– Я нанес руны силы и стойкости. Это позволит воротам дольше продержаться, – сказал Бинокль Ивану и поднялся с колен. – Только мне нужно немного золы. Где бы мне ее взять?

– Здесь! – подал я голос и указал на кострище, где сжег хлам из сторожки Глухаря. – Подойдет?

– Да.

Бинокль насыпал золу в ладонь, порезал палец лезвием топора и смешал собственную кровь с золой.

– Зачем это? – напрягся Иван.

– Нужно закрепить чары, чтобы руны подольше действовали, – пояснил маг и обмазал полученной кашицей все непонятные значки и черточки, что вырезал.

Критично оглядев свою работу, Бинокль кивнул:

– Готово.

– Благодарю. – Иван протянул руку. – Что ты хочешь взамен?

– Да брось ты, – отмахнулся охотник. – Ты и так щедро нам платишь. Но я бы хотел попросить кое‑что у твоего сына.

Оба мужчины повернулись ко мне. Я же невольно насторожился. Неужели за свою услугу он будет просить пригнать к нему стадо оленей или другую живность?

– Что вы хотите? – спросил, уже подготовив слова отказа, ведь я не убийца, а друид.

Если воспользуюсь свой способностью призывать зверей, значит, у них не будет никакого шанса спастись, а это точно не про гармонию и баланс.

– Помоги поймать Лигрора, – попросил он и выжидательно уставился на меня, ожидая ответа.

– Кого?

В первый раз слышал это название. Память Егора тоже молчала.

– Крат под названием Лигрор, – пояснил Иван и добавил, обратившись к Биноклю: – Лигроров уже давно никто не встречал. Говорят, их больше не осталось.

– Вот и проверим, остались они или нет. Но я в прошлый свой приезд нашел вот это.

Бинокль вытащил из кармана носовой платок и развернул его. Внутри лежал клок шерсти. Я подошел поближе и увидел, что шерсть переливается серебряным светом, будто сделана из тончайших серебряных нитей.

– Похоже на шерсть Лигрора, – вынужден был согласиться Иван после того, как на свету посмотрел на шерсть. – Если получится его поймать, то хорошо заработаете, только причем здесь Егор. Он‑то чем вам поможет?

– Если на его «зов» пришли даже медведи, может, и крат придет?

Оба снова уставились на меня. Мне же нечего было ответить, ведь я не знал, смогу ли это сделать. Что у кратов нет души и я не могу призвать ее, мне уже давно понятно, но я ни разу не использовал способность Системы и не приманивал кратов.

– Можно попробовать, – ответил на их вопросительные взгляды.

– Вот и славно, – обрадовался Бинокль и в предвкушении потер руки. – Значит, завтра на рассвете идем на охоту. Если ты поможешь нам добыть Лигрора, я обещаю десять процентов от выручки отдать тебе.

– Постараюсь, но ничего не обещаю. Кратов я еще не призывал, – с сомнением произнес я.

– Заодно проверишь собственные силы, – подмигнул мне охотник.

Иван и Бинокль двинулись по общине, чтобы созвать людей и поменять ворота, я же обратился к Ларе:

«Могу ли я с помощью способности призвать крата?»

«Все возможно, доблестный рыцарь,» – ответила Лара.

«Все возможно? Это и есть твой ответ?» – Меня переполняло возмущение.

«Да».

«Гниль в корень! Нельзя ли яснее отвечать на вопросы?»

«Нет».

Я с раздражением выдохнул. Ну ладно, надо пробовать.

У ворот собрались самые крепкие мужчины общины, а также те, кто пришел поглазеть: не каждый день меняют ворота в Дебри. Иван был очень взволнован, ведь от того, как пройдет смена ворот, будет зависеть безопасность Волчьего Края.

Первым делом он отправил охотников расчищать округу у ворот и следить за тем, чтобы ни один зверь не приблизился к поселению. Бинокль уверил, что в это время кратов не бывает, а с волками и медведями они справятся в два счета, но видно было, что эти слова не успокоили нового наместника и он не перестал тревожиться.

