Валтера не пришлось искать долго, он сидел на скамейке во внутреннем дворике и тяжело дышал, сильно зажмурив глаза. Вокруг не было никого; сюда вообще редко кто заходит.

Кажется, ему и правда плохо.

— Ты в порядке? — спросила я, приближаясь к скамейке.

Он вздрогнул и резко открыл глаза. В них было столько... боли? Карие глаза стали почти красными.

Пугающе.

— Всё нормально. Уходи, — голос звучал как сталь, отчего всё моё нутро сковал страх.

Почему он вызывает во мне такие эмоции?

Я подошла ближе.

Ия Крамер не из тех, кто уступает страху.

— Это очевидно, тебе плохо. Мигрень? У меня есть обезболивающие.

— Я сказал, уходи.

Он смотрел мне прямо в глаза, его руки дрожали. Губы побледнели до синевы. Выглядел он так, словно балансировал на грани между жизнью и смертью.

Я не могла просто уйти. Да, дедушка говорил мне бежать, когда страшно, но ещё он говорил: «Ия создана для критических ситуаций». Когда все впадают в ступор, я действую.

— Возможно, у тебя температура, — уверенно сказала я и молниеносно положила ладонь на лоб парня, чтобы проверить, горячий ли он.

Его рука быстро потянулась к моей, но затем медленно упала. Он просто закрыл глаза.

Кожа под моей ладонью пылала жаром. У него точно была температура.

— У тебя определённо жар. В моём рюкзаке есть жаропонижающее, я всегда ношу его на всякий случай. Посидишь здесь? Сейчас принесу.

Я попыталась убрать ладонь, но он быстро остановил меня, положив свою руку в перчатке на мою.

— Мне гораздо лучше. Спасибо. Можешь не убирать руку ещё немного?

Его глаза были всё ещё закрыты, но напряжение в лице спало, и он улыбнулся краем губ, которые действительно приобрели розоватый оттенок.

Постояв так в тишине ещё около минуты, я медленно вытащила свою руку из-под его. Было не по себе. Эта ситуация показалась мне слишком интимной, а я не хотела этого. Внутри всё тряслось от неловкости.

Он открыл глаза, и я заметила, что они снова стали медово-золотистыми.

Куда делся красноватый оттенок? Неужели показалось

?

— Позвать твоего брата? — спросила я, сглотнув слюну от смущения.

Валтер смотрел на меня так нежно, что хотелось провалиться сквозь землю.

— Не нужно, — голос снова стал бархатным и глубоким.

Как только он сказал это, во двор вошёл черноволосый Новак. Увидев меня, парень нахмурился, но кивнул в знак приветствия.

Я ответила тем же и стремглав ринулась в здание. Нужно было срочно найти Киру, сообщить о своём уходе и убраться отсюда. Сегодняшний день принёс слишком много эмоциональных потрясений — пора было ретироваться, пока окончательно не потеряла голову.

На следующее утро, едва открыв глаза, я поняла: что-то не так. Изменился свет. Он по-прежнему был серо-зелёным, как пасмурное утро в лесу, но стал чище и прозрачнее, чем обычно. Значит, дождь закончился. Да здравствуют солнечные деньки!

Или что-то изменилось во мне?

Вскочив, я выглянула в окно и увидела ожидаемую картину: яркое солнце палило так, будто на дворе июль.

Я вышла на кухню и увидела записку: «Решила сегодня снова поработать из офиса. Не скучай.»

Поработать из офиса? Сегодня же суббота.

Я улыбнулась своим мыслям. Скорее всего, подруга придумала какое-то развлечение, может, что-то для дома купит или подарочек. Она часто так поступает, любит радовать людей, особенно меня.

Мобильник завибрировал.

Утреннее сообщение от Яра.

Разблокировав экран, я увидела потягивающегося котика и надпись: «Только бы спал и спал, и спал, и спал».

Я, в свою очередь, тоже отправила стикер зевающего котика и добавила надпись: «Хорошего дня».

Готовить не хотелось, но я всё равно положила на кухонный стол телефон и достала жидкое тесто. Оно практически всегда у меня в холодильнике, поскольку на завтрак я предпочитаю блинчики, изредка — глазунью.

