Штейн сидел на своем черном звере, небрежно опершись руками о руль. Он не шевелился, но Катя кожей чувствовала его сканирующий, тяжелый взгляд из-под темного визора. Он изучал каждое ее мимолетное движение, каждую складку шелка на ее девичьей молодой груди, которая вздымалась от волнения.Внутри него бушевал пожар, который он с трудом скрывал под маской ледяного спокойствия. Он был восхищен тем, как идеально его подарок сел на ее тело и тем, с каким достоинством и грацией она демонстрирует свой смелый образ. Она была его высшим достижением, его самым дорогим трофеем. Видеть, как сотни мужиков сворачивают шеи, глядя на его «ученицу», доставляло ему почти физическое собственническое удовольствие.

Он чувствовал дикий прилив триумфа: эта безупречная, чистая девочка, по которой сворачивают сейчас шеи байкеры, шла прямо к нему, публично признавая свою принадлежность. Она была его призом, который он сам себе назначил и сегодня он собирался насладиться этим выигрышем сполна.

— Привет, нежный цветочек, — тихий ласковый голос обдал ее колким льдом, проникающим под кожу, возвращая ее в этот мир.Катя чуть не спотыкаясь остановилась, словно врезаясь в бетонную стену.

Это был Дэн. Он обошел ее, изучающим, даже смакующим взглядом дегустировал её суть, её кожу, её вспыхнувший страх. Очаровательные глаза с бриллиантовым блеском, в которых простиралось что-то жуткое, подавляющее волю, что-то тёмное и смертельно опасное, сковывающее по ногам и рукам, сейчас горел интерес со смесью холодного расчета.

— Привет, — прохрипев в ответ, машинально положила ладонь на шею, разглядывая его рваный устрашающий шрам уходящий под футболку.Его ресницы опустились на ее пальчики...

— Тебе не стоит меня бояться, маленькая, я лишь хотел поприветствовать столь нежного ангела — вытягивая слова опасно ласковым голосом.

Катя кивнув спешно обошла его, устремляясь к Артему. Когда она остановилась в шаге от его переднего колеса, он медленно выпрямился и в тишине наступившей вокруг них, было слышно только, как щелкает остывающий металл его мотора.Катя подошла вплотную, смело подалась вперед и запечатлела мягкий, тягучий поцелуй на его шее. Сегодня он был без куртки — тонкая черная футболка обтягивала его рельефные плечи, а отсутствие защиты делало его образ еще более диким и опасным.

Дэн, лениво выдохнув проводив взглядом Катю, ухмыльнувшись обернулся на публику, запертую за заграждением.

Белая футболка плотно облегала рельефный торс, подчеркивая каждое движение, а массивные цепи на груди негромко позвякивали, перекликаясь с блеском серег в его ушах. Рваный белесый шрам, змеей уходящий под ворот, напоминал о том, что этот блондин знает о боли всё.

— Милые куколки, кто готов стать двойкой Красного демона? — его голос, пропитанный вкрадчивой хрипотцой, заставил толпу девушек затрепетать. — Прошу, я выбираю.

Девчонки звонко смеясь выбежали на встречу к Дэну.

Он медленно двинулся вдоль строя, обдавая каждую претендентку своим препарирующим, «эмоционально выпивающим» взглядом. Девушки подмигивали, стреляли искушенными взглядами, пытаясь привлечь его внимание, а Жанна, лихорадочно выпятив грудь и закусив губу, буквально пожирала его глазами. Дэн шел не спеша, пластично покачивая бедрами, пока его пытливые глаза, сияющие одержимостью, методично сканировали «материал».

— Я поеду! — выпалила Жанна, останавливая его рядом с собой.

— Какая бесподобная самоуверенность, — ухмыльнулся он, и этот звук, приглушенный пластиком шлема, прозвучал как вкрадчивое рычание хищника. — И что же ты можешь предложить мне в оправдание своего выбора?

Дэн шагнул вплотную, сокращая дистанцию до опасного минимума, заставляя Жанну невольно вжаться в холодные перила.

— Ты не пожалеешь, — выдохнула она, дерзко подмигнув собственному отражению в его зеркальном визоре, все еще пытаясь удержать маску искушенной соблазнительницы.

— А если пожалеешь ты? Если я тебя разочарую? — Дэн поднял визор, и его глаза, стеклянные и абсолютно безмолвные, прошили Жанну насквозь, лишая привычной смелости. Это взгляд не обещал ласки и нежности, сладкой ночи, возбуждающих речей, он пугал своей абсолютной глубинной пустотой.

