В голове пустота. Вернее, слишком много мыслей. Я пытаюсь разогнать их и ответить то единственное, что сейчас не думаю, а чувствую...

— Да! Да!

Он улыбается, от счастья искрятся его и мои глаза. Он надевает мне на палец кольцо, встаёт и притягивает меня к себе. Нежно целует в губы, выдыхая. Я слышу, как бьётся его сердце. Моё вторит ему.

— Девочка моя, я уж думал, ты не согласишься. Я бы тут же на месте умер от разрыва сердца... Спасибо, моя дорогая, что доверилась мне. Спасибо, что согласилась...

Мы оба счастливы до небес. Хочу, чтобы эти мгновения длились вечно. Потрясающий вечер! Мы продолжили его на новой счастливой волне. Как будто последнее препятствие, стоявшее между нами, рухнуло...

Мы много танцевали, смеялись. Могли не стесняться поцелуев, ведь были одни и так поглощены друг другом, что даже если бы оказались на людной площади, то не заметили бы никого...

Но уже почти ночь.

— Едем домой? — спрашивает Илья.

— Да, продолжим праздновать дома!

Я забираю сумочку, и мы выходим. Говорю Илье, что отлучусь в уборную. Он кивает, давая понять, что ждёт меня у ресепшена.

Выхожу из кабинки и натыкаюсь на Карину. О чёрт, что она здесь делает?

Она явно оказалась тут не случайно. Её взгляд — колючий, злой — сверлит меня. Она смеряет меня взглядом и едко хмыкает.

— И на вот это он променял меня? Ты, девочка, шла бы от Илюши куда подальше... Он поиграется и бросит. Ты не в его вкусе.

Она обходит меня кругом, как хищник, пасущий свою жертву. Хочу уйти, но она хватает меня за руку и с силой толкает к стене. Больно ударяюсь головой о зеркало — оно лопается и разлетается на куски. Стекло, осколки зеркала… Я вижу в отражении множество «себя», голова начинает кружиться. Я лишь открываю рот, но она опережает меня:

— Будет больно... Физическая боль пройдёт, а вот душевная — нет. Когда он тебя приручит, обласкает, а потом вышвырнет из своей жизни, тогда будешь плакать! Ты думаешь, ты первая потаскушка, которая была в его жизни? Нет... Но он всегда возвращается ко мне...

Я пытаюсь выскользнуть, но она вновь толкает меня к стене. Ударяюсь, но уже не так сильно — успеваю сгруппироваться. Огрызаюсь:

— Не мели чушь!

Она ухмыляется и скользит взглядом по моей руке. Берёт её. Я отдёргиваю...

— О! И кольцо подарил? А ты уши развесила. Ну и дура ты... Он не может жениться. Он женат на мне. Он — мой муж. Это только я знаю, как его обласкать, приручить, чтобы он был доволен... Ты не разрушишь нашу связь. Он всегда возвращается: ещё два дня назад он был в моей постели.

— Бред! — перед глазами тёмные круги, я ощупываю затылок и вижу на пальцах кровь. Больно… Но её слова бьют больнее.

— Кто-то учится показывать зубки? Пока ты сидела над учебниками, он трахал меня в Ханты-Мансийске. Мы вместе туда летали. Не веришь? Вот фото, смотри...

Она достаёт из сумочки какие-то листы и швыряет мне в лицо. Они падают на пол, и я вижу на них откровенные сцены. Мужчина всегда сверху... Наверное, это в его стиле... Они смешиваются с разбитым стеклом, кусками зеркала, отражаются в них и я искаженно отражаюсь…

Я вся холодею. Долго держалась, но эти разбросанные фото, стекла, грубые слова... Перестаю контролировать себя, и меня накрывает в доли секунды. Пытаюсь вдохнуть. Грудь разрывает от боли. Из глаз брызжут слёзы. Я не могу... Не могу дышать. Пытаюсь устоять на ногах, удержаться за стену, но перед глазами темно. По телу как будто пустили ток, меня колет иголками изнутри... Голова кружится... Пустота.