Но сегодня меня накрыла странная меланхолия. Представить только — мне стало грустно, что суббота! Видимо, офисная работа действительно начинала затягивать, несмотря на все сложности с концентрацией в окружении коллег.

Безумие! И кого ты обманываешь, Ия?

Если быть предельно честной с собой, я прекрасно понимала истинную причину этой внезапной тяги к офису. И причина эта имела рыжие волосы и янтарные глаза.

Неужели я так быстро переобулась в вопросе красавчиков? Да ещё и рыжих

–

тех самых, от которых поклялась держаться подальше!

После вчерашних событий любые встречи с загадочным Валтером Новаком стоило исключить раз и навсегда.

Сколько раз я буду повторять себе эту мантру?

Его эмоциональные качели выходили за рамки моего понимания. К тому же интуиция подсказывала — каждое слово, слетающее с его идеальных губ, было неправдой.

Сказал, что боится микробов, а держал мою ладонь, на своём лице. Флиртовал на лестнице, рассуждая о звёздах и планетах

Могу ли я нравится ему? Да нет, такое невозможно. Он слишком хорош для меня. Нечего придаваться мечтаниям!

Но как перестать думать о нём?

Этот проклятый рыжеволосый демон настолько захватил мои мысли, что я даже не заметила, как машинально запихнула тесто обратно в холодильник и насыпала полную миску кукурузных хлопьев.

Какого лешего?

Прикончив хлопья, я, как всегда, решила налить чашечку кофе — утренняя традиция, которая на протяжении многих лет превратилась в неискоренимую зависимость. Но когда встряхнула заветную банку с растворимым, душа ушла в пятки. На дне жалко поскрипывали какие-то крошки — даже на чайную ложку не наскребёшь.

Как я умудрилась прозевать тот критический момент, когда жизненно важный эликсир стал подходить к концу? Катастрофа вселенского масштаба!

Не долго думая, я быстро переоделась в уличную одежду и пошла за кофе в магазин. К тому же, очень захотелось чего-то сладкого, да и хлопья у Киры скоро закончатся из-за меня, что вызовет у неё беспокойство. Подруга обожала свои кукурузные колечки уже добрых пятнадцать лет, презрительно именуя мои блинчики «жирными соблазнителями».

У каждого свои утренние привычки.

Солнце сегодня было жестоким, и я, как назло, забыла надеть очки. Пришлось просто прикрывать лицо рукой, чтобы хоть как-то смотреть вперёд. Хорошо, что до супермаркета было не более двухсот метров.

Набрав полный пакет продуктов и попрощавшись с продавцом на греческом, я, гордая собой, направилась домой. Мысли были только о горячем кофе с молоком и тростниковым сахаром, а также о блинчике со сметаной, который так и не удалось приготовить.

Переходя дорогу, я на секунду убрала ладонь от лица, чтобы поменять руки. Пакет был тяжёлым, и его ручки резали пальцы. Солнце мгновенно ослепило, и я услышала скрежет тормозов рядом.

Повернув голову, я с ужасом поняла, что на меня несётся белая машина. Быстрые подсчёты в голове подсказали, что я уже не успею уклониться.

Гадство! Судя по скорости, меня не сильно заденет, но успеет нехило толкнуть, если автомобиль затормозит прямо сейчас.

Я инстинктивно сжалась в комок, готовясь к неизбежному столкновению с железным монстром.

Но что-то массивное и горячее сбило меня с ног раньше, и машина пронеслась мимо, пытаясь затормозить.

Нет, царапинами я бы точно не отделалась.

Моя голова мягко приземлилась на что-то упругое — кажется, чью-то руку — а мощное тело накрыло меня сверху, прижимая к шершавому асфальту. Сердце колотилось как бешеное, лёгкие судорожно хватали воздух, в ушах звенело от адреналина.

Сквозь звон в голове донеслось приглушённое ругательство, и я мгновенно узнала голос.

Как он тут оказался?

Без лишних слов Валтер встал и поднял меня на руки. Его лицо пылало румянцем, а янтарные глаза метались в тревоге.

Он всё-таки не психопат. Такие эмоции подделать невозможно.

Я наконец смогла сделать глубокий вдох. К осознанию того, что меня чудом не превратили в дорожную лепёшку, добавился ещё один тревожный факт — я находилась в объятиях человека, чьё появление в нужный момент выглядело подозрительно удачным совпадением.