— Не здесь, Лиза, ты пока не готова. Идем… — И он несет меня, бережно укладывая на нашу кровать. Мы влажные от душа, но это не смущает.

Он накрывает мои губы своими, и моё тело отвечает, сдаётся ему. Он замирает, боясь напугать меня, боясь снова увидеть в моих глазах тот стеклянный блеск паники.

Я сама кладу ладони ему на грудь. Чувствую, как бешено колотится его сердце.

— Илья, — шепчу я, глядя ему прямо в глаза. — Я хочу этого. Я готова.

Он замирает, боясь пошевелиться.

— Лиза, ты уверена?

— Да, Илья. Я хочу…

Его выдох облегчения обжигает мне кожу. Он страстно целует меня, расплавляя остатки мыслей, оставляя лишь ощущения и желание… Он разводит шире мои ноги и медленно входит в меня. Я принимаю его. Мне совсем не больно. Всё не так, как в первый раз... Он движется неспешно, давая мне привыкнуть, но нарастающее желание спиралью закручивается в животе. Инстинктивно поддаюсь ему навстречу, хочу, чтобы он ускорился. Обнимаю его за плечи — они словно сталь... Он движется быстрее, и я стону. Его будто сносит от этих звуков, он сам рычит… Мой лев! На грани безумия и кайфа он просто вбивается в меня. А я мысленно прошу его: «Ещё и ещё…» Меня накрывает волной судорог, и я впадаю будто в транс: пропадают все звуки, темнота, полная эйфория. Финальные рывки — и Илья меня догоняет… Он нависает на своих мощных руках надо мной… Прижимается к моим губам и нежно, влажно целует. Я отвечаю — это такое запредельное счастье… В эту секунду я чувствую, что принадлежу только ему, а он — только мой…

Илья переворачивается и ложится рядом, привлекая меня к себе. Мы всё еще шумно дышим. Он нежно целует в висок, лоб, потом в губы. Придвигает меня ближе. Его тело горит огнем; он закидывает мою ногу на себя и вжимается в меня всем телом. Это безумие, но я хочу в нем остаться навсегда, хочу раствориться в нем…

Илья чуть приподнимается и всматривается в мои глаза:

— Как ты себя чувствуешь?

— Очень хорошо… — тихо шепчу я, заливаясь краской. Не думала, что меня настолько накроет…

— Лиза, как я вообще могу оторваться от тебя? Ты просто рвешь меня на части, я не могу забыться с тобой. Всё в тебе меня манит, ты как магнит... Нимфа! — Он уже скользит большими горячими ладонями по моим изгибам, и я поддаюсь его движениям, сдаюсь им… А Илья продолжает низким голосом, который заставляет меня вибрировать:

— Я хочу тебя, каждую частичку твоего тела. Никто никогда так на меня не действовал... Вот что ты творишь, девочка.

Он нависает надо мной, опираясь на одну руку, проводит пальцем по щеке, подбородку, скользит по моим губам, приоткрывает их и вторгается нежным поцелуем — медленным, чувственным... Я не могу сопротивляться. Лечу как мотылёк на свет... Он прижимается ко мне всем телом, и я ощущаю его тяжесть и мощь. Чувствую его возбуждение и понимаю, что вновь хочу его… Хочу его в себе.

Я прогибаюсь, привлекая его ближе. Глажу волосы, обнимаю за плечи. Губами скольжу по шее к мочке уха и, чуть покусывая, вызываю у него животный рык... Во мне всё откликается. Но он не готов отдать мне инициативу. Он входит в меня, растягивая удовольствие. Действует неспешно, отвлекая лёгкими поцелуями… От наслаждения я просто улетаю... Мы шумно финалим… Он всё еще целует меня, а последние остатки сил покидают моё тело. Илья прикрывает нас одеялом и тихо командует:

— А теперь спи, спи, моя малышка…

Утром без особых слов мы идём в душ. Илья привлекает меня к себе. От его прикосновений всплывают картинки нашей прошлой ночи... Я улыбаюсь как дурочка, а Илья будто читает мои мысли:

— Мне тоже было хорошо. Да какое «хорошо» — охренительно просто! С тобой по-другому не бывает. Мне голову сносит. Стоит к тебе прикоснуться… — Он начинает делать то, о чём говорит: ведет ладонями по моим изгибам, обхватывает тонкую талию, вдыхает запах волос. — Коснуться твоей кожи, такой бархатистой... и меня сразу ведет, сама посмотри, — он красноречиво скашивает глаза вниз. Он очень возбужден. — С тобой я бы вообще из кровати не вылезал. Занимался бы любовью бесконечно, а потом умер от голода и обезвоживания... — Он смеётся.

