рассмотреть запертое там нечто.

– Чтоб на меня сосна упала… – прищурился я. – А ты ещё кто такой?

– Барин, у вас там всё в порядке? – из коридора послышался голос Степана.

– В полном, – ответил я. – Погоди пока. Не заходи сюда. Кажется, у нас завелись вредители.

– Мыши?! Или крысы? – заохал Степан. – Да я же только что их всех извёл! Может, это… Барин, вы как-то своей силой отвадить их сможете?

– Отважу-отважу, – бросил я, чтобы успокоить Степана. – Возвращайся пока за стол. Я скоро подойду.

– Да, мне нужно присесть. Что-то голова тяжёлая, будто свинцом налилась. Устал, видимо… – вздохнул слуга.

Убедившись, что в лаборатории больше никого нет, я прикрыл дверь, зажёг масляную лампу и принялся рассматривать найденное существо на свету.

Что тут можно сказать? В банке явно не крыса сидела. Я вообще впервые в жизни увидел подобное существо.

Внутри копошился зелёный лист. От него отходило несколько стебельков, которые он использовал как руки и ноги. Между прожилок можно было без труда разглядеть едва заметные глазки, напоминавшие мелкие древесные почки.