Добравшись до подземелья, колдун застал там ожидаемую картину. Видел издали, и знал, что так будет. Инфей развлекала разговором несколько игроков. Достаточно настырных, чтобы считать, будто могут претендовать на ее симпатию. Рядом стоял хмурый Горат, никак не участвующий в разговоре. Он тоже время от времени бросал на Инфей весьма красноречивые взгляды. Но ему хватало ума не питать надежд.

«Всем бы такие проблемы с головой, как у него. Явно сообразительности прибавляют. И мой кровавый круг быстрее мог бы прогрессировать».

Заметив приближение главного действующего лица, назойливые вечные соизволили покинуть компанию демоницы. С неохотой они уходили за спину облаченному в черное магу, присоединяясь там к остальным. Собираясь в кучу и группки по интересам. Некоторые держались отдельно из соображений уже продуманного плана на совместную игру и прокачку. Другие просто были друзьями. Среди игроков отсутствовала однородность, но имелось кое-что, их объединяющее. Они хотели наконец-то начать играть. Делать хоть что-то менее скучное, чем сидение внутри поселка, пока в реальности тянется все более строгий карантин.

— Пора исполнять обещания. — произнес колдун, вставая спиной к проходу каменной коробки. — Вот заклинания. — перед ним расцвели три формулы, разделенные расстоянием в метр. — Слева на право: Чародейские Стрелы, Толчок и Комета Азара. Первое выпускает девять снарядов, разбитых на три волны. Второе может оттолкнуть, полезно, когда враг подобрался слишком близко. Третье создает сгусток кинетической энергии. Теряет стабильность после десяти метров. Летит медленно. Не всегда удобное заклинание. Я могу показать вам что-нибудь еще, мне известно многое. Однако, у всего есть своя цена. Желающий приобщиться к знанию, должен отдать свою кровь и жизнь кругу.

— Блять! — сразу выругался кто-то.

— Опять пытки! Хватит уже!

— Надоело!

Недовольство выплескивалось еще несколько секунд, разбиваясь о полное безразличие чернокнижника. Он стоял подобно скале посреди прибоя, игнорируя волны чужого протеста.

— Эта возможность будет доступна, пока тянется мой эксперимент. Потом условия обязательно поменяются. И не факт, что в лучшую для вас сторону. Взгляните в лицо правде. Я могу отправить вас по иному поручению. Кого-нибудь убить и принести мне часть тела монстра, разумного существа или особо интересную травку. Догадываетесь, чем для вас кончится подобное? Смертью. Так не проще ли умереть у меня, в безопасности, чем лишний раз рисковать, пока навыков не хватает? Выбор за вами.

— Мне магия пока без надобности, господин Тирисфаль. — слово взял Горат. Он стоял, сложив руки на груди. В глазах тлели угольки решимости. — И золото тоже. Могу я получить что-то иное?

— Конечно, обо всем остальном вам расскажет Инфей, когда я уйду. Мое время слишком ценно, чтобы растрачивать его тут. Скажу сразу о другом. После гибели, ваши вещи останутся на месте смерти. Труп исчезнет, экипировка будет валяться. Я могу наложить одноразовое зачарование, которое притянет вещи к месту воскрешения. Цена — кровь и жизнь для круга. — озвученная цена снова породила гневные, но уже сдавленные восклицания. На сей раз чернокнижник их игнорировал, продолжая говорить. — Экипировку получите позже, в порядке составленного списка. От Искателя Норана получите указания с направлениями к ближайшим интересным местам. Истребитель Фалрик может рассказать многое об предполагаемых и явных угрозах. Первые пять общих вылазок он будет вас сопровождать. Советую использовать эти шансы с умом. Так же, я договорился об одном месте здесь, в черте Дальнего Приюта. Под серебряными копями есть закрытая зона, там водятся элементали и духи земли. Легкая добыча, если знать, как к ней подступиться. — опустив руку в сумку, чернокнижник извлек непритязательного вида булаву. — Горат, это для тебя. Бери оружие, экипируйся, и можешь спускаться под копи. Булава без труда будет разбивать элементалей. Но долго не выдержит, дрянная основа.

— Не подведу. — просто, без лишнего пиетета, ответил мужик. Оружие в его руках смотрелось органично. С ним он стал похож на поганого разбойника.

