Левачёв очень медленно кивнул. За ним и остальные.

– Второе. Перед публикацией эту работу, как и другие, попрошу согласовать со мной. Это мы уже обсуждали.

Я обвёл их взглядом.

– Согласны?

Левачёв ответил, не раздумывая:

– Согласен, барон.

– Марина?

Она выдохнула.

– Согласна.

– Костя?

Костя ответил тихо и хрипло, но без колебаний:

– Тоже согласен.

Я кивнул.

И только тогда положил ладонь на обложку книги и открыл её.

На первой странице, чернилами с лёгкими завитушками, рукой моего покойного деда был выведен заголовок:

«О природе земли живой и силы, в ней сокрытой. Том первый».

Я провёл пальцем по строчке, по засохшим за десятилетия чернилам. Левачёв подался вперёд, не сводя глаз со страницы. Марина тоже. Костя в своём кресле приподнялся.

Я поднял голову. Посмотрел на них троих.

И сказал:

– А теперь начнём. Во‑первых, то, что вы называете “природными проколами”, таковыми не являются…

Я открыл книгу на первой главе. В ней дед размашисто нарисовал схему, отдалённо напоминающую кровеносную систему человека, только вместо вен там были силовые линии земли. Студенты рванули ближе ко мне так резко, что Костя чуть не выпал из кресла.

– Итак, друзья, – я обвёл указательным пальцем круг на странице. – Игорь, я пролистал твой отчёт. Там ты назвал это “аномальным природным проколом с высоким радиационным фоном маны”. Красиво, научно, но, к сожалению, в корне неверно. Видишь ли, это не прокол. Это – исток.

Левачёв лихорадочно скрипел пером, старался фиксировать всё, что я ему говорю. Несколько раз чуть не проткнул свой блокнот.

– Исток? В смысле, ключ? Как родник? – уточнил он.

– Именно. Как бы вам это объяснить… – я задумался. Трудно объяснять учёным то, чего они не знают. Всё‑таки сам я от науки далёк. Но приходится выступать для них кем‑то вроде наставника. – Давай я перескажу вам суть этой книги вкратце. Представьте себе, что наш мир – это огромный сухой сад. А под ним на большой глубине текут реки чистейшей энергии. Однако в некоторых местах почва тоньше, либо же там давление магии выше, и мана сама пробивается наружу. То, что вы замерили – это всего лишь частички магической энергии, что циркулирует под нами.

Пока студенты молча переваривали всё, что им рассказал, я тщательно взвешивал, что сказать дальше. При всём уважении к этим ребятам всю правду я им выдать не могу. Рассказываю им лишь полуправду.

Ведь Исток моего леса, скрытый за тайными тропами – это не какая‑то лужа. А целая прорва энергии, которая питает весь окружающий нас регион. И таких Истоков в Империи по пальцам одной руки можно пересчитать.

Но вслух я продолжил рассказывать несколько иную информацию. Однако им и её будет более чем достаточно.

– Эти точки разбросаны по всему миру, – продолжил я. – Они – причина, по которой магия вообще существует. Если бы не эти источники, магические каналы дворян пересохли бы за неделю. Понимаете, к чему я? Мы просто потребляем то, что выплёскивается из этих “дыр”. Маг сам по себе источником магии не является. Он лишь проводник. Тот, кто способен поглощать эту энергию.

Марина подняла руку, будто мы не в моём кабинете находимся, а на лекции в академии сидим.

– Барон, но если они повсюду, почему их не нашли раньше? Почему наша академия считает магию эфиром, который просто висит в воздухе? – нахмурилась девушка.

– Подозреваю, что это связано с несовершенством вашего оборудования, – улыбнувшись, ответил я. – Либо вы ищете не там, где можно получить истинные данные.

Скорее всего, их приборы замеряют усреднённые показатели. А это то же самое, что пытаться найти во время дождя лужу, которую разлили ещё до того, как сгустились тучи. Но до этого пусть лучше дойдут сами. Моё дело – лишь немного приоткрыть для них занавес.

Костя, до этого сидевший молча, неожиданно подал голос:

– Получается… В вашем лесу находится самый большой источник?

Хорошо, что предположил это именно он. Его гипотезам остальные члены группы обычно верят меньше всего.

