— Неправда, — холодно повторила я. — Я же сказала, что помогу тебе с эквикорами. Хватит врать и претворяться влюблённым юнцом. Мне всё это не нужно. Не понимаю, зачем вообще ты рассказал мне всё, если собирался вернуться и продолжать изображать любовь.

Валтер не пошевелился.

Я ожидала вспышки гнева. Ожидала, что он сорвётся, что начнёт кричать, разбрасывать вещи или попытается сломать меня своим доминирующим присутствием. Но он лишь подошёл и сел рядом.

— Рассказал, потому что хотел, чтобы ты меня возненавидела, — его слова казались искренними. — Чтобы мой план провалился. При этом я разрывался между чувствами к тебе и своему народу. Меня кидало из стороны в сторону и в конце концов, я выбрал тебя.

— Зачем тогда вернулся? — спросила я.

— Две причины, — он поднял взгляд, и в его глазах отражался свет солнца, делая их подобными двум драгоценным камням. — Твоя безопасность и моя одержимость.

— Властью? — выдохнула я, борясь с желанием отодвинуться и одновременно прильнуть ближе.

— Тобой.

Заставляя себя не реагировать на близость, на тепло, исходящее от его тела, на запах, который заставлял что-то внутри меня трепетать, я смело посмотрела ему в глаза.

— Между нами всё кончено! — мой голос звучал ровно. — Я не могу верить твоим речам, какими бы сладкими они ни были.

— Я понимаю, — тихо произнёс он. — И лгать тебе больше не буду. Если тебя что-то интересует, спрашивай.

— Интересует! Ты спас меня в детстве, но до этого говорил, что не понимаешь, как я осталась живой. Зачем обманул? В этом не было смысла.

— Я не спасал тебя в детстве. Это был кто-то другой.

Я нахмурилась, его слова эхом отдались в голове.

— Но я видела тебя. Это точно был ты!

Валтер не отвёл взгляда, не смягчился, не попытался загладить эффект от сказанного.

— Я не спасал тебя в детстве, — повторил он. — Это был не я. Возможно, другой игнис.

— Невозможно. Я точно помню.

Перед глазами сразу возник его образ: глаза, руки, волосы, голос, даже прозвище...

— Ты сказал: «Всё будет хорошо, белочка.» Поэтому «белочка» стало словом-триггером для меня. Я уверена, что это был ты, но не понимаю, почему скрываешь такие очевидные вещи?

Он качнул головой, решительно, без тени сомнения.

— Нет. Ты просто хочешь верить в это. У тебя есть ещё вопросы или мы можем выдвигаться?

— Я с тобой никуда... — начала я, но он прервал меня, не дав закончить фразу.

— За вашим домом следят. Молодая блондинка. Если это эквикоры, то я не могу оставить тебя без внимания ни на секунду. Они очень быстрые.

Я затаила дыхание.

— Блондинка? — переспросила я, и в голове тут же возник высокий женский голос, который мне слышался в сарае.

— Да. Девушка со светлыми волосами водит за нос Кая уже несколько часов. Скорее всего, она от чего-то пытается отвлечь, либо чего-то ждёт.

У меня пересохло в горле, как будто я проглотила песок.

— Правда думаешь, что кто-то вытащил Единорогов?

— На девяносто процентов. А значит ты не единственный атлант и тебе не придётся вести армию и рисковать жизнью.

Я судорожно сглотнула.

— Почему не сказал об этом раньше? — мой голос прозвучал растерянно.

— Ты серьёзно? Я уже битый час пытаюсь уговорить тебя собраться.

— Да! Ничего не объясняя, в приказном тоне, как и всегда.

— Я так привык, — в его словах не было ни тени раскаяния, лишь констатация факта, а потом неожиданно мягко он добавил: — Примешь меня таким?

От этого вопроса я в бешенстве соскочила с кровати..

— Нет!

Валтер пристально наблюдал за мной.

— А если я изменюсь? — в этом вопросе было столько невысказанного, что на мгновение мне показалось, будто в комнате не хватает воздуха.

Я прищурилась, сжав губы в тонкую линию.

— Нет! — отрезала я, но внутри что-то дрогнуло, предательски отозвавшись на его слова. — Я никаким тебя не приму.

Подойдя к шкафу, я распахнула дверцы с такой силой, что они ударились о стену, и наугад выхватила купальник, полотенце, несколько футболок и джинсы. Движения были резкими и торопливыми.