— С этого часа вы на попечении себя самих. Делайте, что вздумается. Развивайтесь. И знайте, из моих рук просто так не выбраться, если Террон попросит. Не делайте ничего осудительного.

Развернувшись, демонолог вошел в коробку и сразу ступил на лестницу. Опустившись на первый уровень, он повернул направо, оказавшись в бедно обставленной алхимической лаборатории. Помещение было большим, чего нельзя сказать о количестве и размерах оборудования. Хотя качество, наоборот, не подводило.

Несколько котлов тихонько исходили паром, стоя на рунных пластинах. Те питались от кристаллов с душами. Конструкция получилась убогая, сделанная на скорую руку, однако со своей работой справлялась хорошо. Поддерживала стабильную температуру.

Вдоль левой стены с потолка свисали пучки трав, там же стояли корзины со всем, что приносили игроки. В каменных нишах и просто на полу. Содержимое их было тщательным образом отсортировано по качеству и полезности. Сорная трава сгорела в топке печи.

Сразу у входа, справа, стояли во все тех же нишах, пузатые пузырьки с готовыми составами. Несколько емкостей с мазями. Уже завершенного было пока мало. Большинство изделий стояло на нескольких столах, либо еще приготавливалось. Так, например, бурлила и очищалась вытяжка из печени молодой болотной гидры, обещая превратиться в прекрасное кроветворное. Его можно было бы использовать как часть более мощного состава, либо самостоятельно. Она же, вытяжка, являлась незаменимой частью тех зелий регенерации, что для себя изготавливал Тирисфаль. В отдельном чане, позаимствованном у простых жителей, вымачивались отрезы ткани. Их потом предстояло распустить на бинты. Пыхтел в стороне перегонный куб, капля по капле создавая спирт. Для многих слабых составов он подходил в качестве основы лучше воды, хоть десять раз очищенной. Хотя и она имела место в рецептах. Для чего-то более сложного и мощного такие примитивные средства не использовались.

«Красота!» — внутренне радовался маг, ощущая себя мальчишкой. Очень уж ему нравилась алхимия, хоть пока и в ее самых низменных проявлениях. — «Осталось добыть нормальные ингредиенты, что-то необычное, интересное! Многого тут не сделать, конечно. Но кое-что можно. Ту же мазь из жира тролля. Правда, ни тролля, ни трав нужных, нет и не предвидится. Да и не нужно для нее ничего, кроме ступы и тары».

Вдоволь насмотревшись, маг подступился к главному. У правой стены, под столами, стояли медные котелки. Тоже прихваченные у переселенцев, прибывших с обозом. Для того, во что они превратились, медь подходила лучше железа. Железо вообще мало на что годилось, если не брать в расчет его благородные формы.

Телекинез подтянул покрытые рунами и вырезами котелки. Каждый сантиметр свободного пространства снаружи покрывала затейливая вязь. Она превращала простую медь в непроходимую, конечно ограничено, стену для душ.

Открыв крышку, колдун нарушил целостность кустарного изделия, нарушил барьер. Душа тут же рванула вверх, стремясь сбежать. Но оказалась в крепкой хватке. Зажатая в пальцах сфера стала чуточку больше, чем была. Прирост был почти незаметен, однако ощутим.

«Слияние прошло успешно, отлично».

Наполнив пустые глазницы маной, чернокнижник сразу до предела обострил глубину своего взора. Выставив перед собой Искру, он всмотрелся в ее сердцевину. Призрачный Взор без труда преодолел верхние слои, пробиваясь до Сущности.

Ядро, изначально представлявшее из себя постоянно и хаотично меняющееся нечто, похожее на зародыш, стало несколько иным. Трансформации замедлились. Из подобия плоти начали формироваться более устойчивые формы, прежде чем снова меняться или разрушаться. Сущность раздалась вширь, стала больше.

«Стабильность?» — с толикой удивления подумал чернокнижник. — «Интересно, а это хорошо или плохо для Сущности нар’глод? Насколько я понимаю их путь развития, он лежит через мутации и Жизнь. Через изменения плоти. Стабильность Сущности может так же означать некий рост, закрепление устойчивой формы. Однако, сейчас у души нет плоти… Не могут же все изменения происходить сугубо внутри нее? Как все странно, непонятно и запутанно. Интересно!»