– Нет, Костя, – я понизил голос. Старался, чтобы он звучал максимально убедительно. – Мой лес – просто удачное сочетание нескольких малых источников. Ничего сверхъестественного. На самом деле я уверен, что где‑нибудь в районе Урала или на Алтае есть Истоки в десятки раз мощнее моего. Просто там никто не ходил с вашими приборами…

Левачёв замер. Его зрачки расширились. Я закинул наживку. И он проглотил её по самый поплавок. Теперь они будут искать в другом месте. И наверняка что‑нибудь найдут. Там природа должна быть очень сильная. Уверен, их любопытство будет удовлетворено.

– Вы хотите сказать… – Игорь даже привстал, – что если мы применим мой метод в других губерниях, то можем найти новые Истоки? Настоящие центры силы?

– Я в этом убеждён, – кивнул я. – Зачем вам ковыряться в моих оврагах, где я уже всё измерил и записал? Вы же первооткрыватели. Перед вами – целая Империя! Непаханое поле. Напишете об этом научную работу. Станете академиками в двадцать пять лет. Войдёте в историю.

– Это же… это же переворот в фундаментальной магии! – Марина прижала ладони к щекам. – Игорь, ты понимаешь? Мы докажем, что география магии – это не случайность!

– Да‑да, – бормотал Левачёв, уже что‑то яростно чертя в блокноте.

Я чувствовал себя как опытный гид, который уводит назойливых туристов от секретной военной базы. Мне нужно, чтобы они уехали отсюда с горящими глазами. Чтобы мечтали об экспедициях на край света, а не о том, как бы пробурить скважину в центре моего леса.

– А Чернов? Озёров? – вдруг спросил Костя. – Они знают об этом?

– Эти двое знают, только как нажиться на силе моей земли, – отрезал я. – Уж простите за вульгарщину, но я бы сравнил их с крысами. Они знают, что здесь “вкусно”, но ничего не смыслят в кулинарии. А с вами ситуация иная. Вы же учёные.

– Барон, а можно… можно мы перерисуем вот эту схему? – Левачёв дрожащим пальцем указал на рисунок деда.

– Перерисовывайте. Но помните об условии: в вашей работе это должно называться как угодно, но без привязок к фамилии “Дубровский”. Назовите это Линиями Левачёва, если хотите – мне всё равно.

Игорь аж покраснел от предвкушения.

– “Линии Левачёва”... А что? Звучит солидно.

– Очень солидно, – подтвердил я, с трудом сдерживая смех. – Но учтите: как только вы это опубликуете, начнётся гонка. Все захотят найти свой Исток. Поэтому советую вам помалкивать, пока не подготовите базу для первой экспедиции куда‑нибудь подальше отсюда. Например, в Сибирь. Там, говорят, аномалии такие, что компасы с ума сходят.

– Мы будем молчать, барон! – горячо заверила Марина. – Правда, ребят?

– Клянусь, – закивал Костя.

– Мои записи – ваша собственность до момента печати, – торжественно произнес Левачёв.

– Вот и отлично, – я захлопнул книгу. – На сегодня лекция окончена. Идите отдыхать. Завтра Степан даст вам провизию в дорогу и новые инструменты взамен тех, что остались у Чернова. У вас есть четыре дня, чтобы закончить замеры и собрать чемоданы.

Студенты направились к выходу, но продолжали что‑то бурно обсуждать. Левачёв уже на ходу объяснял Марине, почему им нужно срочно заказать новую партию медных стержней. Подозреваю, сегодня они точно не уснут!

Когда дверь за ними закрылась, из тени книжного шкафа появился Валерьян. Его прозрачная физиономия выражала крайнюю степень восхищения. Но так же в ней читалось и недовольство.

– Ну ты и заливаешь, Севка! – дед громко хохотнул. – “Линии Левачёва”! Ты ведь только усложнил им работу.

– Наоборот, я дал им шанс совершить открытие. И они не будут копать под моим порогом, – я удовлетворённо откинулся на спинку кресла. – Им нужна великая цель, дед. Я дал им её. Пускай ищут Истоки по всей Империи. Глядишь, и правда что‑нибудь найдут – мир большой, не может быть, чтобы я был единственным везунчиком с живой землёй.