— Хорошо.

— Если что — звони.

Каримов берёт мой телефон, вписывает и сохраняет свой номер.

— Звони. И если звоню я — сразу бери трубку. Если не отвечаешь, я расцениваю это как сигнал об опасности... Об основных правилах договоримся сегодня дома.

— Правилах? — я шокирована такой формулировкой, от волнения мой голос невольно взлетает вверх. — Каких ещё правилах?

— Мы женаты, Лиза. И да, тебе придётся следовать определённым правилам, но всё обсуждаемо... Хотя некоторые пункты тебе придётся принять безоговорочно.

И куда делся тот участливый, тёплый, волнующийся за меня мужчина, который был рядом всего десять минут назад? Теперь передо мной сидел прежний Каримов: холодный, деловой, опасный...

Он притягивает меня к себе, бегло касается губ, тут же отстраняется и выходит из машины. Что-то говорит Егору... К нам подъезжает другой автомобиль — видимо, он следовал за нами. Илья садится в него и уезжает.

Лиза

Егор открывает мне дверь.

— Елизавета, мне приказано вас сопровождать.

— Егор, в университете пропускной режим. Думаю, не стоит заморачиваться, я схожу одна...

Он мягко прерывает меня:

— Елизавета, простите, но это не обсуждается. Приказ Ильи Вадимовича. Я всё решу.

Действительно, мы проходим через пост охраны без проблем: Егор показывает какие-то корочки, и охранник тут же вытягивается по струнке, даже не пытаясь нас остановить. Егор держится поодаль, но его присутствие сложно не заметить... Высокий амбал в чёрном костюме не может бесследно раствориться в толпе студентов.

Я встречаю своих у кафедры. Они воодушевлённо обсуждают предстоящий экзамен, но, увидев меня в сопровождении, замолкают. Егор остаётся в стороне и наблюдает.

Среди собравшихся стоит и Света. Сразу всплывают мерзкие картины предательства этой двуличной стервы. Первой оживает именно она:

— Ого! Какими судьбами? Ты куда пропала?

Бросаю на неё двусмысленный взгляд. Я многое хотела бы сказать этой потаскухе, но здесь слишком много свидетелей, которым ни к чему знать подробности нашей развалившейся дружбы.

— Сессия же. Где я ещё должна быть? Пора вылезать из кровати, сколько можно наслаждаться... жизнью. Пора и за ум браться, правда, Света? — произношу это с явным намёком. Она, конечно, всё понимает и переводит взгляд на Егора.

— А это кто? Охрана?

Все невольно замолкают, обращая внимание на меня и на Егора.

— Можно и так сказать... — парирую я, не уточняя. — Сегодня небезопасно: иногда и друзья подставят так, что впору защищаться...

Света просто вскипает. Щёки краснеют, но она сдерживает себя. Ей эта публичная перепалка тоже ни к чему. Поэтому она проглатывает желание ответить и утыкается в телефон. Чувствую, что моя маленькая битва выиграна. А неприятный осадок от прошлого просто гоню прочь. Приходит нужный нам преподаватель...

Переключившись на привычную волну, я почувствовала себя значительно лучше. А ещё — что экзамен мне сдавать не придётся, в отличие от Светки: мне поставили «отлично» автоматом, а значит, есть время на передышку. Следующий экзамен только через неделю. Но там уже без вариантов, надо серьёзно готовиться... Физеология сама себя не сдаст... Но сегодня можно об этом не думать.

Прошу Егора заехать в общагу, куда Светка должна была перебросить мои вещи, хранившиеся у неё на квартире. С этим решаю быстро. Хорошо, что соседок по комнате нет и не нужно ничего объяснять. Беру только самое необходимое: одежду, книги, конспекты и всякую мелочь, а также фото мамы и сестры. Это наш совместный снимок из детства, где мы с сестрой открыто улыбаемся. У мамы тоже приподняты уголки губ, хотя глаза печальны...

Где-то в глубине души я надеюсь, что всё же вернусь в эту комнату и в эту жизнь. Пока это мой единственный настоящий дом.

Егор ждёт за дверью. Он наотрез отказался сидеть в машине.

Выхожу. Он сразу перехватывает сумку.

— Она тяжёлая... — начинаю я, но осекаюсь. У Егора ни один мускул не дрогнул, он подхватил её с лёгкостью, лишь уточнив:

— Если это всё, поедем. Илья Вадимович уже звонил. Он просил вас срочно ему набрать.

Достаю телефон. Куча пропущенных. Блин. Видимо, на консультации я отключила звук и забыла включить его обратно.

— Позвоню в машине, — бросаю я Егору.

Тот хмурится.

— Не думаю, что это хорошая идея. Вам лучше перезвонить сейчас же.

Егор явно встревожен. Ладно, позвоню, а то и ему за мою безалаберность достанется. Набираю. Не проходит и одного гудка, как Каримов снимает трубку.

— Твою ж мать, Лиза! Ты почему не отвечаешь?

— Успокойся. Я просто поставила телефон на беззвучный и...

— Не делай так больше.

«Что за...?!» — хочется мне выкрикнуть, но я сдерживаюсь.

— Илья, ты что-то хотел? — Упоминание его имени его явно смягчает. Слышу, как Каримов выдыхает — видимо, пытается успокоиться.

— Илья?..

— Ты решила все свои вопросы?

— На сегодня — да.

— Хорошо. Встретимся дома, есть разговор.

Он отключается.

Вот человек-качели! То сходит с ума, что я не беру трубку, то через пару фраз обрывает разговор... Хмурюсь.

Егор открывает мне дверцу машины. Ставит вещи в багажник, и вот мы уже мчим в дом Каримова на тот самый «очень важный разговор».

Дорога занимает около часа. Я и не осознавала, что поместье находится так далеко от центра города.

Есть время подумать.

Интересно, о чём он хочет со мной поговорить?

Да, он спас меня от отца. Вернее, пытается спасти, но какие тут могут быть правила? Если они появятся, я готова их обсудить. То, что он теперь мой муж — вообще сплошное недоразумение... И никаких правил относительно этого быть не может. Я не принимаю этот брак, а значит, не приниму остального. Он стал моим первым мужчиной. Это я бредом назвать не могу, поскольку в этом участвовали мы двое... Но это не должно накладывать на меня обязательства, которые я не захочу на себя брать.

Я ничего не знаю об Илье Каримове. Может, правила касаются его личности, времени, дел?

Слишком много вопросов возникает в моей голове, пока мы в пути.

Мы на месте и этот нескончаемый внутренний монолог наконец-то прерван.