Последнее, что я чувствую — это удар и боль...

Илья

Так хорошо я давно себя не чувствовал. Всё внутри пришло в гармонию. Лиза согласилась. Как же я люблю эту девочку. Всю!

Стою у ресепшена и, как малолетний придурок, лыблюсь. Видел бы меня сейчас Сабуров — покрутил бы у виска. Сказал бы: «Эх, ещё на одного бракованного больше. Тоже сдался? Пьяные девки в клубах уже поминки справляют по тебе, Каримов...» Представив в красках рожу Сабурова и то, как он мог бы это произнести, хочется в голос рассмеяться.

Но пока я внутренне прокручиваю прелести сегодняшнего дня и то, что ждёт нас с Лизой впереди… Она сама сегодня сблизилась со мной, я чувствую — она готова попробовать. Меня штормит от одной мысли, что Лиза позволит сегодня зайти дальше. Меня топит эта прелюдия из её взглядов, касаний, голоса и произнесённого на выдохе «да»… Ох, я её эти губки…

Но реальность догоняет. Прошло уже минут десять, а Лизы всё нет. Странно? Не то слово! Вроде нет повода переживать, но сомнения болезненными мурашками проскальзывают по спине. Решаю пройти до уборных и подождать её там. Выхожу в холл. Вроде ничего странного. И тут на меня выскакивает Карина...

— Какого хуя ты здесь делаешь?! — я преграждаю ей путь.

До меня за доли секунды доходит: она могла причинить вред Лизе... Отталкиваю её в сторону, врываюсь внутрь.

— Твою мать!

Подбегаю к Лизе. Она распластана на полу. Губы синие. Без сознания. На автомате проверяю пульс. Есть. Страх, животный страх... Не время! Звоню Егору.

— Егор, Карина в здании. Подключай всех. Охрану здания... Найти! Срочно. Скорую вызови, мы в женской уборной...

Твою мать! Руки трясутся. Пытаюсь привести в чувство Лизу, растираю одной рукой её руки, шею, хлопаю по щекам... Другой — набираю Евгения.

— Женя, мать твою, какого хуя трубку не берёшь? Карина — сука, Лиза из-за неё без сознания! Егору звони. Разгребайте это дерьмо!

Смотрю на Лизу: она не приходит в себя, дышит поверхностно... Блядь! Хлопаю по щекам.

— Лиза, очнись... Холодная вся...

Растираю руки... Делаю искусственное дыхание. Вдохнуть хоть немного кислорода в её лёгкие...

— Лиза, давай! Лиза, ну помоги мне! Лиза...

Она приходит в сознание, кашляет, ей сложно дышать, слёзы текут... Прижимаю её к себе. Растираю руки. Плечи! Спину... Блядь, голова поранена у меня руки все в её крови.

— Лиза, всё хорошо, я рядом. Лиза, дыши... Вдох! Выдох...

Дышу вместе с ней. Она обессилена. Лежит без движения на мне...

— Как же я испугался... Лиза, девочка, всё хорошо будет...

Мы сидим на полу, и мой взгляд цепляется за битые стёкла, за кусочки зеркал, за фото. Ими завален весь пол, а мы сидим на этом дерьме... На них какой-то мужик трахает Карину... Пазл в моей голове складывается. Вот падла! Ну что этой больной бабе не имётся? Что же она Лизе наговорила?

— Лиза, что тебе сказала Карина? Если она сказала, что на фото я, то это ложь... Не верь ни единому её слову. Девочка моя, хорошая... Дыши, дыши... Мы всё решим, обо всём поговорим, эта блядь больше не подойдёт к нам... Дыши, девочка... Умница...

Тут появляется Егор и бригада скорой помощи. Врач просит отойти. Проводит осмотр. Быстро грузим на носилки... Слышу только: «Опасности для жизни нет. Везём в клинику. Вы кем приходитесь?»