Я сунула одежду в синюю спортивную сумку Киры, молнией застегнула карман. Ткань шуршала под моими пальцами, успокаивая своей обыденностью, но в этот момент...

Пронзительный крик подруги разорвал тишину — высокий, полный ужаса звук.

— Кира?! — моё тело сработало быстрее сознания, адреналин хлынул в кровь, я рванула к двери, но не успела даже сделать двух шагов.

Стальная хватка сомкнулась на моём запястье, горячая, сильная, неумолимая. Меня развернуло, и я с силой врезалась в грудь Валтера.

— Пусти! — я дёрнулась, пытаясь вырваться.

— Это ловушка, — его голос был твёрдым, но спокойным, дыхание легко коснулось моего лба.

— Что?! — я снова попыталась вырваться, но он не отпустил, притянув меня ещё ближе, так что я ощущала, как быстро бьётся его сердце.

— Это отвлекающий манёвр, — объяснил он быстро, его губы были так близко к моему уху, что каждое слово отдавалось дрожью по коже. — Они хотят, чтобы ты выскочила из комнаты. Или чтобы я оставил тебя одну. Знают, что я сильнее.

— Но это же Кира! — выдохнула я. — Вдруг она пострадала?

Сосредоточенный взгляд золотых глаз дал мне понять, что ему абсолютно всё равно, что будет с моей подругой.

— Валтер!? — мой голос прозвучал как мольба.

Он резко развернул меня, одной рукой крепко удерживая, а другой приложил палец к губам, призывая к тишине.

— Слышишь шаги? — прошептал он.

Я кивнула, прислушиваясь к едва различимому звуку.

— Это Кай. С ней всё будет хорошо!

Дверь открылась с тихим скрипом, и Кай вошёл в комнату, ведя за руку бледную, перепуганную Киру.

Я облегчённо выдохнула и попыталась освободиться из рук Новака, но он снова сжал моё тело, не позволяя двинуться с места. Его руки были подобны стальным обручам — надёжным и неумолимым.

— Отпусти!

Я топнула ногой, и он разжал руки, его пальцы на мгновение задержались на моей талии.

— Не отходи от меня дальше, чем на метр, пока мы здесь, — сказал он и смерил вошедших холодным взглядом.

— Кай, что случилось? — не менее холодным тоном спросил Валтер.

— Еле успел, — коротко ответил тот, его глаза гневно метнулись к руке Киры. Только теперь я заметила тонкий порез, из которого сочилась алая кровь. Я торопливо извлекла из шкафа аптечку.

— Она ранена. Нужно обработать.

Вытащив бинт и антисептик, я приблизилась к подруге, которая всё ещё трепетно прижималась к Левиафану, словно ища защиты.

— Всё в порядке, — прошептала Кира, хотя в её голосе звенел страх. — Это просто царапина.

— Что там случилось? — спросил Валтер, внимательно глядя на Кая.

Его лицо стало ещё более жёстким и непроницаемым.

— Я была на кухне, когда услышала шум в коридоре, — тихо заговорила Кира. — Подумала, что это кто-то из вас, пошла посмотреть, а там... стояла девушка. Не знаю, как она попала туда. Все балконные двери были закрыты. У неё был высокий хвост и... Ия, она очень похожа на меня.

Кира умолкла, словно сама не веря в реальность происходящего. Я бережно обхватила её дрожащую руку и повела к кровати. Когда подруга опустилась на мягкую поверхность, я принялась осторожно обрабатывать рану, стараясь не причинить дополнительной боли.

— В каком смысле похожа? — спросила я.

— В прямом, — прошептала Кира. — Волосы такого же цвета, глаза, ростом правда немного ниже. А ещё у неё был такой удивлённый взгляд. Она смотрела на меня так, будто не ожидала увидеть. А потом, услышав как открывается дверь, внезапно бросилась и чем-то порезала мне руку. Это было так стремительно, что, когда осознала, что кричу, её уже не было рядом.

— Она не хотела навредить. Это был просто отвлекающий манёвр, как я и предполагал, — заговорил Новак. — Грязную работу должен был выполнить кто-то другой. Оно и понятно.

— Это ещё не всё, — продолжила подруга. — Она спросила меня, где черепаха. Сказала, что истинная королева придёт за ней. Но я вообще не поняла, чём речь.