Я замер в тени ясеня, слился с его аурой, чтобы меня никто не заметил. Лес вибрировал под моими ногами, указывал на одного из незнакомцев – высокого мужчину в сером походном костюме. Он сидел ближе всех к огню. От него исходило что‑то… чужеродное. Не злое, но совершенно не вписывающееся в местную экосистему.

– Игорь, маятник всё ещё сбоит? – спросила женщина, помешивая что‑то в котелке. – Мы уже два часа в этой низине, фон должен был стабилизироваться.

– В том‑то и дело, Марина, что он не сбоит, – отозвался мужчина в сером, вертя в пальцах тяжелый металлический грузик на цепочке. – Он указывает на центр. Мы буквально сидим на источнике. Но он какой‑то… закрытый. Словно под замком.

– Может, барон что‑то сделал? – подал голос третий, совсем молодой парень. Он нервно озирался по сторонам, но меня пока что не заметил. – Говорят, тут после смены владельца чертовщина началась. Лес как живой стал.

– Барон – дилетант, – фыркнул Игорь, и маятник в его руке на мгновение вспыхнул тусклым синеватым светом. – Получил силу по наследству и небось сам не понимает, на каком сокровище сидит. Завтра на рассвете, когда Исток откроется для подпитки, мы снимем основной замер. И тогда никакие замки его не спасут.

– А если он нас найдёт? – парень поежился, укутался в куртку. – Здесь же частная территория. Собаки, охрана…

– Какая охрана, Костя? – Марина тихо рассмеялась. – Мы за три версты от поместья. Здесь глухомань, даже егеря сюда не забредают. Пей чай и готовь аппаратуру. Утром нам нужно быть у того камня в полной готовности.

Дилетант, значит?

Я почувствовал, как внутри закипает холодная ярость, и лес мгновенно отозвался. Качнул ветви над их головами.

Ищут какой‑то камень. В моём лесу. Да ещё и без спроса! Интересно…

Они не были браконьерами или слугами Тенелиста. Обычные искатели аномалий, “туристы”, решившие, что этот лес – ничейная кладовая. Но тот факт, что один из них обладает артефактом, способным чувствовать местную магию, делает их опасными.

Больше меня всего беспокоит Игорь. Лес не просто злится на него – он его боится. Словно в кармане у этого человека лежит что‑то, способное выпить силу земли досуха.

Я медленно отделился от ствола ясеня. Пора было познакомиться с гостями и объяснить им разницу между заброшенной территорией и владениями Дубровского.

Шагнул вперёд, появился из‑за дерева прямо перед носом Кости. Однако лес окружил меня своей магической аурой и, готов поспорить, со стороны всё выглядело так, будто я выбрался прямо из коры.

Парень вскрикнул, отпрянул и повалился на спину, едва не угодив в костёр. Марина выронила черпак, а Игорь мгновенно вскочил, сжимая свой маятник как кастет.

– Добрый вечер, – я обвёл их спокойным взглядом. – Чай пьёте? Может, и меня угостите в таком случае?

– Ты… ты откуда взялся?! – Костя заикался, пытаясь отползти подальше. – Ты из дерева вышел! Марина, он из дерева вышел!

– Глаза тебя обманывают, парень. Ночь, тени, воображение разыгралось, – я подошёл к огню и погрел руки. – А вот дым настоящий. И лес от него кашляет.

Игорь медленно выставил руку вперёд. Металлический грузик на цепочке бешено завращался, испуская тонкий, свистящий звук. Синеватое свечение маятника сменилось на багровое.

– Кто вы такой? – голос Игоря дрогнул, хотя он изо всех сил старался казаться суровым. – Мы здесь по научному делу. Если вы егерь, то мы можем договориться. У нас есть разрешение на замеры в диких зонах.

– Разрешение? – я усмехнулся, глядя на то, как багровеет его артефакт. – От кого? От Министерства лесного хозяйства? Или, может, от того самого “дилетанта‑барона”, о котором вы тут так лестно отзывались?

Марина замерла, побледнела. Игорь сглотнул, покосившись на маятник, который теперь вибрировал, пытаясь вырваться из его пальцев. Видимо, чувствовал мою магию.

– Вы всё слышали, – констатировала она, прижимая руки к груди. – Мы не хотели обидеть владельца. Мы просто…

– Просто решили, что хозяин спит, а дом ничейный, – я перебил её и сократил дистанцию. – Я слышал, что вы ищете какой‑то камень. Ждёте рассвета. А ваш приборчик, кстати, сейчас сойдёт с ума, Игорь. Знаете почему?

