Та затрещала, и несколько кусков цемента упали на землю. Недолго думая крат отошел и снова ударил в то же место. Хм, умно. Неужто и впрямь монстры начали умнеть?

В это время в общине началась паника. Жители слышали грохот и знали, что это означает. У стены, кроме охотников, собрались мужчины от мала до велика. Кто‑то пришел с топором. Кто‑то с вилами. Кто‑то с лопатой. Бежать им некуда и помощи ждать неоткуда, поэтому своих родных они будут защищать ценой собственной жизни.

Когда крат отошел в третий раз, я решил, что пора действовать. Опустившись на землю, вернул свой облик и первым делом призвал на помощь деревья. Корни и ветки пришли в движение. Деревья зашумели, осыпая монстра хлесткими ударами веток, сдавливая бока толстыми стволами и приковывая его к земле своими корнями.

Крат взвыл и попытался вырваться, но уже был обречен. Сотни тысяч насекомых, зверей и птиц облепили его, нанося ранения. Насекомые проникали в его уши, глотку и ноздри, жаля ядовитыми жалами, орудуя острыми жвалами и оставляя ядовитую слизь. Хищники вгрызались в него зубами, а птицы выклевывали глаза.

Отчаянный, истошный вопль крата разносился по округе. Люди на той стороне стены не понимали, что происходит. Они настороженно прислушивались и переговаривались. Я же пожалел, что до сих пор не сделал себе посох. Без него я могу полагаться лишь на силы природы, которые приходят на мой зов, но не использую собственную энергию, которая преобразуется в мощный направленный пучок, имеющий разрушительную силу. Когда доберемся в Волчий Край, первым делом займусь посохом.

Мучения крата закончились через пару минут. В этом мире все умеют убивать, поэтому общими усилиями мои помощники расправились с монстром, от которого до этого шарахались и старались держаться подальше.

Я поблагодарил их за помощь и воробьем перелетел через стену. Незамеченным подошел к Женьке, который был так напуган, что весь съежился и пристально смотрел на стену, по которой в разные стороны расползлись трещины.

– Расслабься, – хлопнул его по плечу.

Друг подпрыгнул на месте от неожиданности и с облегчением выдохнул.

– Ну что? Ушел крат? – понизив голос, спросил он.

– Нет. Он уже никогда никуда не уйдет.

– Что это значит?

– Мертв.

Женька продолжительно выдохнул и кивнул.

– Это хорошо. Пошли спать.

Мы пошли к гостинице. Женька уже не удивлялся тому, что я в одиночку смог расправиться с кратом. Однако местным я ничего не сказал. Не мог же признаться чужим людям, что убил крата. Завтра сами все увидят, если осмелятся выйти за ворота.

Ночь прошла спокойно, но утром все только и говорили о ночном происшествии. Многие были убеждены, что крат просто ушел и следующей ночью снова вернется, поэтому надо срочно ремонтировать стену. Правильное решение, ведь на смену этому крату может прийти другой.

После завтрака мы подошли к воротам и увидели Свету.

– Я поеду с вами! – сияя от радости, объявила она.

– Тебя что, из дома выгнали? – хмыкнул Женька.

– Нет, я просто поговорила с родителями и объяснила, что уже достаточно взрослая, чтобы принимать решения. А после того, как ночью крат чуть не ворвался в нашу общину, они сами предложили мне поехать с вами.

Женька что‑то невнятно пробурчал и пошел заводить машину. Вскоре к нам присоединился Бинокль с женой и сыном.

– После обеда уже будем в Волчьем Крае, – сказал он.

– Помнится, в тот раз мы от Края до Улья целый день добирались, – задумчиво проговорил Женька,

– Потому что были с караваном. Без них мы быстро доедем.

Страж ворот привел в движение механизм, и ворота открылись. Мы продолжили путь.

Ехали быстро, ведь любые звуки привлекают кратов, а мы очень не хотели с ними встречаться.

Через час Бинокль, который на этот раз ехал впереди, резко остановился. Женька едва успел нажать на тормоз, чтобы не влететь в него.

– Что случилось? – встревоженно спросила Света.

– Сейчас выясню.

Я вышел из машины и сразу все понял. Дорога была размыта мощным потоком дурнопахнущей воды, бьющей из‑под земли.

