— Да ладно? — развела я руками.

Сейчас подловлю синеглазого на лжи.

— Я взял пепси. Кира занесла в квартиру и поставила в холодильник. Конечно, угощайся.

Глаза цвета синего пламени с интересом изучали мою реакцию, как бы спрашивая: «Что на это скажешь?»

— Спасибо, — только и смогла ответить я, пульнув мимолётный взгляд в сторону подруги, которая крайне внимательно рассматривала коричневый след от капли, скатившейся по кружке.

Моё внимание вернулось к Валтеру. Всё это время он сидел, наклонив в голову в бок, задумчиво наблюдая за происходящим, как за спектаклем.

— Вернёмся к твоему жару. Если не хочешь меня слушать, возьми хотя бы таблетки от температуры. Как почувствуешь себя плохо — выпей одну. И обратись к врачу.

Валтер взял блистер у меня из рук и кивнул, хотя было понятно, он не послушается.

— Похвально, что ты так заботишься о коллеге, — глухим голосом ответил он.

Лёгкая улыбка появилась на его привлекательных, чётко очерченных губах, заставляя мой мозг плавиться.

Почему в квартире внезапно стало так жарко? Нужно заказать кондиционер или хотя бы вентилятор.

Тряхнув головой, будто прогоняя ненужные мысли, Валтер встал со стула.

Какой же высокий!

Кай сделал тоже самое, как по команде.

— Нам пора. Есть кое-какие дела, — коротко объяснился он и направился к двери. Брат двинулся следом.

— Так резко? Вы же даже чай не допили, — заметила Кира с неожиданной горечью в голосе.

Я удивилась, как быстро ей захотелось, чтобы они остались. В то же время совсем не складывалось впечатление, будто она хочет, чтобы гости задерживались.

Что-то случилось, пока я отходила за лекарствами?

Хотя сейчас я поймала себя на мысли, что тоже не хочу их отпускать. Сам факт присутствия этих высоких красавцев на нашей кухне был невероятен. Оказалось, мне хотелось, чтобы это продлилось дольше, чем пятнадцать минут. Только-только я начала ощущать героиней романтической комедии и вот они уходят.

— Прости. Нам правда нужно идти, — мягко ответил Кай, бросив на Киру какой-то особенный взгляд. — Спасибо за чай.

Черноволосый Новак быстро натянул кроссовки и вышел первым, бросив мимолётный взгляд на брата.

— Ладно. Спасибо за спасение, — искренне поблагодарила я Валтера.

Он посмотрел мне в глаза, и показалось, что в них появилась тоска, а может мне просто хотелось так думать.

— Увидимся, — произнёс он своим бархатным голосом.

— Увидимся, — эхом отозвалась я, чувствуя жгучий взгляд подруги.

Почему мне вдруг так печально расставаться с ним? Понять бы свои чувства.

Он повернулся к лифту, и я уже хотела закрыть за ним дверь, как произошло нечто неожиданное.

— Постой.

Валтер резко обернулся и подошёл так близко, что я чувствовала тепло его тела.

— В чем... дело? — запнувшись, спросила я.

— Я должен кое-что попробовать.

Выдохнул он быстро и... обнял меня.

Этот рыжеволосый парень обнял меня, так сильно прижал к себе, что казалось, ещё чуть-чуть, и треснут кости. Стало тяжело дышать, и мой разум уговаривал меня сейчас же оттолкнуть его, но я не двигалась, словно какая-то первобытная сила не давала мне отказаться от этой тяжести и жара.

Он был такой горячий, и я могла чувствовать биение его сердца. Оно стучало так быстро, что в другое время мне пришло бы в голову, будто это неестественно. Но сейчас всё происходящее казалось максимально нормальным и правильным.

Я почувствовала, как он вдохнул запах моих волос. Земля поплыла под ногами, воздух стал густым. Казалось, ещё секунда — и я потеряю сознание прямо в его объятиях.

Не знаю, сколько длилась эта сладкая пытка, прежде чем он отстранился.

Валтер тяжело дышал, его глаза стали темнее, но он улыбался мне так открыто и счастливо, что я и сама начала улыбаться в ответ.

— Спасибо, Ия.

Его голос был томным и глубоким. Новак развернулся и зашёл в ждущий лифт. А я застыла истуканом — с распахнутой дверью и разинутым ртом, пока Кира не втащила меня в квартиру за шкирку.