– Не знаю, сколько времени у нас займет смена ворот, но вы уж постарайтесь, братцы, – напутствовал он охотников. – Если хоть один ящер заявится…

Он не стал договаривать, но все и так поняли, что будет в таком случае. Без ворот вся община очень уязвима. Таким гигантам, как краты, людям нечего противопоставить. После того как охотники вышли через дверь в воротах, Иван окинул взглядом решительно настроенных мужчин.

– Надо сработать быстро и по возможности бесшумно, чтобы не привлечь кратов. Ну что ж… за дело, – выдохнул он.

Вооружившись плотницкими инструментами, мужчины принялись отвинчивать и спиливать старые петли и снимать засовы. Чтобы достать до верхних петель, приходилось подниматься на лестницы, которые придерживали те, кто не был занят в смене ворот.

– Здорова, – рядом со мной появился Женька и принялся помогать отковыривать огромные гвозди из нижней петли левой створки.

– Привет. Ну что, научился на машине ездить?

– Ну‑у‑у, – замялся он. – Я думал, будет легче. Надо одновременно нажимать педаль, переключать передачу, держать руль и следить за дорогой. У меня ум за разум заходит. Похоже, не выйдет из меня водителя.

– Погоди руки опускать. Пробуй. Как же мы в Высокий Перевал уедем, если ты водить не научишься?

– Тебя все равно не отпустят, – махнул он рукой и с треском вырвал клещами старый ржавый гвоздь длиной в мои две ладони.

– Уже отпустили, – ответил с довольным видом.

– Честно? – удивился он. – И как ты смог их уговорить?

– Нашел нужные слова, – улыбнулся я.

Когда все петли и засовы были сняты, Иван разогнал зевак подальше и махнул рукой. С помощью канатов, привязанных к самому верху ворот, мужчины потянули на себя тяжелые створки.

– Раз – два, взяли! – командовал Иван, сам всей силой упираясь ногой и протезом в землю и таща за собой канат. – Еще раз! Раз‑два! Взяли!

Ворота поддались не сразу, пришлось постараться. Сначала с грохотом свалилась на землю левая створка, а сразу за ней – правая.

Вся община притихла, настороженно прислушиваясь к лесу, который открылся перед нами.

– Как же страшно‑то, – испуганно пролепетала старуха, стоящая рядом со мной, прижала руку к груди и попятилась.

Я огляделся и увидел, что остальные чувствовали примерно то же самое. Общинники почти никогда не выходили за высокие стены и боялись не только кратов, но и самого леса. Нужно время, чтобы люди примирились с природой, но это обязательно произойдет. Я в этом уверен.

Чтобы подтащить новые ворота, нужно было для начала разобрать старые, чем и занялись плотники. Железо срывали и кидали в одну кучу, а деревянные доски относили в сторону. Часть из них можно использовать для ремонта построек, а те, что совсем раскрошились, пустят на дрова.

Мы с Женей помогали, оттаскивая железные пластины и складывая толстенные доски. Зевак, что с любопытством наблюдали за сменой ворот, заметно поубавилось. Открытый проем в стене пугал их не меньше крата. Уж лучше за стенами дома, который вряд ли спасет от ярости чудовищ, но хоть какая‑то защита.

Примерно через час начали установку. Для этого сначала подтащили новые ворота со следами крови Бинокля, затем прикрепили к ним канаты и с помощью механизма, который открывает ворота, начали поднимать тяжелые створки.

– Раз‑два, взяли! – снова командовал раскрасневшийся Иван.

Он наравне с остальными поднимал новые ворота, которые, в отличие от старых, были из свежей древесины и потому гораздо тяжелее. К тому же поднимать – не ронять, для этого требуется больше сил.

С трудом, но нам удалось поднять створки. Быстро закрепив их к стене, чтобы снова не свалились, принялись проверять, насколько хорошо они открываются и закрываются. В некоторых местах пришлось поработать топором, а кое‑где, наоборот, прибить пару полосок, чтобы ворота закрывались наглухо и без просвета.

После того как проверили, насколько плотно входят засовы в пазы, и заперли ворота, все с облегчением выдохнули. В общине вновь воцарилось спокойствие. Люди приходили посмотреть на новые ворота, а Иван пригласил своих помощников в трактир, где щедро угостил выпивкой. Мы с Женькой взяли по кружке кваса и вышли на улицу.