— Я... я-я... — Жанна впервые в жизни запнулась, чувствуя, как язык каменеет, а тело немеет под этой тяжелой, удушающей волной угрожающей энергии, исходящей от блондина.

Его холодные, но нежные, длинные пальцы сомкнулись на её запястье. Дэн чуть надавил, безошибочно находя чувствительную точку, и, не сводя с неё своего взгляда, заставил её вздрогнуть.

— Ты дрожишь... как я и предполагал. Твоя храбрость слишком фальшива, куколка, — он наклонился еще ниже, и его шлем коснулся её головы, загоняя её в тесную ловушку своего присутствия. — Ты сломаешься гораздо раньше, чем я начну.

Его голос, наполненный издевательской лаской, прозвучал как приговор. Дэн резко отступил на шаг, небрежно скидывая её руку, словно коснулся чего-то ненужного, и обернулся к парням. На этом его интерес угас, посчитав девушку слишком слабой.

— Хотя... пусть будет она, — он коротко кивнул в сторону побледневшей Жанны, чье лицо в свете прожекторов приобрело восковой оттенок.Она стояла неподвижно, захлебываясь собственным страхом, и даже не догадывалась, что в этот миг сама шагнула к краю бездонной пропасти. Темное безумие Дэна, скрытое за его точеными чертами, уже начало поглощать её, превращая легкомысленный флирт в начало её самого страшного кошмара.

Жанна, не раздумывая ни секунды, буквально выпрыгнула вперед, озаряя пространство дерзкой улыбкой. Подруги обменялись быстрыми, понимающими взглядами, в которых азарт смешивался с предвкушением безумной скорости.

Катя грациозно перекинула ногу через сиденье, усаживаясь позади Артема. Короткая юбочка предательски взметнулась вверх, на долю секунды открыв ликующей публике вид на её белоснежные трусики. Свист и одобрительный гул прокатился по рядам зрителей. Он заметил это в зеркале заднего вида, лишь довольно хмыкнул — он знал, какой эффект произведет его Снегурка и это факт подстегивало его азарт.Он, по-хозяйски собственническим жестом, медленно провел ладонью по её обнаженной ноге, замечая ее волнение.

— Дыши, Катя и доверяй мне, — его голос, пропитанный низкой хрипотцой, прозвучал прямо в её сознании. — Слушай внимательно. В повороты входим как единое целое. Если я валю байк вправо — ты уходишь со мной. Не сопротивляйся центробежной силе. Просто чувствуй каждое движение моего тела и повторяй. Поняла?

Катя, защелкнув визор шлема, лишь коротко кивнула, вжимаясь всем телом в его широкую спину. Её руки, судорожно сжав его кожаную куртку, ощутили перекаты стальных мышц.

Стартовая линия.

Рев моторов взорвал временную тишину аэродрома, превращая воздух в раскаленную взвесь из бензина и адреналина. Артем резко выкрутил ручку газа, и байк, встав на заднее колесо в мощном рывке, сорвался с места, унося их в темноту ночного трека.Он гнал как разъяренный зверь, выжимая из мотора всё до последней капли. Катя, оглушенная неистовым свистом ветра и запредельной скоростью, находилась в состоянии шокового транса, но её тело, ведомое инстинктом и его волей, покорно следовало каждой инструкции. Она буквально слилась с его спиной, становясь его бесплотной тенью, чутко реагируя на малейшее смещение его веса в крутых виражах.

Всё изменилось в одно мгновение на очередном затяжном повороте. Марк, движимый горячим азартом, резко пошел на обгон и подрезал их, едва не задев переднее колесо.

— Блять! — яростный хрип Артема захлебнулся в реве мотора.

Байк под ними опасно вильнул, теряя сцепление с асфальтом на самом пике наклона. Огромная машина забилась под ними в конвульсиях, сотрясая их тела бешеной вибрацией, от которой зубы клацали друг о друга. Из ее груди вырвался крик, пальцы впились в его кожу.

— Сука-а-а! — Артем, напрягшись до хруста в суставах, до белизны в костяшках сжал руль, пытаясь усмирить взбесившегося неуправляемого зверя.Его мышцы под пальцами Кати превратились в каменные жгуты. Он боролся за каждый сантиметр траектории, не давая байку перевернуться и выбросить их на раскаленное полотно трека. На долю секунды показалось, что падение неизбежно, но Артем, навалившись всем своим весом и силой, чудом выправил руль.