— О, мой Бог! Да ты уже запала на этого парня! — воскликнула подруга.

— Мне нужно прилечь, — пробормотала я. — Кажется, у меня и правда сотрясение мозга.

Доковыляв до своей комнаты, я рухнула на диван и закрыла лицо руками.

Я же недавно нормальной была. Что это за болезнь такая?

Буквально через час в нашу дверь позвонили. Это был курьер с большим букетом розовых роз и запиской, в которой было написано: «Как и обещал. Поставьте на кухне. Кай.»

— Как и обещал? — удивлённо спросила я, глядя на подругу.

— Он извинился за свою грубость на работе, когда ты ходила за аптечкой. Пообещал подарить цветы, — ответила Кира с довольной, но отчего-то печальной улыбкой. — Что ж, слово своё он держит.

Той ночью кошмары вернулись — впервые после переезда. А ведь так надеялась, что всё прекратилось. В главной роли моего сна был Валтер Новак. Он стоял в огненном ореоле, улыбался и протягивал ко мне руки, пока всё вокруг пылало багровым пламенем.

На следующий день он опять снился мне, и снова был в огне. Каждый раз — огонь. И каждый раз я просыпалась от сильного сердцебиения.

— Ко мне вернулись кошмары, — грустно проговорила я в трубку.

Молчание и тяжёлый вздох.

— Рассказывай! Превратим в новую историю, — послышался голос Яра.

Весь следующий месяц я исправно ходила в офис, но Новаки словно растворились. Видимо, перешли на удалённую работу. Всё, что я могла, — это изредка слышать голос Валтера на общих созвонах. Этот бархатный баритон действовал на меня, как кошачье мурлыканье — мгновенно успокаивал.

Рядом с домом я тоже больше не видела ни Кая, ни Валтера. Мой герой больше не связывался со мной, что сбивало с толку. Мне казалось, что Новаки хотят общаться с нами ближе, особенно после того как рыжик обнял меня.

Нельзя же так заставлять моё сердце биться, а потом просто прекращать общение! Или это всё игра? А что если они с братом просто развлекаются? Ещё и та красивая девушка... Да уж.

Кира вела себя так, будто ничего не произошло. По-прежнему общалась с коллегами и шутила, хотя иногда тоже поглядывала на места в дальнем углу кухни. Её отношение к братьям поменялось. Теперь, если она иногда и говорила о них, то в голосе не было неприязни или раздражения.

Яр звонил ежедневно, интересуясь каждой минутой моего дня.

Кира проболталась об аварии, и у брата совсем поехала крыша. Излишняя опека утомляла меня, но Яр всегда был таким, с этим уже ничего не поделаешь. Он мой старший брат и всё ещё чувствует ответственность за меня, несмотря на то, что я давно не ребёнок.

И это ещё цветочки. Эрнест смекнул, что Новак больше не помеха, и начал наступление. Ежедневно он крутился возле меня на работе, подлавливал, когда я собиралась поесть, и следил, когда же я соберусь домой, чтобы проводить. Этот венгр оказался неплохим человеком, но он мне совершенно не нравился. Принимать его ухаживания было бы нечестно. Да и вообще я вдруг вспомнила, что отношения не входили в мои планы. То, что творилось с моим сердцем, когда Валтер оказывался рядом, было скорее аномалией, которую необходимо было истребить.

Поразительно, но через месяц никто в офисе больше не говорил о Новаках и не обсуждал их внешность или гениальность. Все просто привыкли, что они есть где-то там, да и я потихоньку смирилась, что существует лишь бархатный голос на совещаниях.

На звонках он рассказывал что-то, никогда не обращаясь ко мне, словно я была невидимкой. Только однажды мне показалось, что Валтер небезразличен ко всему произошедшему между нами. Это случилось, когда он запнулся на полуслове после того, как я случайно включила камеру на встрече.

Ещё месяц пролетел незаметно. Наступило лето — палящее, безжалостное. Тридцать градусов в тени превратили город в раскалённую сковородку. Я почти перестала высовываться из дома, спасаясь от изнуряющего зноя. Новый вентилятор в комнате крутился без передышки. Кира, моё солнышко, заказала два одинаковых: один себе, один мне. В офис я перестала ходить, вернувшись к удалённой работе, поскольку теперь присутствие там казалось необязательным и бессмысленным.