— Знаешь, мне не смешно слышать о смерти от секса...

— Всё, хватит разговоров. А то я сейчас просто от мыслей, как пацан, кончу.

Он нежно целует меня под струями воды. Я чувствую, как внутри снова разгорается знакомый огонь.

— Девочка моя, сейчас мы не будем медлить, а вечером насладимся друг другом по полной.

Илья прижимает меня к стене, и я послушно следую его прикосновениям. Каждое его движение уверенное, собственническое. Когда он оказывается совсем близко, мир сужается до ощущений: его горячая кожа, шум воды и ритм, который он задает. В этот раз всё происходит быстро, на грани исступления. Он крепко держит меня за бедра, не давая упасть, пока меня накрывает волной чистого наслаждения. Илья шумно выдыхает мне в плечо, сдаваясь собственному восторгу.

— Не могу стоять… — шепчу я, когда колени окончательно слабеют.

— Я держу тебя. Можешь расслабиться, — он нежно разворачивает меня к себе и осыпает лицо быстрыми поцелуями. — Какая же ты у меня невероятная. Красивая, желанная… моя.

Мы быстро заканчиваем с душем и спускаемся на кухню.

— Я сегодня всех отпустил, — сообщает он, и в его глазах снова вспыхивает лукавый огонек. — Будем только вдвоем. Так что весь дом в нашем распоряжении…

И я понимаю, что душ – это только начало нашей сегодняшней «экскурсии» по дому…

Пишите комментарии, ставьте оценки книге⭐️. Если вы дочитали до этого момента, значит, герои попали вам в самое сердце!

Подписывайтесь на автора, чтобы мотивировать его на создание новых глав, и будущих книг.✍️Ваша поддержка — это то, что заставляет наши миры оживать!🚀

Илья

Наше сближение сегодня — это не спонтанный проект.

С Лизой, с моей «раненой» Лизой, нельзя иначе. Сломать можно…

Я заранее проконсультировался и с Анной, и с Зябовым, и они не увидели проблем в нашей возможной близости. Посоветовали лишь избегать ассоциаций, которые могут оживить в ней переживания прошлого болезненного опыта. Это триггеры, и я о них знаю: образ отца и его властный тон — табу. Осколки стекла и огонь — под полным запретом…

Я постарался всё учесть, и у нас получилось. И это не просто секс — это поистине доверие и полное принятие друг друга…

После коктейля Сабурова и первого прикосновения к Лизе я мог убеждать себя, что это наваждение, отчасти влияние афродизиака, и я смогу подождать, потерпеть, поставить желания на паузу… Но, распробовав её сегодня, уже не оторвусь. Не остановлюсь. Хочу её всю, в каждом движении, в каждом вздохе…

Она настолько эмоционально обнажена, открыта, совершенно никакого флёра наигранности, выверенных и жеманных поз, показных проявлений страсти, никаких отголосков предыдущего опыта и влияния других мужчин — это действует на меня одуряюще. Где бы я ни прошёл ладонью, ни смял подушечками пальцев, ни коснулся губами — я везде первый. Я всюду первый и единственный, вызвавший этот отклик: волну мурашек, жар, рефлекторное движение мне навстречу, вздох, сбившееся дыхание, стон, трепет ресниц, румянец, желание и исступление... Это обязывает быть честным, ответственным за любое своё действие и движение, но также и топит в особом кайфе, и я растворился в нём... Утонул в ней. Совсем.

Мне важно, что она не просто доверилась и приняла — она активно включилась в любовную игру. Её тоже захватило, ослабило контроль, сбило предыдущие неправильные ориентиры… Стоны, инициатива, эта просьба «ещё»… Это зажгло «зелёный свет», дало право вести её дальше по пути познания собственного тела и своих желаний. И моих. — Конечно, и моих! Я хочу её как одержимый!