– Что это такое? Откуда столько воды? И почему она такая вонючая? – Бинокль вышел из машины и сморщил нос.

– Это отходы Верхнего мира. Они текут по трубам в Большую воду, но, видимо, в этом месте их прорвало.

– Дрянь! И что теперь делать? Как объезжать?

В это время к нам присоединились Женька со Светой и жена Бинокля.

Я огляделся. С двух сторон высились деревья – на машине точно не объехать, а пешком идти далеко. Но у меня в голове тут же зародился план.

– Садитесь в машину. Я сейчас организую мост, – велел остальным.

– Как? Что ты намерен делать? – с сомнением спросил Бинокль.

– Сейчас сами все увидите.

Вскоре, повинуясь моему приказу, через поток воды перекинулся мост, сотканный из корней деревьев.

– Это точно безопасно⁈ – прокричал Бинокль.

– Да, езжай!

Охотник высадил жену с ребенком и медленно подъехал к «мосту». Я видел, что он сомневается, ведь машина весила больше тонны.

– Езжай! – повторил я и махнул рукой.

Бинокль вцепился в руль и заехал на мост. Корни затрещали и местами прогнулись, но выдержали. Следом проехал Женька, а я помог семье Бинокля перебраться на другую сторону.

– Державин, ты меня удивляешь. Неужели твои возможности безграничны? – восхищенно проговорил Бинокль.

– Нет, не безграничны, но я расту, – улыбнулся я.

Оставшийся путь мы проехали без происшествий и, как и говорил охотник, после обеда подъехали к воротам Волчьего Края.

Вскоре ворота пришли в движение и распахнулись. Кроме стража ворот, гостей встречал Иван. Узнав нас, расплылся в улыбке и замахал рукой. Знал бы он, какие новости мы привезли, так бы не радовался.

Радости от встречи не было предела. Иван обнял нас обоих и, познакомившись со Светой, сразу решил, что она невеста Женьки. Тот начал так активно отнекиваться, что девушка даже обиделась.

Мальчишки, всегда с любопытством встречающие тех, кто въезжает в общину, тут же донесли Женькиному отцу, что сын вернулся, поэтому старик сломя голову бежал нам навстречу.

– Ох ты батюшки, – всплеснув руками, старик крепко обнял сына и, не сдержавшись, заплакал.

– Все нормально, батя. Ты чего раскис?

– Как же не раскиснуть, если о тебе все дни и думал. Ведь ни весточки от вас не было. Кто‑то говорил, что на караван крат напал. Я уж себе навыдумывал всякого.

– Все хорошо, пошли домой. Я тебе все расскажу, – закинув на плечо рюкзак с вещами, он обнял старика за плечи и вместе они неспешно двинулись в сторону своего нового дома, который выделил им Иван на Первой улице.

Свету я пригласил к нам отдохнуть и перекусить, еще не до конца понимая, куда ее поселить. В нашем небольшом домике места для нее нет, но можно попросить кого‑нибудь из местных приютить девушку. Например Ворона – у них детей нет, поэтому, думаю, будут рады гостье.

Анна и Авдотья были на полях, поэтому дома нас никто не встречал. Однако обе вскоре прибежали, ведь вести по общине разлетаются с огромной скоростью.

– Сынок, живой! – Анна заключила меня в объятия. – Загорел, подрос и будто в плечах расширился.

– Дай мне на внука полюбоваться. – Авдотья отодвинула ее, сначала оценивающе оглядела меня и, расплывшись в довольной улыбке, крепко обняла. – Не виделись всего ничего, а ты успел возмужать и повзрослеть.

– Есть такое дело, – улыбнулся я.

С каждым новым уровнем развития у меня не только появлялись новые способности, но и изменялось тело: кости укреплялись и мышцы наливались силой.

Затем женщины накинулись с вопросами на Свету. Та вежливо отвечала и вообще выглядела душкой, чем очень удивила меня. Я уже успел изучить ее вздорный характер и знал, что на многие вопросы нам с Женькой она бы не ответила и начала огрызаться, но сейчас вела себя так, будто была совсем другим человеком. Вот умеют же женщины подстраиваться под ситуацию и людей.