Игорь попятился, его рука задрожала.

– Он показывает запредельный уровень… Словно… Словно вы и есть этот лес.

– Почти угадали, – я выпрямился, и тени от костра за моей спиной сплелись в очертания когтистых лап. Похоже, лесавки решили подшутить над вторженцами вместе со мной. – Довольно притворства. Я готов представиться. Барон Всеволод Сергеевич Дубровский. К вашим услугам.

Наступила мёртвая тишина. Слышно было только, как трещат угли и как Костя стучит зубами.

– Барон? Настоящий? – Костя наконец обрёл дар речи, глядя на меня снизу вверх. – Простите нас… Мы не шпионы. Мы из Саратова! Из магической академии!

– Студенты? – я приподнял бровь. – Готовы нарушить закон ради дипломной работы?

– У нас практика! – быстро затараторила Марина, осознав, что я не собираюсь их убивать на месте. – Кафедра природной энергетики. Нам куратор сказал, что здесь уникальное место, неисследованный узел. Мы просто хотели собрать данные для научной работы. Честное слово!

– Игорь – наш старший, он аспирант, – добавил Костя, поднимаясь на ноги. – Мы думали, что барону всё равно. Ну, земли‑то огромные…

– Барону не всё равно, – я посмотрел на Игоря, чей маятник наконец затих, бессильно повиснув на цепочке. – Особенно когда аспиранты лезут к местной магии с такими игрушками. Они пугают мои деревья.

Игорь осторожно убрал артефакт в карман. На его лбу выступила испарина.

– Мы не знали, что вы… такой. В учебниках пишут, что связь с родом восстанавливается годами, – принялся оправдываться он. – А мы слышали, что вы совсем недавно… Ну… Вы поняли.

– Учебники тоже иногда врут, – я кивнул на костёр. – Тушите огонь. Собирайте палатки. Пока что ваши объяснения звучат неубедительно. Не вижу смысла позволять вам бродить здесь. Если вам нужно официальное разрешение, вам придётся меня убедить.

Игорь нервно поправил воротник своей куртки, в его взгляде мелькнула злость, которая никак не вязалась с дрожащим маятником в кармане.

– Послушайте, барон, мы здесь не грибы собираем, – он попытался вернуть голосу твёрдость. – Это исследование критически важно для академии. На вашем месте я бы не препятствовал науке. Если возникнут проблемы, наш ректор найдёт способ убедить вас… ну, через нужные связи в министерстве.

Я лишь усмехнулся, глядя на этого напыщенного индюка. Угрожать мне связями после того, как я только что напугал их самим присутствием леса, было верхом глупости.

– Барон, постойте! – Костя, самый молодой и, очевидно, самый адекватный, замахал руками. – Не слушайте его! Мы тут вообще‑то кое‑что нашли. Аномалии. Странные такие точки, понимаете? Если позволите остаться, мы будем вам всё‑всё сообщать. Изучим их, составим карту, а данные – сразу вам на стол!

А вот это уже разговор. Если в моем лесу есть очаги, которые я пропустил, их приборы могут стать моими глазами.

– Костя, прикуси язык! – рявкнул Игорь на парня. – Ты что несешь? Это часть нашей научной работы, закрытые данные! Ты вечно болтаешь лишнее, подставляешь всю группу. Никто не должен знать о результатах до публикации!

– Да какой публикации, Игорь?! – вмешалась Марина, с силой бросив ложку в котелок. – Нас сейчас отсюда под конвоем выведут, и никакой работы не будет! Барон имеет право знать, что творится на его земле. Либо мы делимся информацией, либо пакуем вещи и идём три версты по темноте. Выбирай!

Игорь покраснел, желваки на его лице заходили ходуном. Он переводил взгляд с Марины на меня, дышал тяжело, как лёгочный больной. Но не от хвори, а от ярости. Казалось, ему физически больно отдавать свои секреты “дилетанту”. Наконец он сдулся, плечи понуро опустились.

– Ладно, – выдавил он сквозь зубы. – Чёрт с вами.

– В общем, – Костя понизил голос, – мы выявили несколько точечных аномалий. Они крошечные, буквально пару метров в диаметре, но фон там… как бы это сказать, чтобы вы поняли… фон игольчатый. Очень резкий и тонкий.